Эдвард Смит - Трипланетие. Первый Ленсмен

«Мэйс! Мэйс!! Мэйс!!!»

И в конце концов, Мэйс ее услышал.

Родерик Киннисон клялся, что никто не сумеет быстро выбраться из Холма, но Мэйсон Нортроп, Джек Киннисон и Конвэй Костиган очутились в Нью-Йорке через двадцать минут.

«Где ты, Джил?» — то и дело спрашивал Нортроп, в страшном волнении ероша волосы.

«Где-то около Стэнхоуп-Серкл, — вновь оказавшись на связи со своими друзьями, Джил частично восстановила свою былую уравновешенность. — В пределах восьми или десяти кварталов.»

«Нам это сильно поможет, — сердито проворчал Джек. — Десять кварталов — дьявольски большая территория, детка!»

«Помолчи, Джек! Джил, говори, рассказывай все, что может нам дать хоть какую-то зацепку!»

«Я считала правые и левые повороты, и уверена, что мы где-то! в районе Стэнхоуп-серкл, но я не смогла определить, куда он двинулся дальше. Может, мы уже за городом… мне кажется, что сейчас мы вообще одни на дороге.»

Мысленно переговариваясь с Джил, ленсмены узнали, что Геркаймер замедлил скорость и остановился, припарковав машину. Он вышел и вытащил из нее безвольное тело девушки, сдвинув при этом капюшон, так что она, хоть и одним глазом, все же могла обозреть местность. Она заметила еще один автомобиль, ярко-желтый глайдер, стоявший примерно в сотне ярдов впереди; еще был виден знак парковки. Дом, в который внес ее похититель, имел не менее трех этажей, и номер его… один, четыре… ах, если бы он наклонил ее еще немного, она бы смогла разглядеть и остальные цифры… Ага, вот! — один-четыре-семь-девять!

«Как ты думаешь, Мэйс, это Раштон-сквер?»

«Очень похоже. Номер тысяча четыреста семьдесят девять. Вперед!»

В темном холле два человека с лицами, прикрытыми масками, заперли двери, и лифт понес их вверх. Затем они очутились в комнате с намертво прикрепленным к полу железным креслом. Джил пихнули в него; двое в масках встали за спиной.

— Наденьте-ка на нее наручники, — приказал Геркаймер, — только поосторожнее, не сломайте кости…

Джил, охваченная неистовой яростью, крепко стиснула зубы, стараясь не закричать, когда тяжелый холодный металл охватил ее запястья. Потом ее примотали веревками к спинке кресла — они не давали ей наклониться вперед, и девушка только бешено сверкала глазами, словно разозленная кошка. Теперь она осознала до конца, что дело плохо; этот Геркаймер вовсе не собирался придерживаться каких-то правил игры.

Он сделал шаг вперед, взялся за ворот ее платья и резко рванул — тонкий шелк бального платья треснул, обнажив груди девушки. Геркаймер затянулся сигаретой и двумя пальцами поднес ее к коже Джил чуть выше подмышки — послышалось едва заметное шипенье, запахло горелой плотью. Джил дернулась и отчаянно закричала, но ее мучитель лишь холодно улыбнулся.

— Это задаток, крошка; я не собираюсь долго с тобой возиться. Итак, мне необходимо знать две вещи. Во-первых, все, что ты знаешь о Линзах — откуда они взялись, что из себя представляют; в общем, все, кроме обычных сказок для прессы. Во-вторых, ты расскажешь, что действительно произошло на балу в посольстве, — он снова затянулся. — Ну, говори! Чем быстрее расскажешь, тем меньше будешь мучиться.

— Ты ничего не добьешься, Геркаймер, — отчаянным усилием Джил пыталась привести себя в норму. — За мной следят… — она замолчала, затаив дыхание. Если она сейчас скажет, что ленсмены вышли с ней на связь, этот зверь убьет ее. Она попыталась переключиться на другую тему:

— Этот двойник на балу никого не обманет, не рассчитывай!

— Большое дело! — ядовито усмехнулся секретарь. — Мне надо было выиграть полчаса, — и только! Нет, моя милая, у тебя не больше шансов, чем у пластмассовой собачки в адском огне!

«Джил! — пронзил ее мозг отчаянный призыв Джека Киннисона. — Это не Раштон-сквер — дом под тем номером имеет всего два этажа. Подумай, какая еще может быть улица?»

«Не знаю…» — ее мысли испуганно метались в голове.

«Проклятье! Найти бы того, кто хорошо знает этот проклятый район! Конвэй, бери такси, а я вызову Паркера…» — мысль Джека исчезла, когда он настроился на волну другого ленсмена.

Сердце Джил болезненно сжалось Сейчас она была почти уверена, что ленсменам не удается вовремя разыскать ее…

— Подтяни-ка веревки, Эдди. А ты. Боб…

— Остановитесь! О боже, прекратите! Лучше убей меня!

— Убить, крошка? Расскажи что-нибудь поинтересней, а там посмотрим. Может, я и… — он ухмыльнулся. — Нет, так приятно будет взглянуть, как ты умираешь… Не быстро, разумеется. Сначала пара ласковых прикосновений сигареткой… И ради бога, кричи, сколько хочешь, стены тут звуконепроницаемые. Потом займемся ноготками, глазками… нет, глазки мы оставим на сладкое, чтобы ты поглядела, как парочка ползунов с Венеры примется обгладывать твои ножки…

Схватив девушку за волосы, Геркаймер вдруг с силой пригнул ей голову и прошипел:

— Все так и будет — если ты не заговоришь! Беспомощная, неподвижная, охваченная смертной тоской, Джил все еще пыталась вернуть свой потрясенный разум с границы безумия. Она облизала сухие губы. Киннисон всегда говорил ей, что человек умирает всего один раз… Только она уже не единожды умирала от страха, и будет умирать еще много, много раз…

«Да говори же, Джил! — мысль Нортропа почти ощутимо шевелилась в голове. Он, ее любимый, был в ярости и тревоге, не в силах облегчить или разделить ее муки. — Говори, расскажи ему, что знаешь! Мы уже засекли тебя — это Хэннон-авеню, и мы будем там через две минуты!»

«Говори, Джил, отвлеки этого подонка! — это был Джек. Странное дело — на этот раз она не испытала неприятных ощущений, на миг слившись с его разумом; ничего от влюбленного — просто касание дружеской руки. — Скажи этой крысе правду… он не проживет достаточно долго, чтобы передать ее другим!»

«Нет, не могу… нет, нет!» — на ее глазах выступили слезы.

«Я с тобой, девочка моя!» — отец попытался войти в ее разум, но его перебил Родерик Киннисон.

«Я приказывая, Джил Сэммз! Говори! Ты что — хочешь, чтобы дядюшка Род взялся за ремень?»

Она усмехнулась — прямо в волчий оскал Геркаймер — и начала:

— Так вот, о Линзах… Их доставили с Аризии…

По наружной стене здания спускались три темных фигуры. Нортроп и молодой Киннисон остановились на уровне шестого этажа, Костиган продолжил спуск, чтобы заняться охраной.

«Только пули, никаких лучей, — напомнил он своим молодым товарищам. — Мы должны очистить помещение, не оставляя следов, без разрушений.»

Никто ему не ответил — все были слишком заняты. Два бандита, стоявшие за стулом, к которому была привязана Джил, упали первыми, а затем Джек всадил пулю в затылок Геркаймера. Нортропу это показалось недостаточным; вскинув автомат, он прошил тело секретаря длинной очередью.