Александр Крафт - Оранжевый Треугольник

Когда Сим встал, вместе с ним поднялся и доктор, как будто они вставали по счету "на три". Мужчина повернулся и, не оглядываясь, пошел к выходу. На спине с левой стороны у него красовался все тот же оранжевый треугольник.

Предрассветные сумерки - самая плохая пора суток. Ночью в человеке просыпаются самые низменные пороки, и зло, концентрируясь, выходит наружу. По своей сути люди не такие уж и плохие. В основном все их злые желания сводятся к ответам на чужие обиды. Ответам, иногда слишком сильным и несправедливым, но все же только ответам, а следовательно, это просто властвует древний, как мир, инстинкт самосохранения. Только у немногих, тяжело больных психически особей проявляется зло в чистом виде.

Но под утро люди чувствуют нечто, заставляющее их изменять свои взгляды, как будто умирающее зло в последних конвульсиях крушит их души, откладывая отпечаток на время своей спячки, которое мы называем - днем.

На востоке медленно, с усилием и муками, стала рождаться заря. Сим уже больше часа шел за доктором, и они оказались в дальнем районе города Норлэнде. Небогатый пригород располагался к северу от центра и отличался плохими мостовыми и небольшими грязными домиками, перемежающимися такими же грязными газонами.

- Вот мы и пришли,- сказал Санта Клаус и нырнул в облезлую зеленую калитку.

Дверь дома напоминала ворота гаража не столько размерами, сколько тяжелым железным покрытием. "Сейф",- подумал Сим.

За дверьми сразу начиналась большая комната, из которой шли еще три двери. Одна - открывала вид на маленькую чистую кухоньку, вторая - обычная, видимо, вела в спальню, а третья была железной. "Еще один сейф или холодильник",- решил Сим, рассмотрев односторонний и тяжелый замок. Резко контрастировал с окружающим видеопульт, самый современный из тех, которые используются для профессиональной перезаписи или монтажа видеофильмов, но только с одним записывающим магнитофоном. Приемные кабели от него тянулись в спальню. Наверное, там и находился воспроизводящий магнитофон. Странная конструкция, причем непонятного назначения. Пульт находился в комнате, но был как бы отгорожен перегородкой из толстого небьющегося стекла.

Само помещение напоминало больничную палату. Белые стены, "одноместная" кушетка в углу, металлические столики, закрытые белыми салфетками, и посредине огромное "зубоврачебное" кресло. Хотя сравнение его с зубоврачебным было весьма поверхностным. Венчало это сооружение нечто, напоминающее парикмахерский фен, только побольше и утыканное различными кнопками и переключателями. Рядом с креслом возвышалась конструкция, состоящая из стойки, странных приборов и висячего столика, закрытого матовым колпаком на шарнирах. По толщине и сизому отблеску можно было догадаться, что стекло колпака противоударное. Все это было крепко привинчено к полу. "Да ведь здесь так закреплена вся мебель. Как на корабле..." - удивился Сим.

- Вот это и есть мой ад,- прервал молчание доктор.

- Для ада уж больно чисто,- улыбнулся Сим, перестав оглядываться.

- Это все антураж. Важна не оболочка, а содержание. Разве ты не спрашиваешь, с чем пирожок, прежде чем его купить?

- Пирожки вещь хорошая, но от них не умирают.

- Ну это еще как сказать... Иногда и умирают, если начинка несвежая и врач опоздал. Но тут начинка самого высшего класса, а попавшим в ад не стоит бояться умереть, не так ли?

- Это уж точно. Мертвее мертвого не будешь, но ведь я пока еще жив?

- Это тоже спорный вопрос. Живые в ад не попадают...

- Логично. Но поскольку я кажусь себе все-таки живым, уместно предположить, что это еще не ад.

- Да? А что ты вообще знаешь про ад?

- Его не существует. Это все выдумки религиозных фанатиков.

- Ну допустим, но ведь ты говоришь - "это не ад", а что ад?

- Хм... Ну, черти варят в котлах грешников... Да чушь это...

- Пусть чушь, но в чем эта чушь заключается? Предположим, что чертей мы заменим дикарями, а место действия перенесем на маленький островок. Для "грешника" ощущения не изменятся, но будет ли это ад?

- Конечно, нет. Он скоро умрет, и его мучения прекратятся, а в аду грешники бессмертны.

- Значит, ад - это бессмертие? Но гипотетического бессмертного страдальцем не назовешь? - Доктор улыбнулся и откинулся на спинку стула.

- Да нет же. В аду страшна боль, сочетающаяся с бессмертием.

- Допустим. А что такое боль?

- Кто из нас доктор? Вот сам и ответь на этот вопрос. Я знаю только, что при нарушениях в организме болевой импульс передается нервами в мозг.

- Отлично. Так что здесь важно? Нарушение или импульс? Что хуже: перелом, если импульс не дошел до мозга, или полученный мозгом сигнал при отсутствии повреждения кости?

- Конечно, второе. Ведь тогда ты чувствуешь боль.

- Правильно. Если уж говорить совсем точно, то "боль" вырабатывается самим мозгом, а нервы просто сообщают о повреждении. Это проблема чувств, а не внешних воздействий. Так что такое ад?

- Бесконечное чувство боли. Так? - Симу надоел этот разговор. Он не мог понять, куда клонит новый знакомый.

- Не совсем. Вспомни причину, по которой ты оказался здесь. Моральные проблемы тоже приносят боль.

Сим содрогнулся при воспоминании о предательстве любимой, но справедливости ради сказал:

- Да, больно. Но это не перелом все-таки...

- Конечно. В отличие от тебя твой мозг понимает, что это не представляет угрозы для жизнедеятельности организма, и боль не сильна. Но я говорю не об этом. Пойми, для самого мозга и предательство, и перелом "моральные" проблемы. Сигналы приходят разными путями, и только. Зрение, слух или осязание - какая разница.

- К чему ты клонишь?

- Ад - это то, что мучает твое сознание, плюс безысходность этого процесса. Процесс - это движение. Наилучшей иллюстрацией бесконечного движения на месте есть круг. Ад - это движение по кругу боли. Только тогда, когда Данте понял это, он смог написать свою замечательную комедию.

- Зачем мы сейчас об этом говорим? Это все философия. Ада не существует, а для верующих это - черти с котлами.

- Интересно, что бы тебе на это ответили обитатели самого ада? Ну ладно. Разговоры разговорами, а нам пора начинать. Кончай бродить по комнате и садись.- Доктор указал на сиденье, предназначенное для пациента.- Пока есть время, повторим условия договора. Теперь ты видишь, что это не розыгрыш?

Сим медленно опустился в кресло. Сидение оказалось необычно мягким и удобным.

- Ты меня еще не убедил, что это ад.

- А это и не требуется. Ты видишь, что это современная лаборатория, а шутники в таких местах не живут.

- Так что ты предлагаешь? - спросил Сим и поудобнее уселся в кресле.

Доктор, не торопясь, расстегнул молнию, подошел к вешалке в углу и быстро, как будто от скорости зависела жизнь, сбросил куртку и сразу же напялил белый халат. На халате с левой стороны красовался знакомый оранжевый треугольник.