Мюррей Лейнстер - Первый контакт

Капитан «Балтимора» поднял бинокль и тут же едва не уронил его от удивления. На мачте развевался черно-белый флаг. Белый череп со скрещенными костями на черном фоне — традиционный пиратский знак!

На такелаже встречного судна появились сигнальные флажки. Капитан «Балтимора» ошеломленно смотрел на них.

— Тарабарщина! — пробормотал он. — Какая-то бессмыслица! Они не пользуются международным кодом. Я ничего не могу понять!

Затем заговорила пушка. Над носом встречного корабля появился огромный клуб дыма. Тяжелый удар потряс переднюю часть корпуса «Балтимора». Через мгновение раздался взрыв.

— Похоже, я тоже спятил! — воскликнул капитан.

Второй выстрел. Третий и четвертый. Черный пароход отошел в сторону, не прекращая обстрела. Очередное посланное ядро снесло половину капитанского мостика. Взорвался грузовой люк.

Тут капитан пришел в себя и начал отдавать приказы. «Балтимор» сделал резкий поворот и устремился вперед, заметно увеличив скорость. Пушки на колесном корабле продолжали стрелять. Пираты попытались уйти, но было уже слишком поздно.

«Балтимор» протаранил чужой корабль. В этот момент капитан лайнера уже не сомневался в собственном безумии. Пароход было невозможно спасти — «Балтимор» разрубил его на две части.

Бледный рассвет с трудом пробивался сквозь густую листву туда, где горел слабый костерок. Земля была пропитана влагой, и над сырым хворостом поднимался плотный белый дым. Хантер, одетый в обрывки серой формы, следил, чтобы пламя не погасло.

Харрис терпеливо изучал ружье, пытаясь разобраться в принципах его работы. С такой конструкцией ему иметь дело не приходилось. Спусковой механизм выглядел очень странно, а на канале ствола не было нарезки. Харрис не мог понять, как в таком случае придается вращение пуле. Он тоже был одет в серую форму — юноша с радостью выбросил набедренную повязку, которую ему швырнули в рабском бараке. Минотт сидел, обхватив голову руками, и глядел на реку. На его лице застыло горькое выражение.

Блейк прислушивался. Мэйда Хайнс сидела рядом и смотрела на него. Люси Блейр бросала тоскливые взгляды на профессора Минотта, потом подошла, устроилась рядом и о чем-то спросила. Две другие девушки расположились у костра. Берта Кеттерлинг прислонилась к стволу дерева. Она тихонько похрапывала. Все, за исключением Блейка, были босиком.

Он вернулся к костру и кивком показал на небольшую речушку.

— Похоже, мы находимся на краю разлома времени, — заметил он. — По эту сторону, судя по растительности, царит каменноугольный период. По ту время не настолько далекое, но и оно не имеет отношения к нашей реальности. Профессор Минотт!

Тот поднял голову.

— Да? — с горечью спросил он.

— Нам нужна информация. Мы провели здесь уже немало часов, но пока что не произошло ни одного сдвига. Возможно, они прекратились, сэр? Если я прав и временнЫе дороги останутся перепутанными, нам уже никогда не вернуться домой. Но мы, по крайней мере, можем поискать колонии или города, где живут близкие нам по духу люди.

— Даже если мы попытаемся, то как далеко нам удастся продвинуться? — угрюмо проронил Минотт. — Мы практически безоружны. Мы не сумеем…

Блейк указал на ружья.

— Харрис скоро с ними разберется, — сухо возразил он. — Кроме того, девушки не вытаскивали револьверы из сумок. Так что у нас приходится по два ствола на каждого мужчину — и еще пара в запасе. Наверное, римляне решили, что седельные сумки — это просто украшения, или же собирались изучить их содержимое позднее. Мы прорвемся. Я хочу знать: закончился ли процесс временнЫх сдвигов?

Люси Блейр что-то негромко сказала, но Минотт смотрел на Мэйду Хайнс. Та не сводила обожающего взгляда с Блейка. Глаза Минотта яростно горели. Он покачал головой.

— Скорее всего, нет, — хрипло ответил он. — Я предполагаю, что сдвиги будут продолжаться еще около двух недель. На всех временнЫх путях. Ошибочно думать, будто данный процесс относится только к нашей дороге. Да. Я считаю, у нас недели две или даже больше, если пространство и время полностью не уничтожатся раньше.

Блейк сел.

Мэйда Хайнс тут же устроилась рядом с ним.

— А вы не могли бы объяснить подробнее, сэр? Мы можем подождать здесь. По-моему, в наше время на другом берегу находился небольшой городок. Мы его увидим, если вдруг появится нужная временнАя дорога.

К Минотту вернулась часть его прежнего апломба. Даже короткое пребывание в статусе раба сильно подорвало его уверенность. Прежде он считал себя представителем высшей расы. Превращение в раба изменило его взгляд на мир. Минотт не мог перенести унижения — ведь ему удалось убить всего двух рабов, а на свободе он оказался только благодаря Блейку. Но теперь в его голосе вновь слышались повелительные интонации.

— Мы знаем, что тяготение искривляет пространство, — четко сформулировал он. — Исходя из общих наблюдений, можно вывести величину искривления. И оценить необходимую для этого массу, которая плюс к тому могла бы создать замкнутую вселенную. Такую, куда невозможно добраться или хотя бы увидеть ее в известных измерениях. Точно известно, к примеру, что если две гигантские звезды сходной массы столкнутся, то в момент их соприкосновения не произойдет серьезного катаклизма. Они просто исчезнут. При этом их существование не прекратится. Просто они перестанут находиться в нашем пространстве и времени. Они перейдут в собственное измерение.

Харрис произнес извиняющимся тоном:

— Как если бы ты залез в дыру, а потом забрал эту дыру с собой. Я однажды читал нечто похожее в воскресном приложении, сэр.

Минотт кивнул и продолжил в своей привычной преподавательской манере.

— А теперь представьте, что появились две такие вселенные. Обе с точки зрения пространства и времени невидимы относительно друг друга. Каждая существует в своем измерении. Но должно появиться и некое… гиперпространство, поскольку если эти вселенные разделены, между ними должна быть определенная прослойка — в противном случае они окажутся вместе.

— Иными словами, — заметил Блейк, — вы говорите о том, о чем мы можем догадываться, но не способны проверить на практике.

— Совершенно верно, — кивнул Минотт. — Кроме того, если наше пространство замкнуто, следует предположить, что оно такое не одно. И не забывайте, другие пространства столь же реальны, как и наше.

— И что же это значит? — спросил Блейк.

— Если есть вселенные, подобные нашей, то они находятся в общей среде — гиперпространстве, от которого мы все в равной степени изолированы. Они могут быть как похожи на наш мир, так и нет. Они разделены космосом, однако все равно влияют друг на друга. Поскольку различные замкнутые пространства чередуются с гиперпространством, можно предположить, что они влияют друг на друга через него.