Андрей Бельтюков - Обратный отсчет

— А что случилось? — Полицейский колебался. Он не привык, чтобы перед ним рассыпались в благодарностях.

— Не знаю, — ответил Сервера. — Что-то с мотором. Я плохо в этом разбираюсь.

— Можно сделать письменное заявление, — задумчиво сказал патрульный, — а можно и перечислить некоторую сумму на счет полицейского управления. В любом случае это не помешает.

— Точно. Я так и сделаю. Вот только парень не назвал себя.

В глазах полицейского снова промелькнул огонек подозрительности.

— А зачем имя? Можно просто написать — в такое-то время, в таком-то месте… Разберутся.

Сервера хлопнул его по плечу:

— Верно, малыш! Пожалуй, я напишу заявление.

И он направился к зданию. Полицейский криво ухмыльнулся, глядя ему вслед.

— Эй! А может, полиция заслужила не только слова благодарности?

Сервера обернулся.

— Конечно, — охотно согласился он. — Когда выяснится имя, я перешлю ему сотню.

И Сервера помахал в воздухе голубой бумажкой.

Полицейский облизнулся. Он знал всех четверых патрульных, работавших на обводном шоссе. Они были его приятелями. Если он поможет направить по адресу голубую купюру, выпивка ему гарантирована.

— А как он выглядел?

Сервера объяснил.

— Это Берг) Можете не сомневаться, — с уверенностью заключил полицейский, переходя на «вы». — Эрни Берг. Я хорошо его знаю. Чудесный парень.

Зайдя в телефонную будку, Сервера без труда обнаружил адрес Берга в справочнике. Он жил далеко, в престижном районе Пяти Арок. Удивительно, что простой полицейский поселился в столь фешенебельном месте. Но, может, штуки, подобные сегодняшней, он выкидывает не впервой?

Двухэтажный дом, в котором поселился Эрни Берг, скрывался за увитой плющом черной чугунной решеткой. После непродолжительной беседы с привратником, расположения которого Сервера добился всего за пятерку, выяснилось, что в доме четыре квартиры, две из которых на нижнем этаже занимает адвокатская контора, а на втором живут вдова известного драматурга и семья полицейского.

— Господин служит в полиции, — пояснил привратник. — Приятный человек. Только, бывает, шумный. А так — очень приятный. И жена у него очаровательная, а малышка — прелесть.

К дому Берга Сервера вернулся, когда стемнело. Он легко перебрался через ограду и спрыгнул на мягкий газон. Его никто не видел.

В вестибюле на банкетке отдыхал знакомый ему привратник. Сервера не стал его будить. Он поднялся на второй этаж и остановился возле двери с бронзовой табличкой, извещавшей, что здесь и живет Берг собственной персоной.

Сервера позвонил.

Дверь ему открыл сам Эрни. Он был в желтой домашней куртке, спортивных брюках с лампасами и остолбенело глядел на гостя, Берг сразу же узнал его.

Сервера распахнул плащ, и в грудь хозяину уставился короткий ствол «скорпиона».

— Тихо, — сказал Сервера, — пошли.

Они миновали прихожую и очутились в просторной, ярко освещенной гостиной. Из нее вели две двери — одна на балкон, другая в небольшую спальню. Дверь в спальню была приоткрыта, и Сервера увидел детскую кроватку со спящим ребенком. Слабый свет ночника скрадывал очертания. Сервера подумал, что ребенку около пяти, но он мог и ошибаться.

Миниатюрная брюнетка застыла в низком кресле перед телевизором. Она посмотрела на гостя и встревоженно обернулась к мужу:

— Эрни! Что происходит?

Берг ничего не ответил и только быстро облизал губы. Набычившись, он стоял посреди комнаты, и весь облик его говорил о непосильной умственной работе.

Сервера посмотрел на брюнетку:

— Уверяю, ничего существенного. Просто мне требуется компаньон, мадам. Я надумал открыть мастерскую по ремонту автопокрышек, а вашего мужа рекомендовали как лучшего специалиста по этой части.

— Что он говорит, Эрни? Какая мастерская? Какие покрышки? Зачем этот человек…

В этот момент Берг, очевидно, принял какое-то решение. Он слегка шевельнулся, поворачиваясь к письменному столу.

Сервера, не спускавший с него глаз, тут же ударил полицейского стволом под ребра. Массивная туша Берга оказалась мягкой, словно жевательная резина.

Эрни сказал «Ух!» и повалился на ковер, левой рукой ухватившись за бок, растопыренной пятерней закрывая глаза. Он потерял способность двигаться, но находился в сознании. Сервера сосредоточенно двинул ему носком ботинка в шею, и мир на некоторое время угас для Берга.

Сервера выпрямился и посмотрел на его жену.

— Знаешь, детка, я передумал, — задумчиво проговорил он. — Я, наверное, не стану заниматься покрышками.

Женщина в ужасе глядела на его растянувшийся безгубый жабий рот.

Когда Берг вновь обрел способность чувствовать, он увидел свою жену, обнаженную, сидящую верхом на стуле. Ее руки были плотно примотаны к ляжкам. Сервера, ухмыляясь, глядел на Эрни.

— Как самочувствие? Отдохнул после трудового дня?

Берг со стоном пошевелился. Он смотрел то на жену, то на человека в белом плаще. В его взгляде была растерянность и ненависть одновременно.

— Ты не подумай, что между нами тут что-то такое было, — глумливо сказал Сервера. — Между нами все еще будет. Не могли же мы, в самом деле, тебя не дождаться!

— Нет, нет… — откинув голову, простонала женщина.

— Вот как? Ну, мне ничего не надо от дамы насильно. Разве… — Сервера замолчал и странно посмотрел на обоих.

Он достал из кармана стеклянный пузырек, взял его двумя пальцами и посмотрел на свет.

— Кислота, — с чувством проговорил он. — Кирпич прожигает.

Сервера прошел в детскую и поставил пузырек на полочку над головой ребенка.

— Держу пари — со второго выстрела разнесу эту склянку! На пистолете глушитель, и за соседей можно не беспокоиться. Не так ли, коллега?

Сервера подошел к жене Берга и в упор посмотрел на нее.

— Ты будешь меня любить, обязательно, — ласково произнес он. — Будешь. Так и столько, сколько я захочу.

У полицейского потемнело в глазах. Только бы дожить до утра. Только бы добраться до управления!

…Сервера склонился над ним. Он вспотел, его лицо раскраснелось.

— Мой компаньон, — проникновенно сказал Сервера, — ты заблуждаешься. На службе ты не появишься ни завтра, ни в ближайшие дни.

Он подошел к письменному столу, порылся в ящиках и выудил свой бумажник. Потом обернулся. Жена Берга рыдала.

Сервера вышел в прихожую. Он вернулся, держа в руке короткий сапог Берга. Один.

— Дай-ка я тебя переобую.

Берг принялся отбиваться, но Сервера пинком в живот его быстро успокоил.

— Ты славно выглядишь, — довольно вымолвил он, закончив. Потом он что-то быстро вытащил из кармана и сунул Эрни за голенище. У полицейского округлились глаза. Сервера нагнулся и с силой сжал сапог пальцами.