Людмила Фатеева - Знай свое место

- Привет, - ничего другого на язык не подвернулось.

- Привет.

- Я к тебе, - а что я еще могла сказать?

- Проходи.

Ничего более простого и вообразить нельзя было. После этого незатейливого диалога я оказалась в малюсенькой прихожей. Сам хозяин молча развернулся и пошел в единственную комнату. Я немного задержалась перед зеркалом и мышкой поспешила за ним.

Он уже сидел в углу возле окна, игнорируя стулья, прямо на полу, и теребил струны видавшей виды гитары. В комнате было чистенько и по-спартански голо. Только самое необходимое. Стол, два стула, большая кровать. Зато на столе стоял самый настоящий компьютер, которым я давно мечтала научиться пользоваться. А над ним, совершенно не вписываясь в местную атмосферу, висели две картины. Забавные такие. Но почему-то очерченные по контуру рамок белыми квадратами. Магия? Надо будет спросить потом. А порядок был исключительный сразу было видно, что у каждой вещи тут свое постоянное место.

Молчание затянулось. Хозяин присутствовал здесь только физически. Он уставился куда-то сквозь меня и что-то то ли тихо напевал, то ли высчитывал, отстукивая двумя пальцами затейливый ритм по деке гитары. То ли уже забыл, что в квартире есть кто-то кроме него, то ли спит с открытыми глазами и во сне видит музыку, считая меня деталью сна. Я начала смущаться. Присела на краешек стула и робко кашлянула. Никакого эффекта это не произвело. А между тем, жутко хотелось в туалет. Не решившись нарушить нирвану гостеприимного хозяина, я тихонечко вышла обратно в прихожую и нашла туалет, весьма кстати совмещенный с ванной. С каким наслаждением я умывалась нормальной водой из-под нормального крана! Махнув рукой на условности и приличия, я разделась и залезла под душ. Неимоверное блаженство разлилось по телу. Постеснявшись взять мочалку, я яростно оттирала руками трехдневную грязь. Осмелев от чудного обряда мытья, я решила замочить одежду, лелея мысль, что голую-то он меня точно никуда не выгонит. Когда мои тряпки утонули под водой, стыдливо прикрывшись воздушной пеной порошка, я завернулась в большое махровое полотенце и вышла. Мой рюкзачок также сиротливо стоял в прихожей, прислонившись к стене. Подхватив сироту, я нашла крем и освежила исстрадавшуюся кожу.

Когда я вошла в комнату, в хозяйском полотенце, с мокрой головой и рюкзачком, меня, наконец, заметили. И снова по его лицу пробежало удивление, секундная оторопь. Это меня порадовало: хоть что-то могу прочитать по лицу. Значит, опасность я бы заметила.

- В шкафу есть чистые полотенца, э...

- Ирина, - живо откликнулась я. - Можно у тебя пару дней перекантоваться?

Он пожал плечами.

- Если шуметь не будешь.

- Не буду, - заверила я, - думай, что я мышь, немая глухая и почти невидимая. Но умеющая мыть, стирать, убирать и готовить. В общем, мышь на все руки. А теперь скажи, где мышь может взять продукты и что-нибудь приготовить закоренелому холостяку?

Хозяин пробежался взглядом по своему жилищу:

- Да уж, только холостяк может так жить, тут семи пядей во лбу не надо, чтобы догадаться. - И засмеялся. - А мышь - это классно. Мне всегда нравились эти смышленые серохвостики. А уж их старшие братья - крысы - совсем умницы. Только, видишь ли, мыши не придется готовить. Я бы с удовольствием воспользовался твоим предложением, но, увы, у меня черные дни. Пусто в моей кормушке. Холодильник в полной отключке, молчит третий день обиженный.

Я даже обрадовалась этому печальному обстоятельству.

- А если в магазин сходить?

- Сходить можно, только без денег вряд ли дадут.

- Деньги, есть, - радостно тряхнула рюкзачком. - Может, сходишь?

Я достала запечатанную пачку родной валюты. Хозяин взглянул на меня с любопытством, но без какой-либо корысти.

- Где же обитают такие богатые мышки?

- На чердаках Бомжляндии, - вздохнула я. - Ну, так как?

- Да как-то неловко получается, - отразилось явно не показное сомнение на лице хозяина.

- Долой условности. Твоя жилплощадь, мои деньги. Должна же я платить за койку и уют санузла? Идет? И не стесняйся, бери все самое вкусное, невзирая на цены. И мясо, мясо.., много мяса, разное!.. - Я захлебнулась слюной и не смогла дальше продолжать, только развела руки как могла широко - мол, вот столько мяса.

Пока хозяин ходил за продуктами я, осмелев, нашла в шкафу длинную майку и освободилась от полотенца. А через полчаса мы уже сидели за столом и уплетали за обе щеки. Мы оба могли бы участвовать в чемпионате по обжорству - так лихо мы уминали. Прошло немало времени, прежде чем я немного затормозила и заметила, что мой визави не съел ничего мясного, хотя на столе благоухала буженина, истекала слезой свежести изумительная ветчина, радовали глаз карбонат и прочие мясные изыски.

- Ты что, вегетарианец? - осведомилась я.

- Угу, уже давно. Не пью и не курю к тому же.

- Крылышки не растут?

Он только усмехнулся уголком рта. И тут я вспомнила, что так и не знаю его имени.

- Ты, кстати, не представился? Или я забыла?

Тут он поперхнулся.

- Так мы не знакомы?! А я-то думал, что у меня склероз начинается, людей узнавать перестал. Совсем не помню твоего лица. Вернее, не могу сообразить, кого напоминаешь. Народу-то много всякого бывает. А каким же ветром тебя занесло ко мне?

- Мне рассказал про тебя один знакомый. Что ты написал замечательную песню, - тщательно подбирая слова, заговорила я, - весьма близкую ему по духу. Что-то про летучих мышей. Сказал, что у тебя тут запросто - заходи, кто хочешь, сиди, сколько хочешь - и интересно, лишь бы только не шуметь и не мешать, когда ты занимаешься музыкой. Ну, я и пришла.

Хозяин обсасывал листик салата.

- Действительно интересно. Я эту песню никому еще не показывал.

Разговор выруливал на скользкую дорожку.

- Ну, не знаю, - замялась я. - И все-таки, как к тебе обращаться?

- Меня Шурой зовут. А что запросто, так это да. А тебе жить негде?

- Угу, - пробубнила с набитым ртом. - Я должна предупредить заранее, проглотила я огромный кусок ветчины, - я сбежала. Меня ищут. Не хотелось бы, чтобы нашли. Если хочешь, я сейчас уйду. Только доем вот этот кусочек, и еще тот, и вон тот...

- Да ладно, - махнул рукой Шура. - Кто здесь только ни жил. Надеюсь, ты не родственница Джеку-потрошителю? Брать у меня нечего, на убийцу ты не похожа.

Тут уже чуть не поперхнулась я, совсем психика расшаталась. Покосилась на запыленный телевизор - видно, его давно не включали. Городских газет по этому адресу тоже явно не выписывали. Это меня вполне устраивало. Я торопливо засунула в рот шматок копченого мяса и неопределенно замотала головой. Пусть понимает, как хочет.

- Главное, не мешай. Я работаю, в основном по ночам. Так что, придется подстраиваться, - продолжал Шура. - И терпеть мои музыкальные художества. Иногда бывают гости. Не часто, но много и шумно. Насчет спать - можно вытащить раскладушку (только не знаю, цела она?). А можно и вместе на кровати. Но гарантировать, что в последнем варианте останусь равнодушным не могу - крылья еще не выросли, - ехидно закончил он.