Вернор Виндж - Ложная тревога

– Какое-то судно. Ну-ка, поглядим поближе.

Чента прибавил увеличение. Корабль был виден хорошо, как и широкий кильватерный след позади него.

– Ба, да это же «Овен»! – воскликнул один из онтарианских офицеров. – Невероятно! Он отплыл тридцать три часа назад и должен быть уже за сотни километров отсюда, а мы видим его, как с дирижабля. Когда был сделан этот снимок?

– Меньше секунды назад. Картинка, собственно, «живая».

– И какую территорию можно наблюдать с помощью этого приспособления?

– Любую, за исключением полюсов, хотя высокое разрешение достигается только на широтах до сорока пяти градусов.

– Х-мм, мы могли бы держать под наблюдением весь Внутренний океан.

Пирс тронул один из регуляторов. Работающий прибор отозвался на движение онтарианца. Изображение «Овна» уменьшилось и ушло в сторону; теперь им открывался пустынный участок океана, лишь слегка заштрихованный редкими облаками. Чента вздрогнул. Слева, у самого края экрана, появилось целое сплетение кильватерных V. Болквирт увеличил изображение, пока отряд кораблей не заполнил весь экран.

– Это не наши, – произнес, наконец, один из офицеров.

– Несомненно, – сказал Болквирт. – Как и то, что это ныо-провиденсианская эскадра, полковник Маклен. И, судя по следу, они направляются в нашу сторону.

– Похоже, что там четыре линкора класса «Джейкоб», полдюжины крейсеров и два десятка эсминцев, – сказал второй офицер, постарше. – Но вон те, за ними, – это что за суда? – Его глаза сузились. – Транспортники!

– Так-так. Ну и что бы могли делать силы вторжения в этом безобидном уголке света? – произнес Пирс.

Офицер постарше не улыбнулся.

– Судя по углу кильватерных «усов», они делают тридцать километров в час, боссмен. И, если я правильно понимаю знаки на экране, это говорит о том, что в нашем распоряжении меньше сорока четырех часов.

Чента посмотрел в сторону Марты и столкнулся с ее взглядом, направленным на него. Теперь он понял, зачем людям из Спецвооружений была нужна еще одна бомба. Пирс заметил их обмен взглядами.

– Это нападение и ваше прибытие – нет ли у вас каких-либо объяснений столь странного совпадения, фримен Квинтеро?

– Да, есть. Я предполагаю, что провиденсианская разведка обнаружила вашу базу еще несколько месяцев назад, но они откладывали начало наступательных действий, рассчитывая добавить в свой арсенал еще одну ядерную бомбу – ту, что была у меня с собой.

Боссмен просто кивнул, решив, видимо, пока не развивать эту тему.

– Адмирал Трюдо, я хочу встретить их в открытом море. У нас нет ни береговых батарей, ни людских резервов, чтобы дать им подойти ко входу в бухту.

Офицер понуро кивнул.

– Даже при таком заблаговременном оповещении, – он указал на экран, – они все равно захватили нас врасплох. У меня в наличии только три крейсера, два линкора и десяток вспомогательных кораблей. Этим мы не сможем остановить четыре «Джейкоба» и шесть крейсеров, боссмен.

– У нас есть бомбы, сэр, – вставил полковник Маклен.

– Вы, армейские, все одинаковы, полковник, – резко бросил адмирал Трюдо. – В том единственном случае, когда вы применили бомбу, она была тайно переправлена на нью-провиденсианскую територию и взорвана на земле. В открытом море нужно, чтобы между целью и нашими кораблями было как минимум двадцать километров. Скрытно преодолеть такое расстояние на дирижабле или торпедном катере – чрезвычайно сложная задача.

Маклен не нашел, чем возразить на это. А Чента вдруг увидел возможность получить доступ к онтарианским бомбам, а заодно, может быть, уничтожить и ядерный потенциал нью-провиденсиан. Он сказал:

– Коммуникационные бомбы оборудованы достаточно мощными двигателями, чтобы вывести их за пределы атмосферы. Почему бы вам не изменить установки режима двигателей, и тогда бомбы сами себя доставят.

Трое онтарианцев смотрели на него, разинув рты. Марта ахнула в потрясении.

– Вы можете произвести такие изменения? – спросил Болквирт.

Чента кивнул.

– Никаких проблем. Нужно всего лишь знать координаты цели.

Испустив нечленораздельный вопль ярости, Марта бросилась к столу, схватила дисплей и швырнула на пол. Марлен и Трюдо оттащили ее в сторону. Болквирт поднял прибор: экран светился, картинка по-прежнему была ясная и четкая. Он поглядел на Марту, укоризненно покачав головой.

– Стало быть, решено. Трюдо, объявите общую тревогу. Флот – все, что у нас есть – должен быть готов к выходу через двадцать два часа.

Морской офицер, не говоря ни слова, покинул комнату. Болквирт снова повернулся к землянину.

– Вы удивлены, почему я не оставляю флот здесь, если можно забросить бомбу в море, когда противник приблизится на достаточное расстояние?

– Это было бы самым разумным решением – если бы вы доверяли мне, – устало сказал Чента.

– Верно. К сожалению, я не настолько вам доверяю. Я предоставлю вам возможность выбрать какую хотите бомбу и контролировать запуск, но мне не хотелось бы подвергать эту базу риску в том случае, если у вас изменится настроение. Может быть, у нас здесь пока не так много кораблей, но инфраструктура базы делает ее одной из лучших военно-морских баз в нашей конфедерации, даже если она перестала быть секретной.

Чента кивнул. Марта что-то пробормотала. Болквирт повернулся к ней и отвесил галантный поклон.

– Если хотите, можете составить нам компанию, мисс Блаунт.

«Грозный», флагманский корабль адмирала Трюдо, насчитывал семь тысяч триста тонн водоизмещения и мог развивать скорость более сорока километров в час. Сейчас он выжимал из себя никак не меньше этого. Чента стоял на мостике, глядя на носовую палубу. После того как его подлечили онтарианские доктора, он проспал большую часть вчерашнего дня. В настоящий момент он чувствовал себя почти нормально, если не считать онемения в руке и в боку и периодически накатывающих приступов головокружения.

Дома он довольно серьезно занимался изучением кораблей двадцатого столетия, и во многих отношениях «Грозный» походил на них. Но были и отличия. Онтарианское судно выглядело грубоватым, даже несколько уродливым. Технологии стандартизации производства еще только начинали входить в практику Конфедерации. Не имея нефтяных и угольных ресурсов, новоканадцы были вынуждены использовать для разогрева своих паровых котлов растительное масло или дрова – от жирного черного дыма, который извергали трубы «Грозного», Ченту мутило больше, чем от качки и последствий контузии. На корабле был непомерно большой экипаж. Видимо, вспомогательные устройства и агрегаты не были связаны с центральной силовой установкой. Даже палубные орудия главного калибра обслуживались специальными командами, которые их разворачивали и наводили. В известном смысле «Грозный» представлял собой гибрид римской галеры и линкора 1910-го года постройки.