Сергей Подгорный - Вторая возможность

- Увлечение фантастикой, - продолжал Евтеев, когда с разменом было покончено, - заставило меня, как теперь понимаю, чутко подмечать все необычное во встречающемся вокруг. В то время, да и теперь тоже, я считал, что Земля не только посещается инопланетянами, но они ходят неузнанные по улицам наших городов. То, почему они не вступают с нами в контакты, я в то время для себя уже уяснил, теперь, конечно, уяснил еще лучше, но это тема не только непростая, но и слишком обширная, ее трогать не будем, тем более, что прямого отношения к делу она не имеет.

Так вот, представь: знойный летний день, южный курортный городок, городской рынок, который просто кишит народом - разнообразным и разноязыким; гомон, пестрота, суета, мельтешенье...

Я поднимался к рынку от прирыночной площади и вдруг в густой толпе увидел этого человека... Заметить было несложно: он был необычно высокого роста. Я шел задумавшись, не глядя по сторонам, а потом взглянул вперед и вдруг увидел этого человека... До него было метров двадцать; я остановился, как вкопанный, не в силах пошевелиться и не в силах отвести взгляд. Ни до, ни после я не испытывал такого глубокого потрясения. Прошло уже двадцать лет, многое из того, что видел, я могу описать в лучшем случае лишь приблизительно, но его внешность, весь его облик хранятся в памяти до мельчайших деталей...

Признаюсь: сразу, как его увидел, у меня вспыхнула мысль: "Инопланетянин..."

Даже издали, даже с первого взгляда становилось понятно, поражало, как этот человек необычайно умен... умен - тут даже не подходит: обладает необычайно высоким интеллектом - так это впечатление передается точнее. Я говорил о его странно высоком росте, но рост его несколько скрадывался худощавостью и прекрасным сложением, неброской, но полной гармонией всех движений. Сразу бросался в глаза его необычно высокий лоб: череп незнакомца был раза в полтора выше, чем у обычных людей, и сначала меня поразило это, но в следующие секунды и минуты поразил его взгляд, весь его облик. Он стоял среди движущейся в разных направлениях, но не убывающей толпы _совершенно_ независимый и свободный. Наша независимость никогда не бывает полной и всегда, даже в лучшем случае, хоть слегка, но демонстративна. Его внутренние свобода и независимость были глубоко органичны; каким-то образом становилось понятно, что испытывать всю полноту этих состояний для него так же естественно, как дышать. Но его взгляд, выражение лица!..

В самое первое мгновение, увидев его необыкновенно развитый череп, я успел опасливо подумать: "Не идиот ли он?.." Ведь, как известно, самый большой вес мозга и объем черепа бывает как раз у идиотов. Мозг Анатолия Франса, например, весил всего полтора килограмма. Но потом я увидел взгляд незнакомца и выражение его лица...

Я не видел взгляда более умного, мудропонимающего, проникнутого мудрым сочувствием к людям, суетившимся вокруг, и в то же время светлого, исполненного уверенной доброты. На его лице - прости за высокопарное выражение, но лучше сказать не могу - лежала печать глубочайшего знания, глубочайшей, но свободной, без усилия мысли...

Я говорил, как глубоко был поражен. Позднее меня поразило еще вот что: почему никто вокруг не обращал на него _такого_ внимания, как я?.. Взглядывали, кто - просто косился, и шли, спешили по своим крохотным, ничтожным делам: что-то купить, что-то продать или даже просто потолкаться в пряной сутолоке да выпить в ларьке стакан вина, кружку пива у бочки... Почему?!. Для меня это и до сих пор непостижимо...

Я медленно подходил к незнакомцу все ближе, словно притягиваемый магнитом, не отрывая взгляда. И вот еще какая деталь, кроме всего его облика, непреложно убедила меня в том, что он _не отсюда_: его одежда была словно лишь только из магазина. Он был одет в ширпотребовскую клетчатую ковбойку, в такие же непритязательные коротковатые ему и сидящие мешковато брюки, обут в дешевые босоножки, которые может купить лишь человек, махнувший на свой внешний вид рукой. И _все_ это, подчеркиваю, было совершенно новое.

Незнакомец не спеша повернулся и неторопливо пошел вместе с толпой вверх, к главному входу в базар. Я на некотором отдалении последовал за ним, весь во власти неодолимого любопытства, решивший во что бы то ни стало узнать, куда же он, в конце концов, придет; узнать о нем как можно больше.

Он шел не оборачиваясь, как-то очень легко, раскованно, но в то же время собранно; прошел мимо главного входа на базар и пошел вдоль высокой базарной ограды дальше: там вскоре начинались окраинные улочки, а за ними - поросший лесом горный склон. И вдруг он на ходу обернулся и посмотрел на меня смеющимися глазами. Смотрел лишь какую-то секунду, но я ясно понял, что он знает все мои мысли и намерения, и еще понял, что мне не надо за ним идти.

Я остановился и смотрел, как он уходит все дальше уверенными легкими шагами...

13

- Присядем... - предложил Швартин (они как раз дошли до маленького и тихого скверика).

Евтеев молча согласился.

- Ты рассказывал занятно, - произнес Швартин, закурив, - но кого и в чем может убедить твой рассказ?

- Если бы ты своими глазами увидел этого человека... - с сожалением вздохнул Евтеев.

- Я и так его словно бы увидел... И что?

- До тех пор, пока не узнал о Махатмах, меня мучило то, что это, без всякого сомнения, был именно _человек_.

Швартин взглянул с недоумением.

- В нем не было ни малейшего _неизбежного отпечатка_ нашей цивилизации, но в то же время это - _без сомнения_ - был человек. _Единственное_, что можно было отнести к камуфляжу, - его одежду. Он был человеком от плоти и крови, и именно это впоследствии поставило меня в тупик. Я не сомневался, что он _не отсюда_, то есть не дитя нашей цивилизации, но тогда выходило, что где-то есть планета - не только двойник Земли, но биологическая эволюция, эволюция Жизни на которой привела к возникновению _людей_. Мало кто сомневается во множественности обитаемых миров, но чтобы такое... Я понимал: нет, слишком невероятно. Легче предположить, что наши предки переселились на Землю с этой планеты или когда-то были _созданы_ посетившими Землю разумными существами по их образу и подобию...

Эта загадка мучила меня долгие годы, и, честно сказать, я теперь благодарен ей за это; в разное время я находил ей разные решения, но интуиция говорила, в конце концов, что все не то. И лишь когда узнал о Махатмах и Шамбале - все сразу стало на свое место. Это был Махатма, и эти люди действительно великие мудрецы... - убежденно сказал Евтеев.

- ...Но тайна Шамбалы становится от этого... только еще большей тайной... - неожиданно заключил он.

14

- Кажется, я начинаю привыкать к жаре...

- Человек может ко всему привыкнуть, - подтвердил Швартин.