Сергей Лексутов - Вольные Астронавты

Государственные рудники мало-помалу заработали, и время от времени с ночной стороны планеты стартовали баржи с драгметаллами, и загружали ими транспортник, прячущийся в тени планеты от горячих лучей светила. Зотик как раз участвовал в налете на этот транспортник. Трудность операции заключалась в том, что поблизости дежурил рейдер. Однако Халим Филлогоний разработал хоть и рискованный, но достаточно остроумный план, способный принести удачу. Кроме Халима в деле участвовало еще два корабля вольных астронавтов рангом помельче. Вольные астронавты накупили всякой старой мелочи: десантных катеров, дожидавшихся утилизации, шлюпок, старинных истребителей, со снятым вооружением, кое-как подремонтировали эту рухлядь, оснастили системами дистанционного управления, и весь этот рой должен был сымитировать атаку на рейдер. Управлять им вызвался Зотик, как лучший пилот эскадры. Вольные астронавты рассчитывали, что рейдер сначала займется проблемами собственной безопасности, а уж потом спохватится, и вспомнит о несчастном транспортнике. Но не тут-то было! Когда рой мелочи, разогнавшийся до субсветовой скорости, вынырнул из-за светила, и капитану рейдера должно было стать ясно, что атакуют именно его, он выпустил всего лишь одну эскадрилью из девяти, находившихся у него на борту. Все знают, что встречный бой на субсветовых скоростях невозможен; бризантные снаряды почему-то не могут воздействовать на вещество мишени, а разряды бластерных пушек из стволов не вылетают, а медленно, и как бы нехотя выплывают. На это-то и рассчитывали вольные астронавты, на бесполезность контратаки. Но хладнокровию капитана рейдера можно было позавидовать. Его истребители, на жутких, почти смертельных для пилотов, перегрузках описали циркуляцию, и оказались в тылу Зотикова воинства. Командир эскадрильи правильно угадал, что почти все атакующие — пустые консервные банки, и тут же углядел катер Зотика, а может, каким-то образом вычислил по показаниям радара. Не успел Зотик охнуть, как в силовое поле катера шибанул бризантный снаряд, а потом и бластерные разряды засверкали вокруг. Еще пара секунд — и… О, Вселенная! Прими в свои объятия душу вольного астронавта! Зотик, конечно, не был сумасшедшим, чтобы драться на десантном катере с эскадрильей истребителей, а потому совершил маневр ухода, и, не сбавляя скорости, с перегрузкой в сорок жэ, начал описывать циркуляцию, стараясь поставить между собой и истребителями планету Эльдорадо, да и солнце должно было ослепить прицелы и сканеры истребителей. Маневр был под силу лишь пилоту экстракласса. Зотику следовало не скромничать, и предположить, что командир эскадрильи как раз и угадает в нем пилота экстракласса. Короче говоря, от основных сил Зотик увернулся, но командир эскадрильи, видимо заранее, отрядил два истребителя к Эльдорадо. Они терпеливо поджидали Зотика, пока остальные гоняли пиратов, как львы нахальных гиен.

Зотик катапультировался в спасательной капсуле за секунду до того, как его катер разлетелся в плазму. Уходить в пространство по касательной к Эльдорадо не имело смысла — траектория упиралась прямо в светило. Изменить траекторию было нечем, спасательные капсулы десантных катеров обычно не оснащаются двигателями, в целях экономии места. Зотик принял единственно верное решение, садиться на ночной стороне планеты. Только там был шанс выжить, несмотря на жуткие ураганы и ливни из жидких газов. Он врубился в атмосферу с разгону, и пришлось в течение нескольких секунд выдерживать торможение на сорока пяти жэ, капсула не рассыпалась только чудом, но разлезлась по всем швам, и он оказался в лопнувшей в нескольких местах титановой бочке посреди пышного сугроба из замерзшей углекислоты. В щелях жутко завывал азотно-гелиевый ветер, и спастись, казалось, не было никаких шансов. Но Зотик не был бы Зотиком, ставшим в восемнадцать лет старшим офицером на корабле вольных астронавтов, если бы не предусмотрел и подобный вариант.

