Джон Ринго - Когда дьявол пляшет

В качестве альтернативы можно было подойти ближе к Токоа и переправиться там. Тут проблема заключалась в том, что самый опасный момент рейда будет иметь место практически у самой цели. Радиус посадочной зоны сферы составлял почти десять миль. Вполне можно ожидать обнаружить посадочные модули вплоть до Токоа, хотя телеметрия и указывала на необычную плотность этой высадки. В любом случае переправа ниже по течению будет гораздо опаснее. Если во время переправы что-то пойдет не так, вполне может оказаться, что им на хвост сядут до четырех миллионов послинов. И хотя Джейк питал самые теплые чувства к тупости послинов, он также трезво оценивал их быстроту и упорство. Если силы целой сферы возжелают схарчить его группу, деваться будет некуда.

Это оставляло только один выход.

— Мост восстановлен, — прошептал он.

— Да, — сказал Мюллер. — И что ты хочешь этим сказать?

Они с Мюллером были вместе уже долгое время. Вместе с сержант-майором Эрсином они единственные выжили в первом, катастрофическом для людей столкновении с послинами на Барвоне, когда отборную группу лучших людей, которых только могло предложить Командование Специальными Операциями США, послали собрать информацию об этой ошеломляющей и невероятной инопланетной угрозе.

Все шло относительно неплохо, пока маленькой группе не приказали похитить несколько живых послинов для исследований. Тогда-то группа и узнала, дорого заплатив за знания, об эффективности сенсоров бого-королей и о том, насколько стремительно «тупые» послины могут реагировать на непосредственную и понятную им угрозу. Он выполнил задачу, заплатив жизнями шести легенд из сообщества сил Специальных Операций. И с тех пор он больше никогда не позволял себе недооценивать послинов.

Но имелась разница между недооценкой и необходимым риском.

— Я не вижу выбора, — указал Мосович. — И движение невелико. Что мы видели? Одну группу, перешедшую его за последние несколько часов? Мы подберемся к месту почти вплотную, удостоверимся, что гадов рядом нет, затем прокрадемся на другую сторону. Что тут трудного?

— Не быть убитым, вот что тут трудного, — вмешался Николс. — Что случится, если поблизости появится бого-король? Гарантирую, что если мы будем при этом на мосту, их сенсоры завизжат, даже если нас и не засекут часовые на дамбе!

— Какие часовые? — сказал Мосович. — Послины не выставляют часовых. Никогда.

— Они также никогда не высылают патрули, — заметил Мюллер. — А там происходит нечто чертовски на это похожее. Сколько мы видели этих чертовых групп, просто шатающихся кругом? Обычно они или что-то строят, или собирают, или работают. А эти ведут себя как… солдаты.

— Ты нервничаешь? — серьезно спросил Мосович. Мюллер воевал с послинами столь же долго, как и сержант-майор; к его предчувствиям стоило прислушаться.

— Да, — ответил Мюллер. — Что-то тут не так. Зачем сфере приземляться здесь, у черта на куличках? Почему все эти парни занимаются тем, что очень напоминает патрулирование? И кстати, сколько раз ты видел, чтобы хоть одна плотина вырабатывала ток?

— И тогда мы здесь именно поэтому, — негромко добавила Сестра Мэри.

Большую часть информации о послинах люди добывали из трех источников: разбросанной по лесам сети сенсоров, разбросанных по поверхности луны мощных телескопов и от специально разбрасываемых мобильных «ботов» с коротким сроком службы, которых можно было выстреливать из артиллерийских орудий.

С момента приземления этой последней сферы все сенсоры в пределах видимости Кларксвилля были систематично уничтожены, каждый посланный комплект ботов был локализован и разрушен, и послины скрыли за дымовой завесой большую часть территории, на которой обосновались.

Это свидетельствовало о чем-то весьма необычном. А теперь, похоже, они еще и активно патрулировали.

— Нам необходимо проникнуть в этот район, — указал Джейк. — И чтобы туда добраться, нам необходимо перейти реку.

— В следующий раз мы потащим на горбу акваланги, — пробурчал Мюллер. — А потом переплывем озеро.

— Я не умею пользоваться аквалангом, — прошептала Сестра Мэри.

— Я не умею плавать, — признался Николс.

— Детишки, — проворчал Мюллер. — Мы пошли в тыл врага с детьми. Вас что, ничему не учили в Рекондо?

— Конечно, учили, — сказал Николс. — Как выполнять прыжки толчком. Думаю, я применял их не меньше, чем ты тренировался с аквалангом.

— Этой ночью, — сказал Мосович, — выдвигаемся в два чертовых часа пополуночи. В обычном строю. Если вступим в контакт, действуйте согласно установленному порядку, собираемся здесь. Сестра Мэри, свяжись с артиллерией и позаботься, чтобы они не спали во время нашей переправы.

— Понятно.

— А пока отдыхайте. Нам предстоит беспокойная ночь.

— У тебя выдался беспокойный день, эсон’сора.

Чолоста’ан опустил гребень и неуклюже мотнул головой старшему кессентаю, испытывая неловкость из-за непривычного термина. Как и многих других, его выискали в Дэйта-Нет прислужники необычного господина сил этой сферы, но он был незнаком большинству послинов. В нем слышались отголоски генетического родства, как у отца и сына, или среди детенышей из одного помета. Однако они были всего лишь обертонами; термин относился не к отцу или господину, но сочетал в себе обоих. Уточнение степени отношений, однако, все еще продолжалось.

— Он был… интересным.

Вечный дым главного лагеря щипал ему глаза, но теперь он по крайней мере понимал его причину. Люди тоже имели карты и средства смотреть с неба. Большинство из них было автоматически уничтожено. Снаряжение Аллдената атаковало казавшиеся безвредными цели явно по этой причине. Но существовали и другие способы; были перехвачены сообщения с орбитального небесного тела. У людей даже там имелись глаза.

Оростан задумчиво теребил свою сбрую и автоматически двигал взад-вперед свое командное блюдце. Постоянное перемещение тенара вошло в привычку у наиболее сообразительных бого-королей. На этом погруженном во мрак шаре менее умные долго не жили.

— Ты теперь разбираешься в картах?

Юный кессентай оглядел целеустремленную активность лагеря и похлопал гребнем.

— Полагаю, что да. Они напоминают планы строительной площадки. Как только я увидел связь между ними, стало гораздо легче, но было довольно мудрено принимать их плоскими, а не выпуклыми. А потом, учеба — это одно, а навык приходит с опытом.

Он появился на свет с многочисленными врожденными навыками, в первую очередь с боевыми, но также и с большим набором мирных навыков, начиная с того, как построить экструдер полимеров, и заканчивая умением соорудить пирамиду только из пластин стали длиной всего в один фут. Однако приобретать новые навыки было тяжелее, для этого требовались и время, и материалы, чтобы снова и снова повторять процесс. Чтобы добиться чтения карты на уровне «навыка», понадобится некоторое время.