Андрей Марченко - Цифрономикон (сборник)

Я поплямкал губами. Во рту ощущалось мерзкое спиртовое послевкусие.

– Рвать будет? – снова спросил водитель.

– Нет, – соврал я слабым голосом.

В следующую секунду до меня дошло, что я в домашних джинсах и что в их карманах отродясь не водилось тех денег, которые были нужны для оплаты такси.

Так и есть. Какая-то мелочь, которую мне дали на сдачу, когда я покупал хлеб и сигареты.

Ну, и моя прелесть, мой супергаджет.

Значит, не пропаду.

– Знаете ли вы, черви, что все сверхъестественные сущности имеют электромагнитную природу? – обратился Ктулху голосом Сергея Чонишвили к лежащим перед ним ниц культистам. Среди жрецов бога со звезд был и мой персонаж – крепыш с азиатским лицом, одетый в халат, расшитый серебром. – Приборы, работающие на электрике, послужат идеальным убежищем для духов, независимо от того, какие силы эти духи представляют. В свое время шаманы и колдуны научились привязывать духов к амулетам, сейчас же такие вещи вызовут обоснованное подозрение. К счастью, люди сами открыли лазейку для своих извечных сопровождающих из потусторонья. И нас не может не радовать очередной виток прогресса цивилизации смертных. Потому что большинство духов ненавидят людей той ненавистью, всю глубину которой могут испытать только мертвые по отношению к живым.

– Я ем людей! – выкрикнул вдруг один из культистов.

Вместо ника у него был номер «1.07» – как у трека с «Чильтенов». Ктулху брезгливо наступил чешуйчатой лапой культисту на голову; брызнула кровь.

– Я вижу, как мир людей сливается с потустороньем, – продолжил Ктулху, расправив крылья. – Демоны перетекают вместе с электрической энергией по проводам из города в город, из дома в дом. Одержимость превращается в инфекционную болезнь вроде инфлюэнцы. И как только звезды расположатся правильно, цивилизация смертных падет, уничтоженная выпестованным ею же злом.

Ктулху наклонился к моему персонажу. Склизкие щупальца взвились над обтянутой халатом спиной. Я только сейчас заметил, что у «меня» тоже вместо ника «Тамерлан» – номер «1.09». И у всех культистов, валяющихся у лап Ктулху, были лишь номера треков. Ники исчезли. Наверное, программный баг.

– Почему ты не доверяешь чильтенам, червь? – просипел Ктулху. – Тебе ведь было сказано, они – до-о-обрые…

Чешуйчатая лапа опустилась на голову моего культиста. Сейчас хрустнет черепная коробка…

Я судорожно схватился за проводки наушников. Нужно было срочно запустить «Чильтены».

Но наушники были надеты. Я играл в «Diezel» под монотонное бормотание мчащего через заснеженную степь поезда.

Мчится поезд, стучат колеса. Громко стучат. Закричишь – никто не услышит.

Их было четверо. Они встретили меня на самой темной аллее Президентского парка. И угораздило же сюда забрести. А всё проклятые «Чильтены»…

– Ну чё, мудила… – дохнул перегаром низкорослый, коренастый парень, в спортивном костюме и куртке-дутыше.

«Найк» или «Адидас» – не разберешь. Фонари светили неярко, но я узнал этих четверых. Самолично постил их фотки.

– Мужики, вы… это… Нету у меня бабок…

Парни заржали. Коренастый снизошел до объяснений:

– Нам твои бабки без надобности, задрот… Мы тебе сами дадим…

– На похороны, – добавил другой, и аллея огласилась новым взрывом лошадиного веселья.

– Парни, отпустите меня, – проныл я.

– Не ссы, отпустим, – отозвался коренастый. – Малость поучим, как уважать спортивную гордость страны, и отпустим…

И он коротко, без замаха врезал мне под дых. Я задохнулся, согнулся пополам и рухнул на колени.

– «Райымбек» – лучший клуб Казахстана, понял, урод? – осведомился коренастый, наклоняясь ко мне. – Не один из лучших, а – лучший!

Я попытался было выдавить из себя полное согласие с вышесказанным, но не смог даже вздохнуть. Не получив подтверждения своим словам, боксер схватил меня за грудки, вздернул на ноги. Я не успел даже выпрямиться, как он хуком в челюсть отправил меня в кусты, захлебывающегося кровью с выбитыми зубами.

– Хватит с него, Темир, – сказал кто-то из боксеров. – Пошли в кабак.

– Это я за честь клуба вступился, – сказал коренастый. – А теперь у меня к нему личное дело…

Сквозь дикую боль и кромешный ужас смысл сказанного едва доходил. Темир выволок меня из кустов, швырнул на обледенелую брусчатку.

– А это тебе, писака, за Мерьем… Будешь знать, как чужих баб трахать…

Он отвел ногу назад для удара. Но я не стал дожидаться, когда в паху взорвется режущей болью. Плеер был со мною. Пуговка наушника каким-то чудом оставалась в ухе. Кнопка мягко утонула в корпусе…

Странное ощущение. Такое со мною было впервые. Я отчетливо видел, как четверо крепких парней из боксерского клуба с азартом топчут неподвижное уже тело. Очень знакомое и в то же время – чужое. Теперь – чужое.

Я увидел, как боксеры перестали пинать труп стрингера-неудачника. Темир наклонился и поднял плеер, без всякой брезгливости приладил «уши».

– Интересно, чё качают нынче сетевые задроты, – пробормотал он, запуская единственную запись, которая обосновалась с недавнего времени в крохотном гаджете.

– Атас, мужики! – бросил громким шепотом один из боксеров. – Менты! Срываемся!

Они кинулись вдоль аллеи, но их предводитель, Темир, слегка замешкался.

«Там их и повяжут, как миленьких, – неслышно прошептал я ему прямо в подсознание. – А ты дуй к другому выходу, там чисто…»

И он «дунул». Попробовал бы меня ослушаться… Ведь я стал чильтеном – рядовым бесчисленного легиона добрых духов, всегда готовых спасти слабое человеческое существо от тысячи бытовых мелочей, настырных и неистребимых, как крысы, и от проблем посерьезнее.

Шевели граблями, парень!

Ты – свободен, пока жив.

Татьяна и Юрий Бурносовы

Возвращение в буфет «Лето»

В Алматинской области в ущелье Алмарасан нашли потерявшихся туристов, сообщает Zakon.kz, со ссылкой на пресс-службу МЧС РК. В 12 ч. 03 мин. оперативному дежурному РОСО (Республиканский оперативный спасательный отряд) поступило сообщение о том, что в ущелье Алмарасан потерялись 10 человек, выехавшие на отдых. В ходе поисково-спасательных работ силами РОСО МЧС РК (6 человек, 1 единица техники и 1 служебно-поисковая собака) в 19 ч. 55 мин. все 10 человек найдены.

Пострадавших среди спасенных нет.

Палыч, Фил и Псевдонимов встретили пса на перекрестке. Пес был черный, лохматый и с бородой. Он вполне мог бы сойти за скотч-терьера, если бы не ноги. Ноги у пса были безобразно беспородные, хоть и длинные. Ничейный пес так навязчиво нарезал круги вокруг троицы, что Палыч, Фил и Псевдонимов внезапно поняли, что пес посчитал себя псом одного из них.