Леонид Панасенко - Танцы по-нестинарски

Он протянул свою черную лапу, театрально положил ее Ляле на грудь.

- Ты чего сюда заявился?! - прошипел Лахтин. - Убирайся!

- И не подумаю, - засмеялся Йегрес, - собственник проклятый... Конечно, если ты будешь выступать, то я могу и уйти. Слетаю, например, к Светлане. Она еще тоже не вставала...

- Пошли на кухню, - взмолился Лахтин. - Разбудишь Ляльку - что я ей скажу?

Он осторожно выбрался из постели, прикрыл за собой дверь спальни. Двойник объявился на кухне прямо из стены. Однако полностью выходить не стал: высунул возле холодильника торс, оперся плечом о шкафчик.

"Если Лялька проснется и увидит этот живой горельеф, точно с ума сойдет, - подумал Лахтин. - Надо поскорее его отправить... Впрочем, кроме меня, его, кажется, никто не видит..."

- Небось в мечтах уже премию получаешь? - полюбопытствовал Злодей и покачал головой. - Шанс, конечно, есть. Но ты себя, Сергей, на худшее настрой. В случае чего - не так обидно будет.

Он впервые назвал Лахтина по имени. Тот удивился: "С каких это пор? Обычно двойник говорит пренебрежительно и грубовато. Насмешничает, подкалывает, язвит..."

- Ты, кстати, тут особо не сибаритствуй и Ляльку не обижай, назидательно сказал Йегрес. - Прогонит.

- Кого? Меня? Мышка меня прогонит? - Лахтин пожал плечами. - Я вижу, Злодей, ты переутомился. Заговариваться стал.

- Мое дело предупредить... Еще тебе два совета впрок. Вишневского в серьезное дело не пускай - увлечется, потом не оторвешь. Бери пока его идеи и внедряй их... осваивай. А его заканчивать диссертацию посади - он тебе за это в ножки поклонится. Это первое. Второе: не тяни с переводом Светланы. Ты же знаешь, в отделе главного механика освободилось хорошее место. Девушка толковая, перешла на третий курс - уговори Павла Александровича, чтобы взял. Чем раньше уберешь ее из приемной, тем скорее твоей станет.

- Все-то ты рассчитал. Стратег...

- Это ты рассчитал. И сам себе советы даешь, - ухмыльнулся двойник.

- Опять темнишь? - Лахтин включил конфорку, поставил на плиту чайник.

- Так я весь из темени, - сказал Йегрес и прислушался. - Все, конец аудиенции. Проснулась твоя милашка. Помни, что я сказал, и будь здоров.

Он нырнул в водопроводный стояк, и трубы на всех этажах загремели, будто по ним пронесся град камней.

"Полдома, негодяй, разбудил", - подумал Лахтин, возвращаясь в спальню. Он завалился на кровать, будто большой кот, и стал целовать Лялю. И маленькая женщина в самом деле проснулась.

- Ты тупик моих желаний, - прошептал он довольно пошловатую фразу, которую услышал в КБ от Генина, обхаживавшего в коридорах всех встречных сотрудниц.

Ляля высвободилась:

- Чайник дребезжит, слышишь?

Потом она готовила завтрак, а Лахтин ошивался на кухне и, сам того не замечая, мешал: снова фальшиво и громко напевал о "неудачнике", целовал Лялю, когда она отцеживала картошку, курил.

"Бог мой, - с раздражением подумала Ляля. - Ведь он всерьез полагает, что весь мир создан специально для него, Сереженьки Лахтина, для его пользования. А уж я и подавно... - Она попробовала успокоить себя. Сережа, конечно, эгоист, но и ты не лучше. Тебе мало владеть им по случаю. Тебе подавай его целиком и навсегда - обычная женская логика. А он обычная мужская логика - этого не хочет. Да, больше не хочет, чем не может, потому что с Тамарой его уже долгие годы ничто не связывает. И ни с кем не связывает. Разве что со своим отражением в зеркале..."

