Стивен Дональдсон - Мордант превыше всего!

— Хорошо же, Мастер Эремис. Пока я готов согласиться с вами. Но есть много такого, чему я хотел бы услышать от вас объяснения.

И, нахмурившись, он уступил место в центре зала Эремису.

Остальные Мастера последовали его примеру. Прежде чем ее могли бы разделить с ним, Териза схватила Джерадина за руку. Мощные руки Мастера Гилбура придавили обоих к доске скамьи. А Мастер Эремис в это же самое время поднялся на возвышение.

И почти сразу же начал.

— Мастера, я постараюсь быть кратким. — Его голос был тихим, но, похоже, вызывал эхо даже в самых дальних углах комнаты. — Наша встреча с лордами провинций была прервана и закончилась безо всякого решения потому, что они не поверили нам. Они считают, что мы служим королю Джойсу и хотим заманить их в ловушку. Или что мы служим лишь себе и пытаемся заставить их служить нам.

— Мастера Эремиса обвиняют в наглости, — вмешался один из молодых Мастеров. — Однако кто же наглецы, если не сами лорды?

Так тихо, как это было возможно, Териза прошептала Джерадину на ухо:

— Не беспокойся, король Джойс и так знает, что происходит.

Он уставился на нее, ничего не понимая.

— Конечно же, — продолжил Мастер Эремис, в полной мере используя свой знаменитый сарказм, — переговоры были делом не простым. Для начала я должен информировать вас, что был даже более «самонадеян», чем вам могло показаться. После того, как я лицезрел результат миссии, направленной к нашему королю, я пригласил на встречу принца Крагена из Аленда.

При этих его словах многие из Мастеров застыли. Эремис теперь полностью завладел их вниманием. Магистр обратил на него яростный взгляд, но не прерывал.

— Я, конечно же, не буду уверять вас, что полностью доверяю любому представителю алендского монарха. Но принц подчеркивал, что ищет мира. И я не сомневаюсь, что он действительно хочет защитить нас от Кадуола. И потому я решил, что его присутствие не вызовет лишних осложнений, а при случае откроет нам возможности для гораздо более значительного союза, чем просто объединяющий Гильдию с лордами.

— Файль все рассказал ему, — пояснила Териза Джерадину. — Во всяком случае, о Воине. А не о встрече.

— Тогда почему?.. — на секунду он забыл, что нужно говорить тихо, но колючие взгляды Мастеров и рука Мастера Гилбура, рванувшая за жилет, напомнили ему. — Почему он ничего не предпринимает?

Заметно смягчившись, Мастер Барсонаж пробормотал:

— Вы превзошли самого себя, Мастер Эремис. Вы прекрасно все рассчитали, но вам не хватило знания психологии. Я боюсь, что этот трюк вынудил лордов отнестись к вам с еще большим подозрением. Я не прав?

Эремис вздохнул:

— Это второй вопрос, который я собирался прояснить. Лорды действительно не захотели меня внимательно выслушать — но не из-за присутствия принца Крагена. Говоря откровенно, мне кажется, что они выслушали бы внимательнее его, если бы там не было меня. Их ненависть к Аленду меньше их недоверия к воплотителям.

Некоторые из Мастеров вслух выразили свое удивление. Другие мрачно пробормотали проклятия. Но Мастер Эремис воздел руки, призывая их замолчать.

— Я не хочу быть несправедливым. Принца Крагена очень заинтересовало наше предложение. Пердон был заинтересован еще больше. Но что касается остальных… — Он пожал плечами. — В Армигите вообще, похоже, не осталось ни капли здравого смысла. А Тор был слишком пьян, чтобы что-то соображать.

— Неужели ты не понимаешь? — Териза повернулась к Джерадину, озабоченная тем, чтобы ему все было понятно. — Вот почему у Мастера Эремиса не осталось другого выбора.

Его взгляд помрачнел от внутренней боли. Похоже, он не хотел понимать ее.

— Я верю, что Термигана при других обстоятельствах можно было бы уговорить, — сказал Мастер Эремис. — Вместе с Пердоном этого было бы достаточно. У нас была бы основа, на которую можно было бы опереться, от чего можно было бы отталкиваться. Но все потерпело крах из-за страстного недоверия Файля к воплотимому.

— Файля? — спросил Мастер Барсонаж. — У него репутация рассудительного человека.

Мастер Квилон неожиданно проявил заинтересованность. Его глаза засверкали, он лихорадочно впитывал информацию.

— О, он рассудителен, — вмешался Гилбур, — если можно назвать рассудительностью то, что он отверг все, что было предложено, просто потому, что мы собираемся вызвать Воина без разрешения короля Джойса.

Еще один Мастер возмутился:

— Вы говорите серьезно? А почему, он думал, эта встреча происходила в тайне? Почему он принял приглашение, если разрешение короля ему так важно?

— Чтобы шпионить за нами, — проревел Мастер Гилбур. — Почему же еще?

Магистр был потрясен:

— Это действительно так?

— Да, — звонко ответил Мастер Эремис. — Он признался в своем намерении информировать короля, чтобы тот предотвратил любое проявление нашей воли или желания.

Сосредоточив внимание на Джерадине, Териза подумала: «Ведь на самом деле все было совсем не так. Правда же?» Но все это действительно было. Чем больше она вспоминала, тем больше соглашалась с Мастером Эремисом и Мастером Гилбуром. Хотя подсознательная реакция на благородство Файля заставляла Теризу думать иначе.

— Тогда почему, — неожиданно вмешался Мастер Квилон, — король ничего не предпринял, чтобы остановить нас?

Внезапно разъярившись, Мастер Эремис резко повернулся лицом к Квилону.

— Вы просите меня объяснить его поступки? Если бы я обладал такой мудростью, я бы с легкостью спас Мордант.

— Мы не можем объяснить это, — настойчиво поддержал его один из воплотителей, до сих пор молчавший. — И мы должны действовать — пока Леббик и его люди не попытались остановить нас.

Лицо Джерадина выражало озабоченность, словно он старательно прислушивался к каждому слову.

— Хорошо. — Мастер Барсонаж с трудом поднялся со своего места. — Все остальное предположить нетрудно. — В голосе его звучало поражение; даже брови его казались обвисшими. — Я считаю, что нам следует поторопиться. Вкратце, Мастер Эремис. Что вы предлагаете?

Эремис повернулся к магистру. Сам этот поворот, уравновешенность Мастера и взгляд, который он бросил на Барсонажа, были полны такой энергии, что, казалось, от него сыпались искры. Он выглядел слишком возбужденным, чтобы Териза могла распознать его чувства.

— Я предлагаю воплотить нашего Воина, — сказал он. — Прямо сейчас. Немедленно.