Василий Бережной - Под ледяным щитом

Он прижимает ладонь к груди, но вместо сердца бьется там тоже клубок огня, и он слышит легкие толчки. И сразу спадает с груди раскаленная цепь. Ах, как хорошо, когда не жжет, не печет! Хорошо лежать в траве, колышется луг, как зеленая палуба корабля, укачивает. Веки слипаются, нет боли, нет огня. Покачивается земля - плавно, размеренно. Спать, спать...

...Теперь голоса звучат ближе, Никифор слышит их сквозь туманную пелену сна, но проснуться не может. "Кризис миновал. Сказать по правде, я очень боялся сепсиса. Инфекция начала атаку сразу, и если бы рана не была обработана своевременно, трудно было бы надеяться на положительный исход. Пришлось бы, наверно, ампутировать ногу..." Голоса отдаляются, тонут, и тут Никифор все-таки открывает глаза. Где это он?..

Сгорбившись, сидит возле него, подперев голову кулаком, девушка.

- Верочка... - узнает он ее.

- Tсc... - она грозит пальцем, в глазах ее и страх, и радость. - Молчи, тебе нельзя разговаривать.

Никифор молчит некоторое время, только смотрит и смотрит на нее. Потом говорит:

- Так, значит, мог быть и сепсис?.. - У Веры задрожали густые ресницы. - В лучшем случае - ампутация?

- Лежи спокойно, Ник. Что было, то сплыло.

- Та-ак... Значит, было... - Никифор перевел взгляд на прозрачную стену, за которой виднелась зеленоватая вода бассейна. - А если бы не ты?.. Значит, неспроста сказала мне Пифия, что я счастливый. Послушай...

Не договорил. Вздохнул и только красноречиво взглянул на девушку. Вера догадалась: хочет спросить о Кларе. Болезненная гримаса появилась у нее на лице: ну что ему сказать?

- Видишь, как получается... - заговорил Никифор. - Снова я очутился на этой вилле. Клара здесь отдыхала?

- Да, - кивнула головой Вера. - Я сюда перебралась.

- Какой-то заколдованный круг...

- А хочешь, я перевезу тебя домой?

- Нет, спасибо, не беспокойся.

"Ему здесь приятно, - подумала Вера. - Все напоминает о Кларе. Это хорошо. Позитивные ассоциации содействуют скорейшему выздоровлению. Иногда и иллюзии бывают полезны".

И верно, его память отбирала из прошлого только радостное, только хорошее. "Это ведь она здесь была, - думал Никифор. - Эти стены помнят ее голос, эта мебель, наверно, тоже ее еще не забыла. А что в ней особенного? Познать это - означало бы сделать большое открытие!"

Стена еле заметно засветилась и погасла - пенаты вызывают Веру на связь. Теперь, когда в помещении появился больной, они перестали пользоваться звуковыми сигналами. Вера облегченно вздохнула, встала и вышла, мягко ступая по голубому пластику. Никифор проводил ее взглядом, исполненным надежды. Вернувшись минуту спустя, Вера сказала:

- Это Клара. Интересуется твоим здоровьем, просила передать привет...

Каким радостным сиянием озарились его глаза, как засверкали! Что-то там, в глубине, прояснилось, засветилось, заиграло. Она интересуется! Передает привет! Неужели не все еще потеряно? Неужели она поняла, что он обидел ее от избытка чувств?

А Вера едва удержалась, чтобы не заплакать. Она поняла, что в сердце ее растет зависть к подруге, и это очень плохо. Разговаривала она совсем не с Кларой. Клара неизвестно где и не хочет отозваться. Это охрана здоровья интересовалась, все ли в порядке. Эх, Ник, Ник...

Увидев на экране отца Ника, Вера стремглав бросилась к юноше. Отец смотрел с экрана, как ковыляет сын, и спросил:

- Ходишь?

- Хожу!

Помолчали. Отец хмурился, поглаживал пальцами гладко выбритый подбородок.

- Ну а что собираешься делать?

- Как только выздоровею, отправлюсь в Антарктиду. Никифор Ярковой слов на ветер не бросает! Я докажу...

- А что же ты докажешь?

- Я сделаю открытие, такое открытие!

Отец посмотрел сыну в глаза:

- Это хорошо, Ник, что у тебя такой задор. Вот только мотивы мне не нравятся. Докажу, докажу... Мальчишество это. Рассуди спокойно, сам поймешь. Тебе нужно начать с понимания того факта, что ты живешь в обществе...

- Общество не признает меня, игнорирует!

- Но виноват-то ты сам.

- Я виноват? Да что же такое я сделал?

- Ты нарушил закон неприкосновенности личности и жилища. Это атавизм, рецидив анархии, и общество...

- Напридумывали кто знает сколько ограничений, вот и ходи-броди по лабиринту законов и традиций. А я не хочу! Не желаю! Мне нужен простор!

- Неконтролируемые эмоции...

- Я знаю: вам лишь бы только логика и еще раз логика!

- А как же, сынок? Эмоции необходимо подчинять разуму, иначе никакая система функционировать не будет, перевесит энтропия.

- Ну и пусть!

- Вот это уже необдуманно, Ник.

- А они там все обдумывают, да? Занимаются всякой ерундистикой, а стоит сказать им умное слово, слушать не хотят!

- А ты не хочешь мне объяснить, что к чему?

- Если интересуешься... Пожалуйста. Наблюдения за магнитным полем Земли за последние сто лет показали, что оно все время ослабевает. Разве не свидетельствует это о том, что материя, которая его создает, иссякает? А между тем в недрах Земли, где-то в Антарктиде, имеются залежи некоторой материи с естественным магнетизмом. Так можем ли мы ждать, пока кривая интенсивности ее излучения дойдет до нуля? Разве не ясно, чем грозит не то что исчезновение, а даже ослабление магнитного поля, скажем, наполовину? Интенсивная радиация из космоса, не имея на своем пути мощного магнитного панциря, достигнет поверхности Земли...

- А разве атмосфера не защищает нас?

- Такую интенсивную радиацию атмосфера не способна поглотить. Ее схватывают радиационные пояса планеты - магнитные улавливатели. Я думаю, настало время отыскать месторождение магнитной материи и изучить его, чтобы синтезировать эту материю искусственно. Вот о чем я хотел поговорить с коллегами, но они отвернулись от меня. Но я... я им докажу!..

- Ах, Ник! - вздохнул отец. - Когда в тебе говорит ученый, тебя интересно слушать, но когда ты начинаешь "якать"... Ну ладно, к этому мы еще вернемся. А что касается твоей гипотезы, могу сказать только одно: она любопытна и даже правдоподобна, хотя и построена на фантастической основе. Против нее можно выдвинуть серьезные возражения.

- Какие?

- Вот хотя бы такое: что ты скажешь о магнитном поле Солнца? Там тоже "залежи" какой-то особенной материи?

Отец взглянул на сына, ожидая ответа. В глубине души он восхищался своим Ником, даже одобрял его бунт, но не решался признаться себе в этом.

- Что ж, возражение толковое... - пробормотал Ник. - Об этом я как-то не подумал... Первое, что приходит на ум: аналогичные явления могут возникать по разным причинам. И действительно, почему бы Солнцу тоже не иметь такой материи? Ведь модель солнечных недр гипотетична.

- Ну что ж, сынок, все это интересно, но прежде всего ты должен... войти в колею.