И тут Ляля вдруг нечто поняла и даже испугалась своего открытия: она повторяет привычные соображения, а на самом деле не хочет им владеть - ни теперь, ни тем более всегда. Мысль была отчетливая и определенная, но Ляля поспешно прогнала ее прочь. Съездит в Мацесту, отдохнет. А там и сентябрь. Пойдет на работу, привезет к себе Димку... А Сергей... Не хочется сейчас копаться в их отношениях. Само собой все решится.

Они вернулись в комнату.

- Мышка, я принимаю волевое решение. - Лахтин допил кофе, встал. Подскажи, где твой билет на поезд?

- На телевизоре, - машинально ответила она.

- Ага, вот он, купейненький. Раз ты меня любишь, а это факт, значит, остаешься. А соблазн купейненький...

Он разорвал билет, выбросил обрывки.

- Ты согласна, Мышка? - спросил он, протягивая к ней руки. Великолепный принцип: все, что мешает нам быть счастливыми, - в мусорное ведро!

- Гениально! - подтвердила Ляля, и губы ее задрожали. - По крайней мере, эффектно, как в кино. Ты не подумал, что я могла бы сдать билет?

- Мышка, я не узнаю тебя! - вскричал Лахтин, привлекая ее к себе. Тратить наше драгоценное время на прозу жизни! На какие-то рубли?! Опомнись!

- Опомнилась, - чужим голосом сказала Ляля и решительно высвободилась из его объятий. - Может, и путевку заодно порвешь? Она, кстати, ровесница наших отношений - я ее четыре года дожидалась!

Пораженный ее тоном, Лахтин даже отступил на шаг, чтобы получше разглядеть маленькую женщину.

- Не может быть, - сказал он. - Ты сердишься? Из-за этой чепухи? Да я тебе десяток путевок достану. Выбирай любой курорт, вплоть до международного.

- Это не проза жизни, - зло ответила Ляля. - Это моя жизнь. Ты приходишь ко мне отдохнуть, на полный пансион. Я уже не говорю о том, что трачу на тебя душу. Но знаешь ли ты, мой романтичный и ультрасовременный любовник, что один твой визит съедает половину моей зарплаты?! Что я потом с философским видом жую в школьном буфете пирожки и запиваю их почти бесплатным молоком? Что я молода и мне хочется носить красивые платья и хоть изредка надевать свои дешевые украшения...

- Я... я не знал, - забормотал Лахтин, лихорадочно шаря по карманам. Никогда не думал о быте, не придавал значения... Я заплачу, Ляля, я за все заплачу... Ты извини, пожалуйста. Я куплю новый билет...

- Да разве в деньгах дело? - звенящим голосом ответила она, не замечая, что по щекам побежали слезы. - Ты чудовище, Сергей! Бесчувственное чудовище, которое живет только для себя! Такие, как ты, не просто потребители. Вы активные потребители. Вы потихоньку приспосабливаете мир, переиначиваете его, чтобы вам в нем было удобно. Это особенно страшно. Ведь раньше вы приспосабливались сами, а сейчас все наоборот.

- Лихо, - криво улыбнулся Лахтин. - Ты прям-таки государственный обвинитель, Мышка.

- Перестань меня так называть! - Ляля топнула ногой. - Я не знаю, Сережа, почему ты такой. - Она всхлипнула, на ощупь, как слепая, нашарила стул. - Ты ко мне таким уже пришел... Я не знаю, например, почему гниют яблоки, но всегда отличу гнилое от нормального... Почему вы появились, откуда - не знаю. Но рядом с вами страшно. Как-то, когда ты ушел, вылакав бутылку коньяка и переспав со мной, я нафантазировала: может, вы пришельцы? Ведь вы появились так недавно - лет десять-пятнадцать назад. Вы не стали пробиваться к высшей власти. Там все на виду, сразу скажут "а король-то голый". Вы присвоили себе мелочь - распределение. Стали за прилавки, взяли ключи от подсобок, списки абитуриентов и ордера жилищных кооперативов... Вы поселились в обществе, будто вирус в организме...