Андрей Зинчук - Человек играющий

- Ты зачем за мной следишь? - спросил он и, пока я, хватая ртом воздух, приходил в себя, заговорил опять: - Я давно заметил, что ты за мной следишь.

Зачем ты бегаешь по острову? Что тебе нужно?

Единственное, что я мог в тот момент сделать, это схватить его за рукав.

- Чего ты цепляешься! - с непонятной злостью брат отпихнул мою руку.

- Лот!.. - вскричал я.- Когда ты приехал? Я не слышал!..

- Что?! Что ты сказал?! - Лот начал меня трясти.- Очнись, слышишь, сейчас же очнись! Ты бредишь!.. Разве ты не помнишь, я вернулся вчера!..

- Вчера?! Но ведь это неправда!

- Правда.

- Лот!.. Как же ты мог вернуться вчера, ведь тебя вчера не было!!!

- Где же, по-твоему, я был целый день?

"ЛОТ РАССКАЗАЛ, ЧТО ВЧЕРА ВЕЧЕРОМ, КОГДА Я ЗАСНУЛ ПОД МАЯКОМ, ОН ПОДГРЕБ К ОСТРОВУ (ЕЩЕ УДИВИЛСЯ, ЧТО Я ЕГО НЕ ВСТРЕЧАЮ), ОТЫСКАЛ МЕНЯ И НЕ МОГ ДОБУДИТЬСЯ. ВО СНЕ Я НЕСКОЛЬКО РАЗ ПОВТОРИЛ: "ПОГОДИ, НЕ УХОДИ, Я ВЕДЬ НЕ ДОГОВОРИЛ..."

Потом Лот рассказал о поездке. Собственно, рассказывать было нечего. На буровой стоял большой насос, и была это не буровая, а вышка для перекачивания нефти на материк. Мы долго спорили, но так и не выяснили, куда делся вчерашний день.

В свете умиравшего фонаря, который я вытащил из расщелины, след под маяком обнаружен нами не был.

Его смыло. Зато пляж был заляпан следами так основательно, будто кто-то тут танцевал дьявольский танец.

Ни мне, ни Лоту следы не принадлежали. Они были маленькие, с четко вдавленными пятками.

"НОЧЬ ПРОШЛА ОТНОСИТЕЛЬНО СПОКОЙНО. ПРАВДА, ЛОТ ВО СНЕ КРИЧАЛ".

"КРИЧАЛ ТЫ".

Несколько записей неразборчивых (дневник побывал в воде), и далее с большими пропусками можно прочесть:

"...НАЧАЛИСЬ ГЛАВНЫЕ ПЕРЕМЕНЫ. ХОТЯ ТУТ РАЗВЕ РАЗБЕРЕШЬ, ЧТО НА САМОМ ДЕЛЕ ГЛАВНОЕ? ...ПОГОДА ИСПОРТИЛАСЬ. БРАТ ОПЯТЬ ОТПРАВИЛСЯ К МАЯКУ. ПОХОЖЕ, ЧТО С ЗАПАДА ИДЕТ ШТОРМ - МОРЕ ДО ГОРИЗОНТА ПОКРЫТО ВОЛНАМИ, КАК БРОНЕЙ. СОЛНЦЕ БЛИСТАЕТ НА ВОЛНАХ, КАК НА ЧЕШУЕ ИСПОЛИНСКОГО ДРАКОНА... САМОЕ НЕПОСТОЯННОЕ В МИРЕ - ЭТО МОРЕ. НА НЕГО МОЖНО СМОТРЕТЬ ЧАСАМИ. ОБО ВСЕМ ЗАБЫВАЕШЬ... ВИДИШЬ ОТ КРАЯ ДО КРАЯ. А ЦВЕТ ОТ ПОЧТИ ЧЕРНОГО ДО ГОЛУБОГО... ВОЛНЫ БЕГУТ МИМО ОСТРОВА ПЛОТНОЙ СТАЕЙ...

Я ВСЕ-ТАКИ УГОВОРИЛ ЛОТА... ПО НЕБУ НЕСЕТСЯ ТЕМНАЯ И РВАНАЯ СЕТЬ ТУЧ..."

От этого дня в памяти осталось несколько разрозненных эпизодов. Мы сидели на берегу, как и в первый день после приезда. По острову гулял ветер. В отдалении компания кроликов затеяла веселую чехарду. Через весь остров, торопясь к морю, ползли разноцветные ужи. Над маяком дралась стая чаек. Откуда они успели налететь? Сыпались вниз белые перья и пух. Чапа поднялась и пошла к воде. "Чапа! Чапа!" - не слушается. Бог с ней! Сколько перьев... Вон и еще одна стая.

