Сергей Гжатский - Колодец

Но, как выяснилось, никакая помощь Симакову не требовалась!

От сети он ушёл весьма простым и оригинальным способом: присел и ловко поймал на лету шипяще — трескучий кокон прямо над головой.

"Голой рукой!" — ужаснулся Игнатов, боясь увидеть, как конечность зятя начнёт на глазах превращаться в головешку. Но ничего подобного не случилось! Симаков, даже не поморщившись, взмахнул огненной паутиной и метнул её назад в хозяина.

Советник подобной выходки не ожидал, и потому момент ответного броска пропустил. Результатом этого стало то, что его оружие спеленало его же самого с головы до ног. Великолепный серый костюм вспыхнул ярким пламенем и сам Советник, запылав словно факел, страшно закричал. Орал он, впрочем, больше от испуга, неожиданности и злости, нежели от боли.

Игнатов, как безмолвный статист, только наблюдал за всеми действующими лицами, не в силах даже комментировать происходящее. Он мысленно поаплодировал Советнику, увидев как тот быстро взял себя в руки и отойдя в сторонку принялся старательно сбивать с себя пламя, рвать злополучную сеть на части и втягивать в ладони обрывки её огненных нитей. Конечно же, он, как и Симаков, никакой боли при этом не испытывал!

…Едва метнув сеть назад, Симаков, как был в присядку, так и полу развер нулся к атакующему Митричу. Он выбросил вперёд и вверх, навстречу удару, правую ногу и встретил кисть с мечом так называемой "каменной стопой".

Рука колдуна двигалась в сверхскоростном режиме, но Симаков оказался быстрей. Кисть наткнулась на внезапно возникшее препятствие и расплющилась о неё, пальцы хрустнули и разжались. Меч выскочил из руки, сверкнув серебрянным росчерком, загремел по камням.

Вспышка яркого света пронеслась перед глазами Игнатова. Он вдруг с облегчением почувствовал, что вновь свободен. Первое, что он сделал, это подбежал к отлетевшему в сторону мечу, ловко подхватил его и встал рядом с Симаковым.

Митрич, на время забыв о схватке, заплясал на месте. Подвывая от боли, он

"баюкал" разбитую руку, прижимая её к груди.

— С трофеем тебя, шуряк, — похлопал Игнатова по плечу Симаков, — Ого! Ты глянь, что деется!

Последнее его замечание относилось к мечу, которым вооружился Костик. Кривой клинок на глазах всех присутствующих выпрямился, вытянулся и превратился в обоюдоострый меч — кладенец!

— Ну и ну! — ахнул Игнатов, следя за всеми метаморфозами клинка.

Колдуны на время вышли из битвы: один тушил искры, другой "восстанавливал" руку… Генерал, видя поражение коалиции, незаметно отступил к спящим бойцам и сделал вид что целиком занят состоянием подчинённых. Игнатов смекнул, что он может воспользоваться автоматом кого-нибудь из "теней" и немедленно взял его на мушку. Меч ему при этом стал мешать и он с лёгким сердцем протянул его Симакову, котрый и сам не отводил от клинка заинтересованного взгляда.

— Держи, Степаныч! Тебе он вроде как по статусу больше подходит. А мне авто мат привычней…

Симаков с удовольствием принял меч, несколько раз со свистом полоснул воздух вокруг себя: "Замечательный клинок!"

В этот миг колдуны окончательно пришли в норму. Они встали плечом к плечу и дружно пошли на Симакова с Игнатовым живым тараном. На лицах обоих читалась решимость покончить со Стражем незамедлительно!

Симаков трижды взмахнул перед собой мечом и произнёс нараспев какие-то незапоминающиеся слова. "Заклинание!" — догадался Итнатов, покосившись на зятя с уважением. Внезапно колдуны наткнулись на невидимое препятствие, возникшее на их пути за два шага до путников. Порасшибав лбы, оба с проклятиями отпрянули назад, но уже в следующую секунду вновь подступились к невидимой стене, что бы синхронно пнуть её руками и ногами.

От этих ударов стена засияла перламутром, пошла трещинами и через мгновение обрушиться искрящимися осколками. Родственники и колдуны вновь оказались лицом к лицу.

Симаков направил на них острие меча: "Ну, подходи по одному!"

Колдуны на мгновение заколебались. В этот момент меч в его руке засветился солнечным блеском. Превратившись в луч света, он втянулся в ладонь, а сам

Страж в мгновение ока преобразился в могучего золотисто-бликующего богатыря!

— Браво, Михаил! Ты неплохо подготовлен! — раздался вдруг за спиной защит ников Врат нежный девичий голосок и негромкие аплодисменты, — …Но тебе не хватает пока силы итога декретного и военного желания пешего воина…

Все, кто находился в пещере, онемели от неожиданности!

ГЛАВА 41. Ассур

…Потом разом обернулись на голос. Он исходил из "ТФ"- кабины, дверца которой медленно приоткрылась и выпустила наружу… Лукерью Лыкову!

Внезапное появление в пещере шестого действующего лица /спящие" тени" не в счёт! / вызвало у присутствующих кроме шока ещё и гамму чувств, среди которых первенство держало удивление.

Что до Симакова с Игнатовым и Митрича,

узнавших во вновь прибывшей односельчанку, то они вообще испытали настоящее потрясение.

Если откровенно, то Игнатова поразило не столько внезапное появление знакомой сызмальства ведуньи, а вид самого настоящего… унитаза, который ему удалось рассмотреть в полуосвещённой глубине "ТФ"-кабины за спиной женщины. "Зачем он там?" — удивился про себя Костя. Именно в тот момент к нему закрались сомнения по поводу подлинности Врат. Но он о них тут же и забыл, захваченный в плен вихрем нахлынувших исключительных событий…

Первым опомнился Митрич. Колдун уставился на приближающуюся знахарку мутным бычьим взором и задал ей волнующий всех вопрос в своей излюб ленной, простецко — грубой манере:

— Лушка! А тебя за каким хреном сюда занесло?

Он собирался добавить ещё нечто в том же духе, но приглядевшись попристаль нее, вдруг осёкся на полуслове и испуганно попятился к озеру.

— Батюшки родимыя! — еле слышно выдавил дед, едва справившись с охватив шей его паникой и зашедшемся дыханием, — Никак Зодчий самолично пожало вал?!

Как ни тихо были сказаны слова, Советник услышал "коллегу" и от страха разом потерял голову.

— Это Ассур!!! Он пришёл по наши грешные души! — завопил он что было мочи

и тоже отступил к озеру, — Я как задницей чувствовал, что они где-то рядом…

Лыкова будто не слышала колдунов. Покачивая крутыми бёдрами, она плавно скользила по песчаной дорожке и загадочно улыбалась. Улыбка Джаконды Леонардо да Винчи не шла с её ни в какое сравнение…

Симаков с Игнатовым первыми оказались на пути целительницы. Они расступились, уступая гостье дорогу. Та прошла мимо, взглянув на них лишь мельком и шага через три остановилась напротив колдунов и генерала.