Николай Гацунаев - Пришельцы

"Крейн, вероятно, прав. - Полковник устало пошевелил плечами. - Не стоило говорить с Розенблюмом в таком тоне. Особенно сейчас, когда после разоблачения скандальных махинаций министр национальной обороны вынужден был уйти в отставку и еще неизвестно, кто сядет в его кресло. Но с другой стороны, что я теряю? Уволят в запас? Невелика потеря! Куда страшнее потерять уважение к самому себе. Так что все правильно".

Плэйтон взглянул на часы: четверть одиннадцатого. Жалко беспокоить людей в такое время, но ничего не поделаешь. Он потянулся к аппарату внутренней связи, но тот включился сам.

- Господин полковник, - голос Крейна звучал глуше, чем обычно.

- Да, капитан?

- С вами хочет говорить господин Хейлигер.

- Соедините.

- Он здесь, господин полковник.

- Вот как? Пусть войдет. И вы тоже, Генри. Нужно размножить и разослать кое-какие бумаги.

- Слушаюсь, господин полковник.

...Джон Хейлигер подождал, пока Плэйтон кончит говорить с Крейном, проводил его взглядом до самой двери и, лишь убедившись, что она плотно прикрыта, обернулся к полковнику.

Хейлигер был чем-то взволнован и не пытался это скрыть.

- Добрый вечер, Джон. Что привело вас ко мне в столь неурочный час, как говаривали в старину?

- Мне не до шуток, полковник.

Не до шуток так не до шуток. Плэйтон хотел закурить, но раздумал и подвинул пачку к Хейлигеру.

- Не курю. Перейдем к делу, полковник.

Я вас слушаю.

- Я - экстрасенс.

"А я - Иисус Христос", - чуть было не брякнул Плэйтон, но вовремя удержался.

- Экстрасенс, экстрасенс... - Полковник помассировал переносицу большим и безымянным пальцами. - А, ну да! Ясновидение, телекинез, левитация... В средние века их величали колдунами и жгли на кострах. И что же, Джон?

- Для своих шуточек поищите более подходящее время, господин полковник! - окрысился Хейлигер. - А сейчас извольте выслушать меня до конца!

"Спятил, - горестно констатировал Плэйтон. - Буйное помешательство. Этого мне еще не хватало".

- Успокойтесь, Хейлигер. - Он старался говорить как можно мягче. - И выкладывайте все по порядку.

- Включите магнитофон! - потребовал биолог.

- Зачем?

- Я настаиваю!

- Пожалуйста. - Полковник щелкнул тумблером. - Говорите, Хейлигер.

Несколько секунд биолог собирался с мыслями, а когда заговорил, голос его звучал гораздо спокойнее.

- Полковник Плэйтон! Считаю своим гражданским долгом официально заявить следующее: ваш дежурный офицер, выдающий себя за капитана Национальных Вооруженных Сил, на самом деле не является ни офицером, ни человеком в общепринятом значении этого слова. Не далее как полчаса назад это существо имело непродолжительный контакт с себе подобными, а затем вернулось обратно и опять заняло место в вашей приемной.

"Бедняга, - с жалостью глядя на биолога, подумал Плэйтон. - Подглядывал с улицы в окно и видел, как я суетился в приемной, разыскивая Крейна".

- За время своего отсутствия, - монотонно продолжал Хейлигер, существо, выдающее себя за капитана Национальных Вооруженных Сил, побывало на инопланетном космическом корабле, находящемся на околоземной орбите...

"Несчастный вы человек, Хейлигер, - мысленно посочувствовал Плэйтон. В туалете он побывал. Пыхтел на унитазе".

- Поскольку истинные цели и намерения этого существа неизвестны и непредсказуемы, - повысил голос биолог, - со всей ответственностью требую, чтобы оно было немедленно изолировано и взято под стражу до прибытия компетентных специалистов.

- Вы закончили, Хейлигер?

- Да.

- Запись можно выключить?

- Да.

- Благодарю вас, - Плэйтон остановил магнитофон. - Вы добросовестно исполнили свой гражданский долг, Хейлигер. Ваша совесть чиста. Отправляйтесь спать.

- И у вас нет ко мне никаких вопросов?

- Есть. Но мне надо над ними поразмыслить.

- Но...

- Никаких "но", Хейлигер. Отправляйтесь к себе. Это приказ.

- Хорошо, - биолог поднялся со стула. - Я подчиняюсь. Что вы намерены делать с этим чудовищем?

- Каким чудовищем? - не понял Плэйтон.

- С так называемым, - Хейлигер мотнул головой в сторону приемной, дежурным офицером.

- Вон вы о ком! - Плэйтон чуть заметно пожал плечами. - Пока ничего. Соберемся утром, тогда и решим, как с ним поступить. Надеюсь, он никуда не сбежит до утра.

- Как знать, - многозначительно изрек Хейлигер. - Вы очень многим рискуете, полковник.

- Ну, не так мрачно, Хейлигер! - улыбнулся Плэйтон и через стол протянул биологу руку. - Спокойной ночи.

После ухода биолога Плэйтон внимательно прослушал запись и удрученно покачал головой. Биолог был явно не в своем уме.

Снова включился аппарат внутренней связи.

- Господин Стэнли просит его принять, - сообщил капитан.

- Ну и ночка! - вздохнул Плэйтон, поднимаясь из-за стола.

Он встретил физика возле двери. Поздоровался за руку.

- Рад видеть вас, Эдвард.

- В самом деле? - В отличие от Хейлигера, Стэнли был абсолютно спокоен. - Что же вы не спросите, с чем я пожаловал?

- С чем вы пожаловали, Эдвард?

- С вопросом. - Стэнли подошел к столу и бесцеремонно взял сигарету из пачки. - Не возражаете?

- Курите, Эд.

- Благодарю.

Физик закурил и вопрошающе посмотрел в глаза Плэйтону.

- Что вы намерены делать, полковник?

- Не посоветовавшись с вашей святой троицей, - ничего.

- "Святой!" - усмехнулся физик. - Положим, святостью от нас и не пахнет.

Он обвел взглядом кабинет и понимающе кивнул.

- Ладно. Не хотите отвечать, не надо. Я, собственно, просто проходил мимо. Увидел свет в окнах, ну и забрел на огонек. Почему бы вам не пройтись по свежему воздуху, Плэйтон? Погода чудесная. А тут у вас хоть топор вешай. Идете?

- Уговорили, - кивнул Плэйтон.

Ночь и в самом деле была великолепная. Пряный аромат увядающих листьев ощущался на воздухе острее, чем в комнате, словно многократно усиленный знобящим холодком приближающейся зимы. Музыка звучала громче, мрачно величественная и торжествующе скорбная.

- Бетховен? - предположил Стэнли. Они шагали по тротуару под черными на темно-фиолетовом фоне неба кронами деревьев.

- Брамс.

- Вы уверены?

- Да. - Плэйтон отвел от лица ветку. Листья были холодные, чуть влажные. - В детстве из меня пытались сделать музыканта. Потом юриста. А получился военный. - Он грустно усмехнулся. - Это "Немецкий реквием".

- Реквием? - переспросил физик. - Подходящая музыка, ничего не скажешь. Так что вы намерены делать, Плэйтон?

- Почему это вас так волнует?

- Будто не знаете.

- Представьте себе, нет.

- Да ладно вам, Плэйтон! Подписка подпиской, а хоронить это дерьмо нам с вами.

"Подписка? - насторожился Плэйтон. - Подписка, подписка... Что-то новое. Какие тут могут быть секреты? Пресса вовсю трубит о пришельцах. Розенблюм строит глазки репортерам. Странно..."