Эндрю Свонн - Повелители сумерек

Она отодвинула дверцу стенного шкафа и сделала вывод, что, скорее всего, все устроено по вкусу Фрея.

Аккуратно развешанная по плечикам, занимая почти все внутреннее пространство шкафа, здесь разместилась целая коллекция женской одежды. Невообразимый набор всевозможных фасонов и размеров. Вечерние платья, неглиже, декольтированные наряды в красных и черных тонах, джинсы, которые по размеру явно не годились полковнику, крестьянская блузка в огурцах, майки, один ужасно дорогой костюм, юбки и много чего прочего. Некоторые тряпки были уже изрядно поношенными или же слегка старомодными, другие — вполне новыми. Эви удалось различить в шкафу запахи, по меньшей мере, полдюжины женщин.

«Интересно, — подумала она, — может Фрей и меня попытается затащить в постель». Затем отрицательно мотнула головой. События развивались слишком стремительно, и мысли, как сумасшедшие, крутились в ее мозгу.

Кроме того, Фрей все-таки профессионал.

Эви выбрала несколько предметов одежды, способных смягчить впечатление от ее комбинезона. Нет, она вовсе не собирается расставаться с надежной карботканью. Комбинезон уже однажды спас ей ногу, пусть даже теперь в том месте выступил синяк и, вообще, ей больновато ходить. Она выбрала для себя кожаную куртку, сняла с нее хромированные цепи и заклепки, чтобы одежда не стесняла движений. Кроме того, откопала в шкафу кожаный ремень с полированной стальной пряжкой в виде черепа. На вид ремень неплохо сочетался с курткой. Наконец, Эви расстегнула липучку, отстегивая крепившиеся прямо к комбинезону кроссовки, и сменила их на пару ботинок из кожезаменителя. Ботинки были черными, как и все остальные выбранные ею предметы, а по их верху шла небольшая оторочка.

Эви подумала, а не натянуть ли ей поверх комбинезона еще пару джинсов, однако не стала этого делать, чтобы не сковывать движений.

Ей ужасно хотелось, чтобы Фрей снова воспользовался в соседней комнате голосовым интерфейсом. Эви терзало любопытство, чем он там занимается.

В дверь ванной было вставлено высокое, во весь рост, зеркало. Эви одобрительно окинула взглядом свое отражение. Что ни говори, вряд ли что либо другое так отлично смотрелось бы с ее всклокоченной прической. В сочетании с курткой могло показаться, что так оно и задумано. Подняв руку Эви пробежала пальцами по волосам, проверяя, не сковывает ли куртка движений. Одежда не совсем подходила ей по размеру, но была достаточно просторной в плечах. Что и требовалось. Подчас вещи казались как раз тем, чем надо, но стоило только Эви согнуть руку в локте, как одежда начинала трещать по швам на спине и рукавах. Эви застегнула молнию только до половины груди. Сама грудь у нее была небольшой, но молочные железы располагались на хорошо развитых мышцах.

И хотя куртка скрадывала ее мускулатуру от талии и выше, облегающий комбинезон выставлял напоказ ее ноги. Но, подумав, Эви решила, что это не так уж бросается в глаза. Ноги бегуна-марафонца, ничего особенного.

На первый взгляд ее можно принять за уличного панка или же начинающую художницу.

Просунув руку за пазуху, Эви расстегнула специально расположенный слева в комбинезоне карман под мышкой. Из него получилась неплохая кобура. Эви сунула в карман свой «Мишков», а насадку-ствол — в глубокий карман на правой штанине.

Глядя в зеркало, Эви убедилась, что куртка сидит слишком плотно, отчего была заметна кобура. Ей пришлось расстегнуть молнию пониже, чтобы не выдать себя оттопыренной подмышкой. Патроны для «Мишкова» разместились в других карманах. Из рюкзака Эви прихватила с собой лишь несколько фальшивых удостоверений личности, пачку двадцатидолларовых бумажек, и черную магнитную карточку, которую она позаимствовала у убитого наемника.

Когда Эви стала засовывать в карман пачку банкнот, она обнаружила там небольшой пружинный нож с перламутровой рукояткой и выкидным лезвием. Пожав плечами, Эви переложила деньги в другой карман.

Сняв очки, она посмотрела своему отражению в глаза. Золотисто-желтые, они отливали зеленью сквозь разрез зрачков, глядя в упор на нее из зеркала. Так что же все-таки с ней происходит? Ведь уже несколько лет, как Эви не связана в Агентстве ни с какой секретной работой. Даже отдаленно выполняемые ею поручения нельзя отнести к разряду экстраординарных. Вся ее работа сводилась к нудному анализу геополитической обстановки и разработке планов на случай чрезвычайных ситуаций. Последнее «горячее» задание Эви выполнила шесть лет назад в Кливленде.

Тогда четырем пришельцам удалось затесаться в ряды черных представителей в правительстве США и все последствия этого случая уже давным-давно изжили себя, разве не так?

Именно тогда она последний раз слышала голос Фрея, вышедшего с ней на связь в качестве «Ангела».

Фрей вошел в спальню и встал у нее за спиной. Эви вернула на место очки.

— Неплохо, — одобрительно произнес он.

— И что теперь?

— Через пять минут, в шесть пятнадцать, мы пойдем с тобой по восточной Шестидесятой улице. На полпути между этим домом и мостом Квинсборо возле нас остановится такси. Мы должны сесть в него и не высовываться. Вот и все.

— Пять минут — превосходное время для того, чтобы Агентство сумело среагировать. — Эви, будто наяву, слышала, как полковник Абдель дает ей наставления доверяться собственному чутью, и сейчас чутье подсказывает ей, что дела ни к черту годные.

Но что она может поделать?

Эви шагнула назад, в гостиную. Фрей последовал за ней не сразу. Бросив взгляд через плечо, Эви заметила, что он поправляет одежду в шкафу, в котором она только что копалась. Фрей стоял к ней спиной и поднимал с пола брошенные ею кроссовки. Эви ожидала, что он просто собрался вернуть ей обувь, но вместо этого Фрей аккуратно поставил их в шкаф рядом с парой красных лодочек на высокой шпильке.

Обернувшись, он поймал на себе ее взгляд. Под щеткой усиков мелькнула растерянная полуулыбка:

— Некоторые собирают монеты. — Пожав плечами, Фрей выпрямился. — Твои кроссовки более чем равноценная замена для куртки Шелли.

«Интересно, — подумала Эви, — с какой же точки зрения. А еще любопытно, кто такая эта Шелли?»

Фрей закрыл шкаф и подошел к двери, где все еще, не спуская с него глаз, стояла Эви.

Внутреннее чутье подсказывало ей, что здесь явно что-то неладно, но то же самое чутье говорило, что на Фрея можно положиться. А еще внутренний голос нашептывал ей, что как только они расхлебают эту кашу, Фрей обязательно попытается затащить ее к себе в постель.

Эви кожей чувствовала, как в нем нарастает вожделение. Вполне цивилизованное и вполне серьезное вожделение, которое не могло исходить от предателя, собравшегося бросить ее на растерзание волчьей стае.