Кэролайн Черри - Иноземец

Потом все вдруг стихло. Брен начал подниматься, таща с собой Банитчи, но тут из пелены дыма вырвался бегом какой-то человек, а сразу за ним - две метчейти без всадников; одна подцепила человека головой и швырнула в воздух. Он гулко ударился о землю, и метчейти набросились на него раздирали клыками в бронзовых наконечниках, топтали ногами.

- Беги! - крикнула Чжейго, Банитчи рванулся вверх и вперед, и Брен постарался подхватить его с правой стороны. Но левая нога Банитчи, обращенная к Чжейго, снова подломилась, и им стоило немалых усилий удержать его. Теперь метчейти без всадников, черные тени в дымной пелене, надвигались на них. Банитчи кричал что-то о пистолете.

И вдруг из дыма вынеслась ещё одна метчейта - Нохада - и набросилась на своих товарок: драла клыками, вертелась, бодалась, кусала отступающие крупы - все это случилось так быстро... Брен схватил Банитчи за пояс и попытался приподнять и оттащить от дороги - но откуда-то возникла очередная метчейта, с разгону влепилась в Нохаду сбоку, вспорола плечо скользящим ударом клыка; следом на обеих обрушился Бабс, тоже с пустым седлом, вклинился между ними, расшвырял, столкнул Нохаду с дороги вниз, Тали обратно в облако дыма, остальные рассыпались во все стороны, а Брен с Чжейго старались увести Банитчи к камням, подальше от бешеных метчейти, и когда они добрались до глыб у подножия холма, откуда-то из дыма снова посыпались пули - но это был заградительный огонь, это их прикрывали свои. Брен услышал, как кто-то выкрикивает команды - оттянуться назад, не преследовать, собрать метчейти.

Другой голос закричал:

- Они тут же ударят нам в спину, нади!

- Они уже радировали! - крикнул Банитчи во всю глотку, цепляясь обеими руками за громадный валун. - Черт побери, убирайтесь отсюда побыстрее!

- Мы оторвались чисто! - возразил кто-то, а тем временем рядом с Бреном возник Гири и схватил его за руку:

- Нанд' пайдхи, что это вы затеяли?!

- Он мозги растерял, - резко бросила Чжейго.

Гири протиснулся мимо Брена, занял его место и подхватил Банитчи. Из облака дыма появлялись один за другим другие члены их отряда, продолжали стрелять в сторону дороги, но им, похоже, никто не отвечал.

- Они хотят обойти нас сзади, а может у них там есть машина, - едва переводя дыхание, говорила кому-то Чжейго. - Надо убираться отсюда - они сообщат, где мы. Мы опомниться не успеем, как налетят самолеты. Это не любители.

Люди бегали, разбирая метчейти. Брен заметил Нохаду в общей сумятице, побежал к ней и поймал волочащийся по земле повод - у Нохады была рваная рана под плечом и вторая, колотая, на шее, из неё капала кровь; она не подчинялась командам опустить плечо, вертелась вокруг повода и вскидывала голову. Он попробовал ещё раз, вцепившись в посадочный ремень больной рукой, - хотел обойтись без помощи.

Но кто-то схватил его за правую руку, развернул, толкнув к плечу Нохады и ударил по голове сбоку - а он даже не видел, кто. Он отлетел, свалился на каменистую землю и, уже лежа, услышал голос Чжейго - она спорила с кем-то.

- Ну так растолкуй, что это он надумал! - гремел голос Сенеди. Объясни, куда это он помчался? Когда начинается стрельба, человек бежит в нужную сторону - или в Шечидане не так учат?

У Брена все расплывалось перед глазами, в ухе звенело, он пытаясь перевернуться на здоровую руку, но ладонь уперлась в острый камень.

- Он не понимает, - говорила Чжейго. - Я никогда не знаю, что он сделает через минуту, нади! Он не атева! Вы что, не понимаете, в этом все дело!

- Нади, - холодно проговорил Сенеди, - сообщите ему, что я с ним сделаю через минуту. В следующий раз я прострелю ему колено и не стану затевать дискуссии. И отнеситесь к моим словам со всей серьезностью.

Башней надвинулась тень, заслонила солнце. Бабс, а в седле - Илисиди, молча наблюдающая, как Брен с трудом поднимается на ноги.

- Айчжи-ма, - прозвучал негромкий голос Чжейго, потом Брен ощутил её жесткую хватку у себя на локте - Чжейго тащила его в сторону. У него горела щека, одно ухо почти не слышало, он стоял и смотрел, как Илисиди проезжает мимо, а Сенеди уходит за ней следом.

- Дурак чертов! - сказала Чжейго и дернула его за руку.

- Они бы его бросили!

- А вы слышали, что он сказал? - Снова рывок за руку. - Он вас искалечит. Это не пустая угроза!

Двое из людей Сенеди поймали Нохаду и привели - а она дергала головой и вырывалась. Брен стиснул поводья, которые подал ему один из них, и сделал неуверенную попытку повернуть стремя как следует, чтобы взобраться в седло - охранник заставил Нохаду опустить плечо, и Брен зацепил стремя носком, но когда Нохада поднялась, нога соскользнула и ничего не вышло. Он висел на посадочном ремне, не доставая ногами до земли, пока кто-то не подтолкнул его снизу достаточно высоко, чтобы он смог забраться в седло.

Он видел, как садится Чжейго на одну из запасных метчейти, как поднимаются в седла последние двое, как Илисиди трогается с места. Нохада двинулась вместе со всей группой. От резкого толчка у него потемнело в глазах, все стало серым - собственно, все начало сереть ещё раньше, с того момента, как Чжейго толкнула его, по причинам, наверное, важным для нее. У него дрожали руки, ему изменяло чувство равновесия.

- Держитесь! - сказала Чжейго, подъехав поближе. - Не смейте падать, вы должны усидеть на метчейте, вы меня слышите, нади?

Брен не ответил. Ее слова его просто взбесили. Он мог понять, почему ударил его Сенеди: он прекрасно понимал, что наделал, кинувшись спасать Банитчи. Он нарушил субординацию, прервал цепь передачи команд Илисиди - и заставил отряд ввязаться в бой, которого Сенеди хотел бы избежать, потому что Сенеди думал только об Илисиди - а может быть (более мрачное подозрение), потому что Сенеди одновременно планировал бросить в беде Банитчи и Чжейго и оставить пайдхи в своих и только своих руках, для использования в политических интересах вдовы. Сенеди лично со всем удовольствием продал бы пайдхи тому, кто больше заплатит. А меня погнал с горы, теперь-то я понимаю, простой, из кишок идущий, страх, да ещё такая же, из кишок идущая, чисто человеческая убежденность, что преступление, которое я совершаю, - мелкое и простительное по человеческим меркам.

Но для Сенеди оно не было таким. И для Чжейго тоже, и вот этого Брен не мог понять - или признать.

- Вы меня слышите, нади, вы понимаете?

- Где Алгини и Тано? - перебил он.

- На лодке, - резко бросила Чжейго и замолчала, ударившись с ним коленом о колено - их метчейти шли рядом. Потом продолжила: - Наверное, изображают из себя мишень для ваших врагов и обозначают направление, в котором вы могли бежать. Но нам чертовски повезет, если...

Чжейго вдруг замолкла на полуслове и посмотрела на небо. И произнесла слово, которого Брен никогда от неё не слышал.