Марина Казанцева - Рушара

— А твой собственный клон тебе не подошел бы? — спросила она Наяну.

Та не поверила своим ушам.

— А кто его здесь может сделать? Рушер разве только?!

«Ох, я и дура! Занялась только своими проблемами, а ведь можно было всё сделать ещё в первый прилёт Наяны во дворец! Я же видела, как легко делать клоны!»

Маргиана в мыслях ужаснулась собственной недогадливости. Как всё было просто! Вот оно, решение проблемы! Чудеса дворца в их полном распоряжении, все рушеровы примочки остались тут, в лаборатории.

— Есть некто, кто может быть тебе полезен. — осторожно сказала Маргиана, поскольку ожидала резкого протеста. — Он умеет изготавливать клоны. Но, тебе придётся раскрыть свою тайну перед человеком, которого ты не уважаешь.

— Кто такой?

— Красавчик.

— Что в тебе подлинно твоего? — спросил Моррис. — Где нетронутая генетика?

— Руки! Я их первыми восстановила. На них пошёл самый лучший материал!

Несколько часов до того момента, когда раздался сигнал готовности, все трое — Маргиана, Наяна и Моррис — сидели в лаборатории. Против ожидания, разговаривать с бывшим прислужником Владыки Рушера было совсем не трудно. Моррис нисколько не напоминал знакомого по экспедиции Красавчика — самовлюблённого и насмешливого эгоиста. И даже Маргиана предпочла не вспоминать, как состоялся их первый разговор со Стратегом.

Моррис очень сильно изменился. Он словно повзрослел на десять лет. Нэнси вспоминала разговор с профессором Кондором. Да, это была правда — они все изменились, до единого.

— Ну вот, пора. — прервал Моррис рассказ о жизни во дворце Владыки, поскольку раздался мелодичный гудок — волшебная аппаратура сигналила об окончании процесса.

У Наяны резко застучало сердце. Ей показалось, что сейчас Моррис поднимет полусферический колпак, а там, в синтезаторе, лежит опять русалка. Она хотела остановить его, чтобы иметь хоть мгновение собраться с мужеством и вынести удар разочарования с честью и без слёз. Но, Габриэл как-то буднично и без всякого эффекта поднял непрозрачную полусферу.

— Теперь, я полагаю, мне лучше удалиться. — сдержанно сказал он. — Давай, Наяна. Всё будет хорошо.

Все оказалось до изумления просто! Клон вырос не русалкой, а телом настоящей Нэнси. Наяна, едва сдерживая слёзы, смотрела на подлинную себя, на свои длинные стройные ноги, на прекрасные чёрные волосы, на смуглую, подлинно человеческую кожу. Это было так странно — видеть себя со стороны. Но, вот клон открыл и снова закрыл глаза, и Наяна ужаснулась — в этих прекрасных человеческих глазах не было ни капли осмысленности. Просто кукла. Но, даже так было страшно — ведь Наяне предстоит расправиться с ней, как с медузой. Почему она раньше не думала о том, каково пришлось клону Маргианы? Ведь, если это подлинное тело, то оно должно ощущать боль и страх! И всё же ей придётся переступить через это, если она хочет вернуться к прежнему виду, если хочет выйти навстречу своему Ланселоту. Но, силы вселенские, какой же она стала жестокой! Как хладнокровно наблюдала она страдания Ааренса! Рыбья кровь — это всё рыбья кровь! Тогда ей это казалось лёгким, а теперь так страшно снова ощутить под пальцами живую кровь и трепещущую плоть! Теперь ей придётся отправить в переплавку саму себя, это великолепное тело…

— Тебе помочь? — спросила Маргиана при виде непонятного замешательства Наяны. — Давай я подниму клона — он добежит до бассейна.

— Не надо, не буди её. — ответила Наяна. — Я сама отнесу её туда.

Да, много у неё останется ото всех тайн о том периоде, когда она была русалкой…

Работа была не на час, и Маргиана не присутствовала на совете Героев, охраняя вход в импровизированную плавильню. Моррис обещал хранить молчание. Как ни странно, обе девушки ему поверили без сомнений. В последнее время Красавчик сделался крайне немногословным, и перестал смеяться.

У обитателей дворца было своих проблем навалом. Фальконе по-прежнему проваливался сквозь пол, поэтому ему сделали сабо из древесины тантаруса. Теперь он мог ходить по полу, не проваливаясь, но сидел по-прежнему на дереве. Покушал, называется, картошечки!

В тронный зал принесли кресла, с удобством устроившись возле озера. Было бы ещё лучше, если бы на улице не было зимы.

— Значит, Зона больше не качает воздух!

Они и сами увидали это в озере, но что это значит, не понимали. Может, Рушер передумал? Второе известие тоже оказалось интересным: некое тело, носящееся с огромной скоростью на границе стратосферы.

— Я по шесть раз в день теперь наблюдаю нечто. — сообщил собравшимся Вилли. — Вижу это Глазом Пространственника. Оно проносится каждый раз со смещением орбиты.

«А Наяна воображает, что это она — диковина. Надо же — у Валентая Глаз Пространственника!» — подумала Аманда и ничего не сказала.

— Я убежден, что это и есть место Силы Рушера. До этого я не видел ничего — было высоко. Не думал о такой проблеме. Теперь же, когда уровень атмосферы понизился, я её вижу. Это Сила Пространственника. Жаль, что у меня нет маранатаса, а то бы вы увидели.

— Может, Рушер затем и выкачивал атмосферу, чтобы эта Штука перешла на более низкую орбиту? — предположила Аманда. — Я сама видела, как при приближении её к Зоне, Корона бразеларов вспыхивала, при этом Штука немного замедляла ход. А теперь, когда венок крон сравнялся с верхними слоями стратосферы, Рушер остановил ветродуйку.

— Нам всё равно как-то надо добраться до его норы. — сказал Аргентор. — Если бы у меня были жабры!

— А ты бы согласился? — спросил неслышно подошедший Моррис.

— О чём спрашивать!

— Ну-ну! — только и ответил тот.

— Если бы мы знали, зачем все это нужно Рушеру! Что толку проникнуть в его нору на Ларсари! Что мы там можем сделать?!

Так все восклицали, ломая головы над проблемами. Никто не знал, что следует предпринять. За что браться прежде: выковыривать Рушера из его норы или гоняться за летающей тенью. Как догнать Силу Пространственника, когда даже самое быстроходное средство на планете — лодка Рушера — за ней не успевает. Эта штуковина проходит над дворцом шесть раз в день, а они даже не могут разглядеть её во всевидящем озере. Она похожа на тень, и это всё.

— А если мне догнать её?! Я могу проникать с опережением! — предложил Ааренс.

— Ты слышал, что я говорил? — Аргентор возвысил голос. — Синнита дважды сказал, что к этой штуке не подступиться никому живому. И, заметь, Рушер не спорил, хотя и очень разозлился. Я думаю, с тебя уже хватает смертей!

— Мне кажется, — медленно проговорил Вилли, — что Рушер тоже охотится за этой штукой. Если бы поговорить с русалкой: что она там видела на экранах, с которыми он занимался в своей Зоне! Как бы её упросить ещё раз туда проникнуть!