Сергей Палий - Чужой огонь

Ознакомительный фрагмент

Он обязательно должен победить. Непременно! Хотя бы ради двух этих пацанов, которые не шляются по подворотням, не втыкают себе в вены дротики шприцев, а верят в него. Верят в спорт! В человеческую волю! Ребята пока сами этого не понимают толком, но они уже вступили на путь борьбы. И совершенно не важно, что иногда чертята без спроса забираются в «яму»…

Дождик моросил, накрывая мокрой сетью серую громаду оперного театра, широкую грудь площади, полумрак скверов вдалеке, зубцы небоскребов Европейского квартала.

Алексей раскрыл зонтик и быстрым шагом пошел к трамвайным путям. Он специально решил не ловить такси, а постоять на остановке, с которой столько раз уезжал после тренировок. До вылета все равно оставалось еще три с лишним часа.

Дождь усиливался. К тому же поднялся ветер, порывы которого загромыхали листьями жести, наваленными возле решетчатого забора в сквере. Алексей огляделся по сторонам – пустынно. Ни одного человека на лавочках, ни одного собачника с ретивым питомцем… Правильно! Вон как погода распоясалась! Того гляди рейс задержат, и придется проходить все формальности впопыхах. Не хотелось бы.

Как назло тупо заболела травмированная рука… А вот это уже совсем плохо. Нужно будет к Борисычу обратиться – он хороший врач…

Свет! Грохот!

Молния и гром! Почти одновременно!

Кажется, разряд шарахнул в один из громоотводов на площади.

Алексей обернулся – ни души… Странно, сейчас практически час пик – неужели никто не спешит домой?

Он вышел на улицу, посреди которой стальными струнами тянулись трамвайные рельсы. Вдали исчезли красные огоньки машины.

Дождь припустил совсем бессовестно: косые струи хлестали по шее, ветер буквально вырвал зонтик из рук. Алексей двинулся в сторону остановки…

Очень, очень странно – на обычно шумной улице не было никого. Ни общественного транспорта, ни автомобилей, кроме единственного, скрывшегося в бесцветной пелене ливня, ни людей под навесом остановки.

Алексей остановился посреди перекрестка и огляделся по сторонам.

Никого.

Ерунда какая-то… В любую погоду, даже в такую скверную, кто-то куда-то просто обязан спешить. Ехать, идти, бежать, ползти, наконец!

– Авилинуа-куа…

Алексей резко развернулся и едва не выпустил зонтик из руки.

– Что… – сказал он. – Что за бред…

Быстро скользнул под железный навес и хмыкнул, стряхивая с волос капли воды:

– Ну и ну, уже голоса мерещатся…

Дождь захлестывал внутрь остановки, скамейка была вся мокрая. По мостовой уже текли грязные ручьи, готовые превратиться в настоящие реки.

– Авилинуа-куа… – повторился шепот. Словно сам ливень произнес эти удивительные слова.

Алексей вздрогнул. Выглянул из-под навеса и прищурился, чтобы дождь не застилал глаза. По асфальту неслись бурные потоки воды, уже переметнувшиеся через бордюр и заливающие тротуар.

Ни одной машины.

Ни трамвая.

Ни человека.

Лишь вода кругом…

– Авилинуа-куа…

Алексей почувствовал, как заколотилось сердце. Что же происходит вокруг? Почему все исчезли? Быть может – галлюцинации? Да нет – с чего бы…

– Авилинуа-куа… – Шепот, казалось, исходил из косых струй, летящих с неба.

– Эгей! – крикнул Алексей, отгоняя волну страха. – Кто-нибудь здесь есть?

Вдруг его посетила мысль настолько простая, что Алексей даже удивился, почему не подумал об этом раньше. Сунув подрагивающую руку во внутренний карман пиджака, он достал мобильник и открыл его…

Это невозможно.

На дисплее было написано: «Только 112». Да что ж такое! Здесь всегда отлично ловило! Может, молния в вышку попала…

В этот же миг марево дождя осветилось вспышкой, и гром шарахнул так, что заложило правое ухо.

Словно кто-то прочел его сумбурные мысли, уловил волну страха…

Алексей лихорадочно набрал на мобильнике номер экстренного вызова, который должен был сработать в любом месте, потому что сигнал шел напрямую через спутник.

Тишина.

Шум дождя…

– Авилинуа-куа…

Возле сердца словно лопнул какой-то невидимый предохранитель, и Алексей сорвался на хрип:

– Это уже не смешно! Что происходит?!

– Авилинуа-куа…

Шепот сводил с ума. Эти жуткие звуки проникали в самые далекие уголки души, рвали на части мышцы, вызывали спазмы голосовых связок, лишая голоса…

– Не надо… – едва успел просипеть Алексей, прежде чем стена ливня надвинулась на него, сминая железные опоры остановки, вышибая ее толстые стекла, продавливая крышу.

Он больше не мог устоять на ногах в мощных потоках воды.

– Авилинуа-куа…

Глава вторая

Хитрый, как енот в пору течки, и ловкий, словно голодная жирафа, Юра совершил быстрый налет на холодильник, при этом пользуясь исключительно коленно-локтевой позицией.

Там его ждало разочарование.

Пива не было.

– О-о… – тихо застонал он, пытаясь приподняться и заглянуть в верхние отсеки.

– Хватит пить, – обронил Долгов, наблюдая за дергаными движениями человеческого тела. – Я все спиртное ночью вылил в унитаз.

– О-о-о-о… – жалобно взвыл Юра, кренясь на левый борт. – Я ж просил…

– Если ты хочешь, чтобы я тебя провел в гостевой сектор, – больше ни капли алкоголя. И сожри чего-нибудь. – Долгов встал со стула, пересек кухню и отворил створку стеклопакета. Фыркнул: – Несет, как от бомжа.

Юра изобразил страдальческую мину и вскинул на приятеля мутный, просящий спирта взгляд.

– В конце концов! Такая знаменательная веха в истории России не должна начинаться с пьянки, – отрезал Долгов, отвечая на немой вопрос. Подумал и добавил: – Хотя бы… начинаться.

– Почему это?

– Ты фантастику иногда читаешь?

– О-о-о… – привычно заныл Юра, пытаясь держать приемлемый клиренс.

– У современных авторов просто какая-то патология. Будто сговорились – сюжет каждой второй книги у них стартует с момента описания глобальной попойки или дичайшего похмелья персонажа. В натреалистических деталях, между прочим.

Юра сделал губки бантиком, бровки домиком и осуждающе посмотрел на Долгова. Пролепетал:

– Я не персонаж.

– Ага, ты – герой. Давай-ка принимай вертикальное положение, герой, и приводи себя в порядок…

Сегодняшний день обещал быть одним из самых насыщенных в жизни не только двух приятелей, но и всей страны.

День открытия XXX летних Олимпийских игр.

В Москве…

Семь лет назад комиссия Международного олимпийского комитета объявила, что Олимпиада-2012 будет проводиться в российской столице.

Столь неожиданное решение повергло в глубокий шок Штаты и в капитальное недоумение Францию с Испанией. А заодно и всех тех, кто с вероятностью в 95 процентов прогнозировал, что у Москвы в ближайшие полвека нет абсолютно никаких шансов на проведение мероприятия подобного уровня.