Вадим Охотников - Первые дерзания

Директор объяснил Семену, что в разнарядке министерства сказано ясно: откомандировать на практику пять учеников последнего года обучения, и нарушать это распоряжение он никак не может. Но мальчик твердо стоял на своем, уверяя директора, что будет работать не хуже старшеклассников.

Настойчивость Семена, наконец, покорила директора. Когда ученик ушел, в кабинет был вызван заведующий учебной частью.

- А-аа! Уже был орленок здесь! - воскликнул он, услышав от директора о настойчивой просьбе Семена.

- Кто это прозвал его орленком? - со вздохом осведомился директор. Почему его не назвали, например, тигренком или львенком! Вот он сейчас буквально впился мне в глотку! Отправляй его на практику в особое конструкторское бюро вместе со старшеклассниками, да и только! Чувствую, что не отстанет, пока не добьется своего.

- Летает! Летает, представьте себе! - ответил заведующий учебной частью. Все изобретает что-то! Да этак с фантазией! Вообще, есть кой-что дельное. Прямо скажем, - не по своему возрасту летает! И назвали его орленком после того, как Бурыкин придумал небольшое приспособление, упрощающее заточку резцов. Очень способный паренек.

Ребята, с которыми Семену предстояло вместе ехать на практику в особое конструкторское бюро, весть о назначении в их группу ученика третьего года обучения встретили по-разному.

- Смотри ты мне! - внушительно пробасил Степан Кириллин, для убедительности хватая Семена за ворот гимнастерки и тряся его. - Знаю, что работаешь ты неплохо, но если хоть малейшую тень наведешь на училище, - не жалуйся, что еще маленький.

- Хочешь там предложить какое-нибудь изобретение? Ну что ж! Пожалуйста! сказал Сергей Чердаков - любитель рифмованных шуток и прибауток, которые он сочинял мгновенно, но не всегда "впопад".

- Не понимаю тебя, Семен, - глядя куда-то в сторону, уныло произнес Шурик Пышной. - Ведь самому трудно будет работать с нами наравне... Неужели ты действительно думаешь там тоже изобретать? Там же профессиональные изобретатели работают, которые этому делу особо обучались. А ты кто? Чудак!

- Я рад за тебя, Семен, - проговорил Ваня Быков. - Для тебя это место самое подходящее. А я бы лично с большим удовольствием поехал не в это самое ОКБ, а на одну из великих строек коммунизма: говорят, тоже будут посылать.

От Сущер до места назначения ребятам пришлось ехать по железной дороге. Впрочем, путешествие не было продолжительным: около четырех часов.

На станции ребят встретил мастер Иван Никанорович Гресь. Опознав учеников ремесленного училища по форменной одежде, он подошел к ним и крикнул.

- Трудовые резервы? В мастерские конструкторского приехали?

Услышав утвердительный ответ, он проверил приехавших подростков по спискам, внимательно вглядываясь в каждого. Когда эта процедура была закончена, мастер усадил ребят на дощатые скамейки в кузове грузовика и, отказавшись от предложения шофера сесть в кабину, с трудом перевалился за борт машины.

- Полный вперед! - крикнул он.

Грузовик быстро пересек пригород, резко свернул в сторону и почти сразу очутился среди густого и прохладного леса.

- Как посмотрю на вас, ребятки, - заговорил Иван Никанорович добродушным, вибрирующим от тряски грузовика голосом. - До чего же вы красиво наряжены! Пуговицы блестят... Бляха на поясе форменная. Кокарда над головой... А интересно знать: что у вас в голове? Тоже блеск есть?

- Есть кое-что, - важно ответил Сережа Чердаков.

- Известно вам, например, что такое кронциркуль?

- Кронциркуль, товарищ мастер, - начал Ваня Быков, - представляет из себя старинный измерительный инструмент, в настоящее время редко применяемый.

- Более удобным инструментом является штангенциркуль, - добавил Семен.

- Ишь ты! Какие профессоры! - обрадовался Иван Никанорович, - интересно будет еще посмотреть, что у вас за руки... Как это в вашей песне поется?..

- Вот эти руки, руки молоды-и-ее... Руками зо-лоты-ми назовет... - пропел Сережа Чердаков.

- Скажите, а над какими изобретениями работают в вашем конструкторском бюро? - спросил Семен, пристально глядя на мастера.

- Что? - удивился Иван Никанорович. - А тебе что до этого, собственно говоря? Тут у нас, знаешь, дело такое, что иногда даже я плохо понимаю, какая машина разрабатывается!

- Как это "разрабатывается"? - осведомился Шурик, не понимающий смысл этого слова.

- Ну, вот! - укоризненно сказал мастер. - Видать не до полного блеска начищена ваша голова... Небось, думаете, изобрести какую-нибудь новую машину, - раз, два и готово! Конструктор начертил, а мы сделали и иди себе, механизм, гуляй по стране! Нет, милые мои, совсем не так дело-то делается! Испытания различные проходят, всякие проверки, опыты, доделки, переделки, а все это вместе называется разработкой. Понятно?

- А вам приходилось выдумывать какую-нибудь новую машину? - снова спросил Семен.

- Что? - опять удивился Иван Никанорович. - Разве это мое дело! Что ты, милый! Конечно, никому не запрещено, да ведь не так-то оно просто, как ты думаешь... Для этого в нашем конструкторском бюро существуют специальные люди: инженеры-конструкторы. А главным над ними является Александр Андреевич Дуплов. Слышали про такого или, может, в газетах читали?

Грузовик выехал из леса и теперь уже мчался вдоль берега довольно широкой речки. Лесная чаща, словно стена, стояла справа от дороги. На противоположной стороне, за речкой, виднелось поле.

- А если я... конечно, поработав немного у вас и приглядевшись, придумаю какую-нибудь машину, то... можно будет обратиться к товарищу Дуплову? смущаясь, снова спросил Семен.

На этот раз Иван Никанорович удивился настолько, что даже его усы зашевелились.

- Что? - переспросил он удивленно. - Ты машину придумаешь! А разреши-ка спросить: есть у тебя высшее техническое образование? А? Или, может быть, ты многолетним практическим опытом располагаешь? А? Может, тебя сразу зачислить начальником какого-нибудь отдела? А? Не стесняйся - говори! Тогда ты каждый день будешь видеть главного инженера товарища Дуплова. Так сказать, в силу своего служебного положения...

Старик явно рассердился на ученика, и ребята решили его успокоить.

- Он у нас, знаете, помешан на изобретениях. Только и думает про разные новые машины, - словно извиняясь за своего товарища, проговорил Степан Кириллин и тут же, немного подумав, добавил: - Вообще-то это неплохо...

- Это он среди нас один такой. Другие ребята и вот я, в частности, изобретениями не увлекаемся, - вставил Шурик Пышной.

- Да, пожалуйста! Увлекайтесь сколько хотите, - заявил мастер. - Если к этому есть наклонность, так отчего ж не увлекаться? Только во всем надо знать порядок и чувствовать свое место. Вот, к примеру, где вы теперь будете работать? В известном на всю страну Особом конструкторском бюро, где собраны лучшие инженеры-изобретатели. Предположим, играют на футбольном поле известные на всю страну футбольные команды. Народ на трибуне! Шум, крик - все очень довольны соревнованием. И вдруг бы вышел из числа зрителей какой-то гражданин и заявил капитану одной из команд: "Хочу играть вместе с вами!" - "Что такое? Кто ты такой?" - спрашивает капитан. - "Очень просто... Считаю, что играть я умею и потому к вам обращаюсь с категорическим требованием", - отвечает этот самый товарищ.