Джулия Чернеда - Глаз Паутины (Труженики Паутины - 1)

- Эс? - Рэджем протянул ко мне руку, он был потрясен. - Что ты наделала?

- Это он! - крикнул кто-то, они были уже совсем рядом.

- Стойте! - заорал другой.

- Прощай, Поль Рэджем, - сказала я и, повернувшись, бросилась к лесу, стараясь не обращать внимания на шум борьбы у себя за спиной.

Рэджема успели перехватить, когда он попытался последовать за мной.

"Такова самая трудная часть плана", - в этом стоило себе признаться.

Обойдя по дуге опушку леса, я выбрала удобное место, откуда могла наблюдать за происходящим.

Рэджему совсем не понравилось, когда его задержали другие люди. Он стоял, гордо вздернув подбородок, между двумя крупными мужчинами. На щеке одного я увидела кровь, но с облегчением обнаружила, что на их лицах нет ненависти. Сейчас к Рэджему обращалась женщина, энергично размахивая руками. Все трое были одеты в старые космические комбинезоны; к счастью, оружия у них я не заметила.

Ветер доносил до меня обрывки разговора, но я не осмеливалась подойти поближе.

- ...Спасти вас. Почему вы ударили Денни?

- Меня не нужно спасать. Кто послал... - Я сердито оскалилась, когда радостная птичья песня заглушила ответ разъяренного Рэджема.

Не имеет значения. Я знала все ответы или думала, что знаю, но люди, за которыми я наблюдала, торопились. Поскольку Рэджем не хочет, чтобы его спасли, его попросту заставят улететь вместе с ними. Женщина оглядела то немногое оборудование, которое у нас имелось, затем подняла плащ из экранирующей ткани, упавший на землю во время короткой схватки с Рэджемом. Плащ произвел на нее впечатление; она быстро сложила его и последовала за мужчинами на корабль.

Через несколько минут он взлетел. Очевидно, команда даже не стала глушить двигатели. Я подняла морду и завыла, когда корабль исчез в небесах.

Теперь Рэджем в безопасности.

А я осталась совсем одна.

Вот и мой союзник, древний огромный папоротник. Я обняла своими длинными руками его жилистый стебель. Чтобы полностью его обхватить, потребовалось бы еще два таких же существа, как я. Вдоль стебля шли ряды крошечных загнутых шипов - кет пришла бы от них в восторг, а ланиварианка обнаружила, что шипы цепляются за мех на животе.

Если все пойдет так, как я задумала, то в этой части Вселенной останется одно живое существо Паутины. И я, еще ни разу не лишавшая жизни разумное существо, должна буду уничтожить единственного оставшегося в живых представителя своего вида.

Я потерлась подбородком и щекой о шипы и вдохнула приятный мускусный аромат. Вершины деревьев шевелил сильный ветер, и ствол папоротника еле заметно двигался, сопротивляясь порывам ветра.

Придумывая свой план, я воспользовались различиями между мной и другими существами Паутины, превратив их в оружие против моего врага. Микс действовала инстинктивно, стремительно изменив форму, когда с большим опозданием попыталась вступить в схватку. Леси решила спрятаться. Скалет планировала встретить врага на его условиях и сразиться с ним, используя плоть и зубы. Эрш попыталась увлечь врага идеей совместного самоубийства.

Когда я начинала новый цикл, принимая форму Паутины, я утешала себя тем, что мой подход будет иным, намереваясь дать моему врагу то, что он больше всего хочет.

ГДЕ-ТО ТАМ

Смерть наслаждалась пиршеством, поглощая все, что попадалось на ее пути.

Слишком мало!

Дразнящий вкус вел ее вперед. Смерть растягивала свою плоть, собирая угощение, все глубже погружаясь в наслаждение обжорством. Изумительно!

Она не сомневалась, что найдет еще. И знала, что будет делать, когда обнаружит новые запасы.

ГЛАВА 58

УТРО НА АГ-413. ПОЛДЕНЬ НА ОРБИТЕ

Как только я перешла в форму Паутины, прикосновения неразумной массы стали вызывать у меня ужас, останавливая мыслительные процессы. Однако это чувство было мне хорошо знакомо, и я быстро с ним справилась.

Несколько мгновений я оценивала окружающий мир, прислушивалась к пульсациям сердца планеты, распознавала организованные движения разумной жизни среди хаоса химических реакций. Простирая свои чувства в разные стороны и вверх, я с трудом заметила присутствие искусственного тяготения и укрощенную мощь двигателей кораблей, парящих на орбите. На каком из них ты, мой дорогой друг?

А потом я почувствовала приближение врага.

У меня не осталось времени для сомнений и новых предположений. Если я допустила ошибку, узнать об этом мне не суждено.

- О, Эрш, жизнь оказалась такой короткой, - вздохнула я, начиная истончаться.

Папоротник обладал совсем примитивной внутренней системой циркуляции для такого громадного организма. Ладно... Я проникла внутрь, растекаясь по сотням ветвей, в десятки тысяч маленьких листиков; поднимаясь все выше, ощущала жар солнечных лучей и едва не растворилась в сложном процессе фотосинтеза, наслаждаясь процессом получения энергии.

Не моя задача! Не я! Я боролась с природой папоротника, превращая его сопротивляющуюся массу в себя. Больше. Еще больше. Я должна полностью им овладеть.

Мое мышление замедлилось, оно было почти парализовано. Казалось, для меня изменилась сама шкала времени. Я старалась удержать сознание.

- Какая была бы чудесная жизнь, - возник предательский шепот, когда я потянулась вниз и начала проникать в корневище, уходящее глубоко в землю. Здесь нет неприятностей, нет боли. Оставайся.

Я проиграла бы сражение за свою сущность, если бы не сила тяготения. Папоротник изменил внутреннюю структуру и потерял прежнюю устойчивость. Ветер трепал мою крону, ствол раскачивался, тысячи листьев трепетали, мои корни не выдержали нагрузки, и я начала падать.

Так продолжалось несколько секунд. Мои ветви скользили вдоль стволов соседей, замедляя падение, хотя и не останавливая его. Три-четыре соседа почти таких же больших - падали вместе со мной, медленно и величественно.

С мучительным усилием я вырвалась из переплетения ветвей, превратившихся в плоть Паутины. Еще никогда мои сестры не обретали такой огромной массы. За одним исключением - Эрш.

Мысли лениво текли в моем сознании.

"Так быть не должно".

Плоти слишком много. Слишком много.

Я вспомнила о своей цели и призвала память Эрш. Отчего бы не полетать?

Я тратила массу в огромных количествах - часть моего сознания возмущалась таким расточительством - и успела унестись от планеты прежде, чем сообразила, что происходит.

Последние следы атмосферы исчезли с поверхности моего тела, как влага, которую стерли тряпкой со стекла. Неожиданно с невероятной четкостью я ощутила окружающий мир. Радиация пела, пронизывая мое тело. Ах, если бы я не была такой большой, а мои мысли такими неповоротливыми.