Черные журавли - Владимир Дмитриевич Михайлов

уже произошло, неожиданное случилось снова.

Черное полотнище внезапно изогнулось и рванулось в сторону. Ничем нельзя было объяснить этот судорожный и стремительный рывок, при помощи которого Журавль ушел из зоны действия ловушки, еще не успев войти в соприкосновение с нею. Старик не собирался признавать себя побежденным, но следующий Журавль — из третьего ряда — свернул, еще не дойдя до места предыдущего, а следующий — еще раньше. Руки Старика заметались на пульте, давая усиление, меняя фокусировку, применяя множество ухищрений, мгновенно придумать которые мог он один, — ничто не помогло, и вскоре последний Журавль скользнул мимо корабля, с возрастающей скоростью удаляясь в пространство.

Так это выглядело на экране, и именно так это увидел Игорь. Но Старику показалось, что последнее ускользавшее черное полотнище дрогнуло, на миг замерло — и вдруг рванулось к нему, окутывая его непроницаемой, тяжелой и душной чернотой.

16

— Ну, как вы? — спросил Игорь.

Старик пошевелился.

— Где мы?

— Все в порядке. Лежите спокойно.

— Курс, курс?

— Завтра скорость упадет до безопасной. Повернем домой.

— А Журавли?

— Уже далеко. — Игорь задумался, словно подсчитывая в уме, и повторил: — Далеко.

Старик вздохнул и закрыл глаза.

— Не беспокойтесь, — сказал Игорь. — Никакой опасности. Просто нервное переутомление. Естественно в вашем возрасте.

Старик пробормотал:

— Не возраст. Разочарование. И это — уже последнее.

Он помолчал. Затем усмехнулся.

— Столько лет — и все зря.

— Почему зря?

— Они ушли. — Старик вдруг приподнялся на локте и резко спросил: — Или нет? Этот, последний… Отвечайте!

— Ушли все. Но ведь что-то осталось…

— Записи, ленты? Я хотел не этого.

— Чего же?

— Понять их. Но для этого мне был нужен Журавль. Хоть один!

Игорь подумал, что лежащий перед ним старец — все-таки великий Старик. Захотим ли мы все Журавлей, потерпев последнее поражение, или хотя бы думая, что потерпели его?

— Не обязательно — схватить, — сказал он, но Старик не слушал.

— Сколько лет! — пробормотал он. — Сколько бы я провел экспедиций! Основал колоний… Мне очень много лет.

Этого он мог и не говорить; сейчас он был таким, как в тот раз в своей каюте, и при взгляде на него вряд ли могли возникнуть сомнения относительно его возраста.

— Но ведь вы достигли цели.

Что-то в голосе Игоря заставило Старика поднять голову. Глядя в глаза спутника, он требовательно сказал:

— Говорите!

— Подумайте! Ведь эти Черные Журавли…

— Как они называются, я знаю.

— Ведь они живые — эти ваши Журавли!

Старик медленно сел.

— Живые?

— Конечно! Вы бы поняли это сразу, не будь вы так захвачены ловлей. Никто, кроме живых существ, не может произвольно менять скорость и направление полета. А они делали и то и другое.

— Однако можно предположить…

— Мало того! Вспомните, как они шарахались от вашей ловушки. Это не поле отталкивало их, они уклонялись сами. Они сообщали друг другу! И во второй раз сделали это еще быстрее…

Старик подозрительно взглянул на Игоря.

— В какой второй раз?

— Пока вы… отдыхали, я еще раз попробовал.

— Вы! — сказал Старик. — Не вы ли обещали мне…

— Не менять курс? Я его и не менял. Я просто еще раз поравнялся с ними, и, вспомнив, как делали вы…

— Чудо, что мы не взорвались, — мрачно подумал вслух Старик. — Ну и результат?

— Я ведь говорил! Кстати, вы рассказывали, что уже пытались ловить их этим способом? Ну раньше?

— Ловушка была еще слабее…

— Все равно. Они знают, понимаете — знают этот способ. Вы научили их!

— Жизнь в пространстве… — пробормотал Старик. — Эта ваша идея не укладывается в голове.

Игорь усмехнулся.

— Придется уложить. Потому что это не только идея.

— Итак, вы предполагаете, что они живут…

— Здесь! В пространстве. Почему вы думаете, что жизнь возможна только на планетах? Что само пространство не может быть обиталищем живых существ?

Старик пожал плечами.

— И все же! Межзвездное пространство — обитель жизни? Кто слышал об этом?

— А кто до вас слышал о Черных Журавлях?

— Каков же их обмен? Вообще энергетика?

— Очевидно, они усваивают энергию непосредственно, в виде излучения. Поэтому у них максимальная площадь при данном объеме. А дельта-поле используют для передвижения и локации.

— Да, да, — задумчиво проговорил Старик. — Первое нарастание поля — локация, второе — выброс квантов в моменты изменения движения. Возможно, возможно… Вы, конечно, замерили суммарную мощность поля перед конусом и степень ее ослабления?

— Нет. Я не знал…

— Следовало догадаться. Напрасно вы не сделали этого.

— Пустяки. Все равно, мне страшно, небывало повезло!

Старик поднял брови.

— Вот как?

— Еще бы! Теперь становится ясным, почему они стремятся к Новым: там они могут получить максимум энергии. Новые им по вкусу. И разве это не назовешь везением: именно в этом полете, от которого я больше ничего уже не ждал, мне удалось убедиться в том, что в пространстве действительно существует жизнь.

— М-да… Оказывается, наши интересы уж не столь несовместимы, как вам казалось.

— И вам тоже. Но это ваше открытие…

Старик прищурился.

— Мое, вы сказали?

— Но кто же нашел Журавлей?

— Важно, не кто настиг, а кто постиг.

— Нет, важно — кто дал возможность…

— Ладно, — сказал Старик. — Перестаньте. И вообще, пока еще не до дележа лавров. Вот если бы вы замерили напряженность перед конусом и ее вектор…

— Но к чему?

— Опять вы торопитесь! — вспылил Старик. — Почему бы вам не обдумать полученные данные всесторонне? Ведь, если Журавли направляются к Новым не случайно и направляются еще тогда, когда Новые не успели вспыхнуть — не ясно ли, что их органы, воспринимающие дельта-излучение, настолько чувствительны, что улавливают начинающиеся в недрах звезд процессы задолго до того, как их замечаем мы. Запомните! Там, куда стремятся сейчас Журавли, вспыхнет Новая. Достаточно бдительная патрульная служба, точные измерения — и люди заранее будут знать, где произойдет очередной взрыв. А если бы мы знали напряженность их локационного поля, мы получили бы представление и о чувствительности их рецепторов. И если бы был известен вектор, уже сегодня можно было бы сказать, какая именно звезда вспыхнет! Как можно проходить мимо столь очевидных вещей?

Он покачал головой и прибавил:

— Если я отдыхал, то именно от вашей безалаберности и легкомыслия.

Игорь ничуть не обиделся.

— Принимаю упрек, — сказал он. — Теперь вы все знаете. Отдыхайте же дальше. Приходит пора взглянуть и на других, земных журавлей.

17

— Пора, — сказал Старик, прикрывая глаза. — Пора… Все-таки отдохнуть по-настоящему можно только там.

Он вздохнул.

— Как жаль, что вы не провели измерений.

— В другой раз… Да вы лежите!

Старик, морщась, всунул