Дэвид Коу - Сыны Амарида

- Ты не знаешь, почему он убил Джессамин? - спросил Баден.

Молодой маг показал сук с заключенным в него сияющим голубым цериллом:

- Это факел, который изготавливал Сартол, когда появилась Джессамин. Он делал это, чтобы дух Терона мог сконцентрировать свою силу и убить нас всех.

- Чушь! - фыркнул Сартол. - С чего мне рисковать своей жизнью ради этих фокусов?

- Сартол болел, - невозмутимо продолжал Джарид, - а скорее просто притворялся больным, и Джессамин решила, что он вместе с Оррисом и Транном будут ждать остальных вне рощи. Он и не собирался в рощу и вовсе не ждал, чтобы мы вернулись. Но Джессамин раскрыла его замысел, и он убил ее.

- Это же смешно! - вскликнул Сартол. - Конечно же, эти двое сговорились с Баденом и ни ногой не ступали в Рощу Терона.

Смелая мысль, ничего не скажешь, но Ньялль понял по глазам оратора, что это всего лишь очередная уловка. Сартол уже заметил, что Джарид держит в руках, и попросту надеялся, что остальные не поймут этого. Но Ньялль заметил и то, что Сартол осознает безнадежность своих уловок.

- Тебе лучше знать, Сартол, - сказал Джарид. - Ты же видишь, что у меня в руках. Смотрите, это посох Терона! - Он поднял посох над головой, и у магов вырвался сдавленный вздох. - Его передал нам с Элайной дух Магистра, когда мы проводили вторую ночь в роще. И он обещал оказать нам помощь в борьбе с чужеземцами, громящими Тобин-Сер.

- Смешно! - повторил Сартол, но прозвучало это как-то слабо. - Я все еще не вижу доказательств, а эта бессловесная палка - ничто.

- Она выглядит так, как обычно описывают тот самый посох, - возразил Радомил, и другие маги закивали в знак согласия. - А что касается чужеземцев, - он повернулся к Бадену, - я бы тоже хотел взглянуть на доказательства,

- Это правильно. Джарид?

Молодой маг полез в карман и выложил на стол сверкающий диск из стекла и золота и странный кусочек темного гибкого материала, которые Ньялль уже видел.

- К несчастью, это все, что осталось, - заметил Баден, глядя, как улики передают по кругу. - Это глаз одной из механических птиц, с которыми Сартол и я столкнулись в Излучине, и кусочек ее оперения. Оррис видел больше - оружие, исторгающее пламя (о нем я уже упоминал), и целые останки двух птиц. Но Сартол забрал их, покидая Излучину. Должно быть, они уничтожены. Это правда, Сартол?

Тот засмеялся, качая головой:

- И это твои доказательства? Пыльный кусочек невесть чего и эта бляшка, которая уместится на моем мизинце?

- Это странные предметы, Баден, - сказала Урсель, держа их на ладони. - В жизни ничего подобного не видела. - Она замялась, в глазах читалось нечто вроде желания извиниться. - Но труднопредставить по ним птиц, которых ты описал. У тебя случайно не найдется еще каких-нибудь доказательств?

- Ничего вещественного, - признал Баден, - ничего, что я мог бы тебе показать. - Внезапно он усмехнулся: - Но, может быть, Сартол поможет нам? Ты же сам сказал, что птиц уничтожил я. Помнишь?

- Да. - Сартол повернулся как-то неловко, но голос его оставался ровным. - Ну, я сказал, что ты убил птиц, но про чужеземцев не упоминал.

- А их ты зачем убил?

- Что?!

- Ты же сказал, что это были маги, хотя и не из Ордена, и что я расправился с их птицами. Тогда зачем убивать их?

- Они... они разрушали деревню! - Вопрос Бадена застал Сартола врасплох. - Они напали на тебя!

- Как они могли это сделать? - загремел Баден. - У них не было птиц! Они должны были быть бессильны! - Он помолчал, позволяя всем осознать важность сказанного. - Но они не были бессильны, ведь так, Сартол? Они все еще стреляли в меня огнем и угрожали местным жителям! Ну? Как это возможно? Либо то, либо другое: или это не маги - и ты убил их ни за что, либо это чужеземцы, как я и сказал. Так что же?

Сартол не пошевелился, но Ньялль видел, как у него на скулах выступили желваки и на шее вздулась и запульсировала жила.

- Тебе нечего ответить, Сартол? Прекрасно. Тогда скажи нам, что ты делаешь с Созывающим Камнем.

И все повернулись к огромному кристаллу.

- О чем ты говоришь, Баден? - тревожно спросил Одинан. - Что он сделал?

- Он его изменяет, - сказал, неожиданно для себя, Ньялль. - Он уже установил с ним связь. Посмотрите внимательно на Камень, и вы увидите, что он потихоньку принимает оттенок церилла, принадлежащего Сартолу.

Одинан шагнул вперед.

- Это правда? - выдохнул он.

Сартол засмеялся, снова привлекая к себе внимание.

- Дурак я был, - сказал он, не обращаясь ни к кому конкретно.

- Это, - ледяным голосом заметила Элайна, - первая правда, которую мы сегодня услышали от тебя. Я лично этому очень рада.

Сартол перестал смеяться, лишь как-то жалко улыбнулся.

- Не будь наивной, дитя, - сказал он. - Я не раскаиваюсь. Я просто противен сам себе. Все время я имел под рукой необходимые средства, и только старый дурак Ньялль заставил меня это понять.

Ньялль подумал: бледная, конечно, от страха и боли, но как хороша Элайна в этот момент!

- Пожалуйста, поверь, - почти нежно сказал Сартол, - теперь, когда ты знаешь, что я сделал и что еще собираюсь сделать, убить тебя будет труднее всего. - И он поднял посох, намереваясь испепелить ее волшебным огнем.

Сартол, нет! - закричал Ньялль, выбрасывая свой посох вперед и создавая для Элайны мерцающую защитную стену. Та тоже была готова защищаться.

Но вспышки не последовало, да и не должно было последовать. В последний момент Сартол отвернулся от своей бывшей ученицы и направил церилл на того, кого ненавидел сильнее прочих. На Бадена, который без церилла был абсолютно беззащитен. Ньялль мог лишь смотреть - силы его истощились. Луч желтого света метнулся из Созывающего Камня в церилл Сартола, изменил направление и промчался через стол, прямо в сердце Бадена. Но тут мерцающая голубая завеса прикрыла Магистра, зал содрогнулся, и Баден упал. Джарид перелил всю свою силу в эту защиту, на руках его вздулись и дрожали жилы, на лице выступил пот. Птица и человек отчаянно боролись с желтым пламенем Сартола.

И этого было мало. Возможно, они справились бы с одним Сартолом, но никак не с мощью, излучаемой гигантским кристаллом. Завеса прогнулась, словно от ветра.

Без особого усилия, ухмыляясь, Сартол метнул еще более яркое пламя, и Джарид упал на одно колено. Звук рвущегося светового щита был почти невыносим и разносился по всему залу. Желтый свет потянулся к Бадену, как рука смерти, но тут же Со-нель остановила его. К ней присоединился Радомил, и желтый начал отступать. Элайна. Ньялль. Мириады лучей сливались в единый, ослепительно белый, словно солнце опустилось в великий Зал Амарида.

Но Сартол боролся. Теперь это стоило ему явных усилий, лицо покрылось потом и исказилось, плащ взмок и потемнел, в глазах совы появилось затравленное, невидящее выражение. И снова желтый луч начал пробиваться вперед. Все собравшиеся маги не могли противостоять ему.