В каждом экипаже есть хоть один затурканный и забитый неудачник из новичков, служащий объектом насмешек, а порой и форменных издевательств. Каждый раз, попадая в новый экипаж, Зотик выявлял такого человека, брал под защиту, и тут же получал верного раба, друга, осведомителя… Все в одном лице. Пока налет развивался по предусмотренному плану, Отто, по прозвищу «Прачка», в десантном катере приближался к Эльдорадо совсем по другой траектории, имея строжайший приказ: не попасться никому на глаза. Если налет пройдет успешно, немедленно убраться, если произойдет что-то непредвиденное, действовать по обстановке, исключительно в интересах спасения штурмана Зотика.

Так что, сидя среди разбитых приборов и заворожено наблюдая, как углекислотные снежинки все больше и больше запорашивают панцирь боевого скафандра, бесшумно скользят по пластстеклу забрала, Зотик не шибко-то беспокоился. А зря он был так благодушен, как выяснилось чуть позже. Когда по его расчетам истребители убрались, он подал кодовый сигнал. Через час услышал ответ, поднес к глазам походный пеленгатор… Вот тогда-то и отпечаталось в его мозгу девятизначное число: ресурс системы жизнеобеспечения скафандра в минутах, и расстояние в шагах до десантного катера. Как штурман Зотик мгновенно понял, что минут чуть-чуть не хватает, чтобы отсчитать шаги до катера. Но требовать от Прачки Отто, чтобы он подлетел поближе сквозь вихри беспрерывного урагана, насыщенные углекислотным снегом и жидкими газами, было бы самоубийственно глупо; он мог промахнуться вообще на пару сотен километров. Сидеть в разбитой капсуле, и ждать неизвестно чего, когда ее система жизнеобеспечения доживала последние часы, было не менее глупо, и Зотик пошел пешком к катеру. Последние шесть шагов до катера он дышал, как запаленная лошадь, — видел однажды на Валькирии, — с остервенелой жаждой жизни вылавливая из атмосферы скафандра последние молекулы кислорода, и у него еще хватило силы воли открыть люк, а потом еще и закрыть его за собой…

Управляющий банком встретил Зотика при выходе из сейфовой камеры широкой улыбкой и заверениями, что золото находится в месте, таком же надежном, как и карманы куртки уважаемого вольного астронавта. И что теперь у господина Зотика, и его партнера в этом банке открыты кредитные линии, каждая на тридцать миллионов…

Зотик остановился, спросил:

— Я не ослышался? И мне, и Арефу, кредитные линии по тридцать миллионов?..

— Нет, нет! Вы не ослышались. Под такое обеспечение банк как раз и может выдать кредит, в два раза превосходящий обеспечение…

Зотик пребывал в крайне рассеянном состоянии, потому как мысли метались в мозгу, сплетались, расплетались, а то и вообще запутывались в бесформенный клубок, похожий на бессвязный алкогольный кошмар. То ли дело, быть простым вольным астронавтом! Планировка налета — скрытый подход — молниеносный абордаж или десант — отход — дележка добычи… Редко когда возникали отклонения от привычной схемы. А то и какой-нибудь противозаконный фрахт толстого денежного мешка. Иные фрахты, бывало, стоили десятка абордажей, и при этом безделье, и полнейшее благоденствие в течение нескольких недель. Кто решится напасть на вольного астронавта, даже если он перевозит сверхценный груз? Иногда и у вольных астронавтов бывали минуты не предаваемо прекрасные, когда попадалась неисследованная звездная система; высадка со всеми предосторожностями, и пьянящее сознание того, что ты первый в этом мире, как Бог или Дьявол…