"На суше и на море" - На суше и на море. Выпуск 14 (1974 г.)

– Первый раз слышу, - искренне удивился Боноски.

– Колоссальная штука, приятель! Один фунт этой материи дает столько же энергии, сколько все атомные реакторы страны за год.

– И все же я не знаю тайны кода, - упрямо сказал Боноски.

– Не имеет значения. У вас на руках будет электронная программа для следящей Иглы. И мы расшифруем ее - это уж наше дело. А вы станете богатым человеком. Ну, договорились?

Боноски задумался. Быть богатым, конечно, заманчиво. Но тут же его лицо вытянулось. А как же со стариком Чероком? Меньше всего хотел он подвести земляка и товарища детских лет. Ведь Черок помог ему устроиться в «Космик тревел», взял в экипаж своего мезолета. А желающих было хоть отбавляй.

Агент Сэндиджа проницательно глянул на Боноски:

– Думаете о секретной гвардии Дэвиса, а? Можете быть спокойны. Вас не зря выбрали. Мы кое-что соображаем. Для людей Дэвиса вы мелкая рыбешка. В корпорации служите без году неделя. Им и в голову не придет заподозрить вас. Ну, по рукам?

«Да, - подумал кибернетик, - меня крепко прижали к стенке. Не вырваться. Но разве плохо помочь одной акуле сожрать другую? И Дэвис и Сэндидж - два сапога пара. Вот только как быть с Чероком?…»

– Черт с вами! - выругался Боноски. - Говорите, что, где, когда?

Незнакомец облегченно вздохнул.

– О'кей. Встретимся завтра… - он назвал маленькую улицу на противоположном конце Дэвис-порта. - Еще раз напоминаю: не хитрить! Одно лишнее слово и… - агент покосился на своих парней, те злобно ухмыльнулись.

Агент сделал знак своим людям и исчез, словно растворился в воздухе.

…Подавленный Боноски медленно побрел по дороге в космопорт. Почти у самого входа ему встретился Черок. У того был мрачный вид.

– Ну, говорил с боссом? - спросил кибернетик.

Черок вяло махнул рукой.

– Дэвис и слушать не стал. «Твоей работой я доволен, Черок, но все же ты болван. Плетешь ерунду о какой-то миллисекунде. А кто будет платить за задержку рейса?» - вот что ответил он.

– Форменный ублюдок, - пробормотал кибернетик. Ему так хотелось, чтобы рейс вообще отменили. Черок внимательно глянул на него.

– А что с тобой? Почему похоронный вид?

– Да так, ничего особенного, - избегая его взгляда, промямлил кибернетик.

Возвращаясь к себе, Черок подумал о том, что Боноски что-то скрывает. Парень был явно не в своей тарелке. Потом его мысли обратились к предстоящему рейсу. Ничего определенного о цели экспедиции Дэвис так и не сказал. Полет по программе, код которой неизвестен. Хорошенькое дельце! Но ничего не поделаешь. До отлета экипажа на Ио - шестой спутник Юпитера - оставалось меньше суток. Все инструкции получены… А что, если плюнуть на контракт? Старики обеспечены, им-то ничего не грозит… Удрать куда-нибудь в Южную Америку, в сельву, или в нейтральный регион Полинезии? Черок давно устал от рискованных полетов и гнетущей опеки невидимой гвардии Дэвиса. Проклятая клетка бытия!… Что придумать?… И вдруг его осенило. А что, если удрать на мезолете на другую планету? Вот только иметь бы несколько единомышленников в экипаже. Но где они, эти люди? Разве открыться Боноски? Нет, рискованно. Хоть и земляк, а чужая душа - потемки. Главное препятствие, конечно, - невидимая гвардия Дэвиса. Попробуй, угадай, кто из мезолетчиков служит в ней. Известен лишь их шеф Гринвуд, лицо официальное. Но кто ему подчинен? Это самая важная тайна корпорации. Н-да, вокруг глухая стена. Черок вздохнул и яростно плюнул под ноги.

Черок и Боноски возвратились на Ио за три дня до старта. Вокруг МРЗ-17 бурлил водоворот людей и машин. Всех лихорадило, словно приближался день страшного суда. Черок едва не падал от усталости, проверяя бесчисленные узлы и механизмы корабля. Особенно тщательно осмотрел он Иглу Мэсона - сложнейшее астрофизическое электронное устройство. Прошел час, второй, а он все еще проверял Иглу. Наконец хозяйка секции Индола не выдержала и насмешливо спросила:

– Кажется, вы влюбились в Иглу?

Черок промолчал. Ему нравилась эта девушка с резкими, угловатыми манерами. Она была дочерью старого Мохора - ведущего космографа корпорации. Черок смутно слышал, что он ведет какие-то исследования в области Надпространства. Индола унаследовала от отца пристрастие к науке. Мохор поощрял ее увлечение: сам он уже не мог участвовать в космических экспедициях. Индола окончила Астрофизический институт, прошла все испытания, положенные космонавтам, и теперь продолжала изыскания отца.

– Все в норме. И все же следите за прибором, - сказал Черок и направился к выходу из отсека.

– Вы забыли прибавить «пожалуйста»! - крикнула ему вслед девушка.

А Боноски мучила мысль о проклятом нейтрино-коде. Рано или поздно все откроется и Чероку, когда они вернутся на Землю, несдобровать: Дэвис не станет докапываться, что и почему. Черок просто испарится, исчезнет. Может, открыться командиру корабля, рассказать обо всем? Нет, опасно. Кибернетик невольно поежился, вспомнив угрозу агента…

Потом чертыхнулся и защелкал тумблерами, торовато пробегая глазами строчки инструкции, переданной людьми Сэндиджа. Вскоре он целиком погрузился в труднейшую работу - надо было так подобрать схему монтажа дешифрующих элементов, чтобы разгадать программу маршрута.

…Подготовка к рейсу закончилась, и Черок решил с полчаса отдохнуть. Медленно обойдя свой мезолет, он присел на ступеньку трапа и стал бездумно созерцать Юпитер. Его приливные силы давно затормозили вращение Ио, и спутник всегда смотрел на хозяина-гиганта одним и тем же полушарием. На фоне черного неба и ярких звезд Юпитер казался огромным светло-желтым фантомом - творением неведомых богов. Медленно плыли тени юпитеровых лун - темные пятна на сверкающем лике исполина. Потом Черок поглядел на негреющий медный кружок Солнца. Надежда на отмену рейса развеялась, как и мечта о побеге на райские атоллы. Здесь, на Ио, околачивается целая армия агентов корпорации. Наготове патрульные ракеты. Да и Гринвуд не спускает глаз с членов экипажа. Впрочем, и среди них есть церберы Дэвиса.

Услышав сигналы таймера, Черок неохотно поднялся и пошел к диспетчерской башне уточнять детали старта. А через несколько минут тонко зазвенели автоматы, задраивая входные люки корабля. Мезолетчики разбежались по отсекам и палубам. Черок прошагал в рубку. Там уже был штурман Альвар, внимательно смотревший на обзорный экран. Черок сел в кресло пилота, взял кристаллофон и продиктовал роботу-летописцу: «Стартовал с Ио в шестнадцать ноль-ноль. На борту тридцать восемь человек». Альвар слишком угодливо, как показалось Чероку, подал ему микрофон селектора. «Может, и он агент Гринвуда? Дьявол их разберет, маскируются отлично», - подумал Черок. У Альвара было невыразительное лицо и острые, колючие глаза.