Откуда все-таки они летят? Против солнца ничего не видно. К морю нас сопровождала Чапа. Когда до берега оставалось метров тридцать, из-за скалы вышел ребенок, которого мы с Лотом видели у старика, и спотыкающейся походкой молча прошагал мимо. Я вбежал на скалу и увидел еще двух человек. Они также заметили меня, остановились, и один из них, старший, махнул мне рукой, после чего они продолжили путь. В пожилом человеке, издалека махнувшем мне рукой, я с ужасом узнал нашего с Лотом отца.

Я стоял и смотрел, как они идут в мою сторону.

Видел, что у Лота обгорело плечо комбинезона, а у отца расшнуровался ботинок. Потом вдруг раздалось низкое гудение, словно где-то набирали энергию огромные конденсаторы, как в кинотеатре, включился звук, и кинолента жизни начала раскручиваться перед моими глазами: я увидел себя рядом с братом в роскошном белом автомобиле, который мчался по не просохшему еще утреннему шоссе.

- ...Держи себя посолиднее. Синюю папку не забыл? - говорил Лот, не отрывая взгляда от дороги и чуть поигрывая рычагом переключения передач.Особенно с речью не тяни, но и не глотай фраз. Цветы сразу же отдай девочкам. Увидишь, там будут красивые девочки...

Из-за поворота набежал и унесся назад большой щит с надписью на немецком языке: "ГАМБУРГ".

Вдруг шоссе ушло вбок, как это бывает при автомобильной катастрофе, мелькнуло что-то наподобие склейки, какие, если приглядеться, можно разглядеть при демонстрации любительского фильма, и очертился фюзеляж занесенного снегом самолета, цепочка голубых следов за горизонт.

- ...Нужно первому заметить, что ты уже стал смешон,- говорил отец Лоту. Они все так же продолжали идти в мою сторону.- Только в старости начинаешь это как следует понимать. А так всю жизнь живешь дурак дураком. А что потом? Но только человек не умирает. В этом все дело. Или, если хочешь, смысл.

Нужно только первому понять, что ты уже стал смешон... .

Они подошли ближе, и я разглядел, что в одной руке Лот держит бутылку "Пепси", закрытую сверкающей на солнце жестяной пробкой, а в другой - белый бумажный стаканчик.

Не разбирая дороги, я влетел на скалу. Опять перед глазами проскочило нечто вроде склейки, и все исчезло.

Тучи неслись над головой. Я стоял на скале и ждал брата...

"ВЕЧЕР. ЛОТА ДО СИХ ПОР НЕТ".

На этой записи дневник обрывается. Память же постоянно подводит меня: то она услужливо предлагает всевозможные странные события, пугающие своей отчетливостью, то напрочь отказывается помогать мне.

Лот, и до этого дня замкнутый, ушел в себя совершенно и целыми днями сидит неподвижно, оставляя вокруг костра свои "следы" - многочисленные банки со спитым чаем, по которым можно заключить, что он интенсивно о чем-то размышляет. А я научился по своему желанию мысленно входить в некий поток. Когда я в него вхожу, то чаще всего слышу один и тот же непрекращающийся спор: о Времени и Назначении.

Спорят два голоса, чем-то похожие на наши с Лотом.

- Прямолинейное и равномерное движение,- говорит один.- И именно в этом я вижу существование выбранного ими пути.

- Не согласен,- возражает ему второй голос.Волею судьбы однажды начав движение, теперь они обречены крутиться, как мотоциклисты в аттракционе под куполом. У них нет ни пути, ни цели.

- Видимо, цели ив самом деле нет. Но путь все же есть,- говорит первый голос.

- Нет у них никакого пути! - опять возражает второй.

И тут в разговор вмешивается третий голос, хрипловатый, постарше, похожий на голос отца:

- Тут кто-то из вас сказал "судьба"? То есть, иначе говоря, то, что им транслируется? "Зачем арапа своего младая любит Дездемона, как месяц любит ночи мглу?.." Или что-нибудь в этом же роде?..

На этом разговор, как правило, прерывается. И тогда первый голос осторожно спрашивает:

- Но встает их же законный вопрос о курице и яйце: Всемогущая ли породила человека, или человек придумал Всемогущую?..

На этом разговор окончательно глохнет, и я выхожу из потока и вижу ушедшего в себя Лота.