Стивен Харпер - Империя Немых

— Они захватили еще одну планету, — сказала Катсу.

Второй столб рухнул рядом с первым, и земля снова содрогнулась. Океанской волной хлынули новые горестные крики. Слезы жалости текли по лицу Седжала.

— Мы должны их остановить! — воскликнул он. — Ведь там люди…

— У нас не хватит сил, — произнесла Катсу с отчаянием. — Я не могу ни к чему их принудить, могу лишь уговорить. Ты можешь на них воздействовать сильнее, но и этого недостаточно.

Зарокотал гром, как будто закашлялся невидимый демон. Обрушился еще один столб. Пугающее ликование ощущалось во всем происходящем.

Седжал схватил Катсу за руку.

— Нам нужна помощь.

— Чья? В Мечте сейчас осталось совсем мало Немых, и нам, вероятно, придется призвать…

— Их всех? — договорил Седжал. Его голос прозвучал странно.

Катсу взглянула ему в лицо.

— У тебя получится?

— Сейчас увидим.

— Должен быть какой-то другой способ.

Видья тяжело дышала. Она обливалась потом, намокли даже волосы, одежда прилипала к телу, а руки и ноги у нее дрожали от напряжения. Еще оставалось двадцать восемь детей.

Прасад повернул ручки, и крышка криомодуля захлопнулась над очередным извивающимся в конвульсиях существом. Смотровое стекло затуманилось. Не говоря ни слова, Видья и Прасад перешли к следующей кровати.

— Может быть, успокоительные? — предложила Видья, снимая со следующего подопечного провода и трубочки жизнеобеспечения.

— Я не знаю, где они хранятся, — ответил Прасад, — а если бы и знал, я все равно не знаю необходимой дозы. Так их можно и убить ненароком.

Видья быстро отстегнула последний проводок.

— Возможно, муж мой, это стало бы наилучшим выходом.

— Нет. — В голосе Прасада слышалась ирония. Он выкатил из-под кровати криомодуль и уже расстегивал ремни, удерживавшие ребенка на кровати. — Это мои сыновья и дочери. Они не виноваты в том, что они такие, и в том, что они делают.

Они уложили очередного ребенка в криомодуль. Сопротивляясь, он ударил Видью по лицу. Ее пронзила резкая боль, из глаз посыпались искры. Но Видья заставила себя продолжать работу, пока крышка модуля не захлопнулась, и смотровое стекло не запотело от конденсата. Еще одна кровать, и еще одна. Видья двигалась и действовала как в тумане, потеряв счет времени. Осталось двадцать шесть. Двадцать пять. Двадцать. От усталости руки у нее дрожали так сильно, что она едва справлялась с проводками. Тело, все в царапинах и синяках, ныло от многочисленных ударов пяток и рук, которые обрушивали на нее сопротивляющиеся дети. Осталось девятнадцать. Восемнадцать. Они уже перешли в последнюю комнату. Осталось шестнадцать. Пятнадцать.

— Стоять на месте!

Этот окрик вывел Видью из транса. Она оглянулась на дверь, и ее сердце пронзила острая боль. Прасад выпрямился и сделал шаг вперед, заслонив Видью от четырех вооруженных охранников, которые стояли у входа в застекленные спальни. Дверь в основное помещение лаборатории за их спинами была широко открыта. Видья подумала было, что Прасад излишне романтичен, но тут он сделал резкий знак за спиной, показывая на энергетический кнут, висевший у нее на поясе. Спрятавшись за широкими плечами Прасада, Видья ловко отстегнула разрядник и спрятала его у себя под рубашкой.

— Кто вы такие? — спросил Прасад, хотя черно-красная форма говорила сама за себя. Тревога, поднятая доктором Сей, сделала свое дело. — Что вам нужно?

— Вы арестованы, — рявкнул старший охранник.

— За что? — не менее резко спросил Прасад. Вместо ответа охранник выстрелил, Прасад упал на пол.

Седжал закрыл глаза. Он держал в руке холодную руку Катсу. Вокруг них в лавине боли и страданий обрушивались с неба столбы тьмы. Погибла уже добрая треть Мечты. Время от времени кусочек темноты исчезал, это старались Прасад и Видья, но сила нападавших от этого не уменьшалась. В Мечте Немых могла сдержать лишь их собственная воля и своя концепция окружающего пространства. Бьющиеся в конвульсиях дети, выросшие вне человеческого общества, не знали о том, что все должно иметь разумные пределы. Седжала охватило гнетущее чувство, что он сражается против бесконечного множества противников и что один ребенок наделен такой же силой, что и целая сотня.

— Иди, Седжал, — сказала Катсу.

Седжал расширил границы сознания. Вокруг него простиралась ткань Мечты. Там, где на землю обрушились черные столбы, зияли страшные дыры. Тонкими ниточками ощущались обычные люди, яркими вспышками горели тут и там сознания Немых. В Мечте их было сейчас совсем немного.

Обрушилась еще одна колонна.

Не теряя времени, Седжал принялся просеивать поле Мечты. Это давалось ему легко, и он ощущал, что это правильно. Обнаружив Немого, Седжал касался его и притягивал к себе. Вскоре вокруг Седжала собрались Немые десятков разных рас, сотен видов; их связывала с Седжалом мерцающая ткань Мечты. Их тела теснились, натыкались, накладывались друг на друга, как призраки, их беспорядочные мысли спутывались, роились у него в голове, кипели вопросами, страхом, ужасом.

— Кто ты такой?

— Что ты со мной делаешь?

— Да как ты смеешь?

— Помогите!

— Оставь меня в покое!

— Что со мной происходит?

Эти голоса вздымались над Седжалом волной, угрожая затопить его. Но Катсу сжимала его руку, и Седжал впитывал ее спокойствие.

«Ты должен сохранять ясное сознание», — думал он.

Он нашел еще нескольких Немых, потом еще и еще. Внезапно к другим присоединилось сознание Падрика Суфура, потом — Чина Фена и доктора Сей. И вдруг Седжал ощутил еще одно сознание, более молодое, — Седжал не знал его, но в то же время оно казалось смутно знакомым, хотя и непонятно почему. Это было сознание с планеты Климкиннар. Потом еще два таких же, оба — с планеты под названием Дрим. Все трое были рабами. Их голоса вплелись в общий хор, срываясь на высокий судорожный крик.

— Нет!

— Отпусти меня!

— Какого черта?

— Седжал, я же тебя нанял!

— Я тебе приказываю…

На землю обрушился следующий столб. Резким движением Седжал встряхнул окружающее пространство Мечты. Голоса замолчали, и он продолжил поиски. Он почувствовал присутствие Кенди и Бена и, не задумываясь, добавил и их к общей куче.

— Седжал, что… — закричал было Кенди, но Седжал не обратил на него внимания.

Немые один за другим падали в море сознаний вокруг него. Он просто распух от них. Вокруг него сверкали вспышки света. Ему казалось, что он пьет наэлектризованную воду и скоро просто лопнет от нее. На свободе осталось всего лишь несколько сознаний, небольшая пригоршня. Седжал потянулся к ним.