Владимир Молотов - Миссия или Приключения провинциала в Ст. -Петербурге

Бритоголовый шпион как раз вошел в зоопарк и стал прощупывать глазами окружающих.

— Подождите, — зашипел я на женщину, — я не причиню вам вреда, дайте только выйти!

Дама смутилась, ничего не понимая, открыла рот, но промолчала.

— Ну, расскажи, кто тебе понравился в зоопарке? — обратился я к девочке.

Та моргнула несколько раз, но тоже проглотила язык. Лысый шпион (теперь я краем глаза успел разглядеть его вблизи: яйцеобразная голова, восточный разрез глаз, рыжеватая щетина на подбородке), — лысый шпион скользнул равнодушным взглядом по нашей "семейке". Мы молча миновали проходную зоопарка. На крыльце стоял напарник бритоголового в кожанке и прикуривал сигарету.

— Извините, — бросил я женщине с ребенком, оставил их, недоуменных, и, не торопясь, пошел туда, где должна быть станция метро.

Я знал, чем непринужденнее у меня будет походка, тем меньше подозрений я вызову…

Через час я был в гостинице. Я забрался в нору, чтобы затаиться, отсидеться. (Хотя бесспорно, я ловко обманул своих преследователей, и уже в метро был в безопасности.) Перед глазами стояла сцена, как бедняга Клим падает, держась рукой за правый бок. Мне, конечно, было жалко его. И я остался в неведении, жив ли он?

Отогнав неприятную картинку, я с сожалением принялся рассматривать "новую" куртку. Поторчал в ней перед зеркалом. В таком непривычном облачении я больше походил, как мне представилось, на какого-то прораба со стройки. Полы куртки некрасиво кукожились. Хотя размер был вполне подходящий. В общем и целом, обидно. В связи со всей этой затянувшейся авантюрой я вынужден был расстаться с хорошей уже полюбившейся одеждой и с приличной суммой денег, пусть и доставшихся легко. Правда справедливости ради надо заметить, у меня на данный момент оставалась еще добрая половина бумажек, выданных Семеном. Так что вполне хватило бы на новую курточку.

С тяжелым вздохом бросив куртку на кровать, я вспомнил о необычной шариковой ручке, нащупал ее в кармане рубашки и извлек на свет. Вчерашний "Вечерний Петербург" лежал на тумбочке, я черкнул на нем несколько каракулей.

Не трудно догадаться, я не смог удержаться от соблазна разобрать ручку. Как у всех нормальных кнопочных ручек, у этой имелись две основных части: нижняя, более длинная с заостренным носиком, из которого, собственно, выглядывал стержень, и верхняя, с пружинящей заколкой и с кнопочкой. Обе части были выполнены из металла и покрыты золотистым напылением. Я попытался открутить верхнюю часть, но сразу она не поддалась. Тогда я попробовал крутить в другую сторону, и все получилось. Резьба оказалась левой.

Внутри, между маленьким стержнем и пружинкой находилась, как и говорил Клим, металлическая капсула. Тонкий и короткий отшлифованный цилиндрик серебристого цвета с наглухо запаянными торцами, внешне напоминающий гильзу от мелкокалиберной винтовки. Естественно, разобрать капсулу без каких-либо инструментов не представлялось возможным. Да я и не задавался такой целью. Любопытство должно быть благоразумным.

Покрутив гильзу в пальцах, я усмехнулся. Вот она, смерть Кощея Бессмертного! Я собрал ручку, поместив капсулу, куда полагается, и убрал этот ложный инструмент письма обратно в карман рубашки.

Как бы там ни было, а свою миссию я выполнил, сказал я себе. Теперь все будет хорошо. Теперь я могу быть довольным собой!

Я снова вспомнил Клима. Неужели незадачливого агента убили? Будем надеяться, что все обошлось, сказал я себе. Но тогда его, раненого, очевидно захватили шпионы Коалиции и… Забрали с собой в будущее?

Я одернул себя. Какие идиотские рассуждения! Шпионы Коалиции, будущее… Невероятно! Так только дети с хорошо развитой фантазией играют во дворах. Бред из сумасшедшего дома… Неужели все это со мной?

Нужно было отвлечься. А заодно и пообедать. Поэтому я пошел прогуляться по Заневскому проспекту. Решил перекусить хотя бы в какой-нибудь кулинарии; все равно что-нибудь найду, не обязательно же ехать на Невский. (Между прочим, я вывел наличие одной характерной для больших городов закономерности: в центре поесть можно на каждом шагу, а вот в других районах…)

С понуренной головой я долго шел по проспекту, одолеваемый разными нудными мыслями. Нарвался на какой-то ресторан. Но понятно, раскошеливаться в очередной раз уж больше не было резона.

Наконец, я заглянул в небольшой кондитерский магазин и с удовлетворением обнаружил там несколько столиков, где три-четыре человека пили чай с пирожными. Из более существенного на прилавке имелись салаты на развес и мучные изделия. Я купил пиццу с грибами, разогретую в микроволновке, чашку черного кофе и любимое с детства пирожное "картошку". Сел за свободный деревянный стол и стал жевать, механически наблюдая за входящими и выходящими посетителями.

После такой нехитрой трапезы я некоторое время покурил у входа в магазин, раздумывая, позвонить ли Алисе. Но так и не решился — отложил на потом. А пока выбрал простую альтернативу: выпить бутылку пива, пойти в номер и поваляться на постели. Я знал, что небольшая доза холодного слабоалкогольного напитка поможет расслабиться и взглянуть на все проблемы иначе. Давно испытанное средство. К тому же мне давно хотелось попробовать какой-нибудь сорт пива, не встречающийся в Сибирске, чтобы оценить качество от местных производителей.

Я купил бутылочку "Невского", и, охотно прикладываясь к горлышку, поплелся "домой". Удивительно, но уже с первыми глотками я почувствовал несомненную "легкость бытия". Пиво оказалось на редкость вкусным.

Всегда возникает иллюзия, что обратный путь мы проходим быстрее. Особенно если при этом действует хмель. Я, можно сказать, и не заметил, как снова очутился в гостинице. Бутылка уже почти опустела, и я пожалел, что не взял вторую, дабы выпить еще в номере. Однако же в номере меня ждал сюрприз. Прежде всего, подходя к двери, я заметил, что она приоткрыта. Из щели сочился солнечный свет, и доносилось журчание воды. Но я особо не удивился, — может, горничная решила прибраться, пока никого нет. Я скромно протиснулся в комнату и… Не поверил своим глазам. В номере царил полнейший беспорядок. Моя дорожная сумка была распотрошена, вещи безобразно валялись где попало, как бесформенное тряпье на свалке. Словно здесь похозяйничало какое-то глупое животное. В эту минуту я буквально прочувствовал суть фразы: "душа уходит в пятки".

У меня было лишь несколько секунд, чтобы прийти в себя. В ванной кто-то крякнул, смачно высморкался, и журчание воды стихло. Дверь ванной, слегка охнув, открылась, и выплыла оттуда широкая спина, закрытая тканью свитера, и безволосый мертвенно-бледный затылок. Я занес бутылку как можно выше — остатки пива лизнули мою руку — и, вложив полную силу, резко опустил случайное орудие на щетинистую макушку. Раздался звон стекла, осколки бутылки разлетелись вокруг. Ноги нежданного гостя подкосились, и он рухнул на пол. Я замер, выпустив из руки остаток горлышка. Сквозь усиленное тиканье своего сердца услышал из коридора приближающиеся шаги. Необходимо было опять действовать немедленно.