Филип Дик - Кланы Альфа-Луны

Набрав в легкие побольше воздуху, она прошла к невысокой кафедре, на которую ей показал Макри. Кафедра была оборудована микрофоном.

Макри произнес в микрофон.

— Дамы и господа, перед вами доктор Мэри Риттерсдорф, известный специалист в области психологии супружеских взаимоотношений из Приморского Округа, штат Калифорния, которая, как вам уже известно, добровольно согласилась участвовать в осуществлении данного проекта.

Тотчас же один из репортеров ленивым голосом спросил:

— Доктор Риттерсдорф, как называется этот проект? Проект «Лунатик», так что ли?

Остальные репортеры дружно рассмеялись.

Ответить на этот вопрос взялся Макри.

— «Операция пятьдесят минут» — вот рабочее название, которое мы ему присвоили.

— Что вы собираетесь делать с отловленными придурками, — спросил другой репортер. — Вы, что, просто засунете их под замок, что ли?

На этот раз к микрофону подошла Мэри.

— Сначала мы займемся исследованиями с целью уяснения ситуации. Нам уже известно, что те, кто первоначально были пациентами этого госпиталя, по крайней мере, некоторые из них, а также их потомство — живы. Мы претендуем на то, что знаем, насколько жизнеспособно общество, образованное ими. Я бы предположила, что оно вообще нежизнеспособно, не считая, конечно, минимума, необходимого для простого выживания. Мы попытаемся провести коррегирующую терапию в отношении тех, кому это поможет. Это прежде всего, разумеется, дети. Именно в их судьбе мы заинтересованы в наибольшей степени.

— Когда вы рассчитываете прибыть на Альфу-III-М2, доктор? — спросил кто-то из репортеров. Объективы видеокамер повернулись в сторону Мэри, сервоприводы зашелестели, как крылья далеких птиц.

— Как я полагаю, недели через две, — ответила Мэри.

— Вам за эту работу ничего не платят, доктор, это верно? — не унимался репортер.

— Не платят.

— Вы, значит, не сомневаетесь в том, что проект создан для общественного блага? Это в самом деле очень нужное дело?

— Видите ли, — нерешительно начала Мэри, — проект этот…

— Земля, значит, извлечет пользу из вмешательства в судьбу бывших пациентов госпиталя для душевнобольных? — елейным голосом спросил репортер.

Повернувшись к Макри, Мэри тихим голосом спросила:

— Что им сказать на это?

К микрофону подошел Макри.

— Этот вопрос не входит в сферу компетенции доктора Риттерсдорф. — Она квалифицированный психолог, а не политик и отказывается отвечать на этот вопрос.

Поднялся еще один высокий худой репортер и произнес, явно рисуясь перед остальными:

— А не приходило ли в голову руководству ТЕРПЛАНа просто оставить этот спутник в покое? Отнестись к возникшей на нем культуре точно также, как и следовало бы относиться к любой другой культуре, уважая ее ценности и обычаи?

— Мы, пока что, еще не располагаем достаточно полной информацией — несколько запинаясь, произнесла Мэри. — Возможно, когда мы разузнаем больше… — Здесь она осеклась, явно пребывая в нерешительности. — Но ведь это никакая не субкультура, — выпалила вдруг она, как будто ее прорвало. — У нее нет традиции. Это просто сообщество душевнобольных людей и их потомков, остававшееся в изоляции на протяжении двадцати пяти лет… Слишком большая честь для них называться культурой, сравнивая ее, например, с культурой аборигенов Ганимеда или ИО. Какие ценности могут появиться у случайно образовавшегося сообщества людей, страдающих разнообразными умственными расстройствами? И притом за такой короткий промежуток времени?

— Но вы же сами сказали, — промурлыкал репортер, — что вам пока ничего о них неизвестно. Известно лишь…

К микрофону снова подошел Макри и грубо перебил репортера.

— Если у них в самом деле возникла хоть какая-то стабильная, жизнеспособная культура, мы, конечно, оставим их в покое. Но решающий голос все равно остается за экспертами. Такими, как например, доктор Риттерсдорф, а не за вами, или мной, или американской общественностью. Если уж говорить начистоту, то мы чувствуем, что нет ничего более потенциально взрывоопасного, чем общество, где доминируют психопаты, где параноики устанавливают ценности, а маниаки контролируют средства информации. Из этого может получиться такое, что никогда не взбредет в голову ни одному нормальному человеку — например, новый фанатичный религиозный культ или параноидальная разрушительность маниакального свойства. Одни эти, пусть хоть и потенциальные возможности, оправдывают наши исследования на Альфе-III-М2. Данный проект своей основной целью считает защиту наших собственных жизней, духовных и нравственных ценностей.

Репортеры гомеоагентств попритихли, до их сознания, очевидно, все-nаки дошел смысл сказанного Макри. Под каждым его словом с готовностью подписалась бы и сама Мэри.

Позже, когда она и Макри вышли из зала для представителей прессы, Мэри произнесла:

— Именно это и является подлинной причиной возникновения данного проекта?

— Вы имеете в виду, — сердито сверкнув глазами в ее сторону, сказал Макри, — что мы отправляемся на Альфу-III-М2 только из-за того, что опасаемся последствий социального развития анклава, населенного умственно больными людьми, потому что ненормальное общество, как таковое, вызывает у нас особую тревогу? Как я полагаю, вполне достаточно любой из этих причин, и особенно для вас.

— Значит, мне не положено даже спрашивать о подобных вещах? — Она с нескрываемым удивлением посмотрела на этого молодого, прилизанного чиновника из ТЕРПЛАНа. — От меня требуется только…

— От вас требуется проявить профессиональные способности в терапевтических целях, и не более того. Я ведь не указываю вам, как надо лечить больных. Почему же вы должны говорить мне, как справляться с политической ситуацией? — Он окинул ее холодным взглядом. — Тем не менее, я раскрою вам еще одну цель проекта «Операция пятьдесят минут», о которой вы, возможно, даже и не догадываетесь. Весьма возможно, что за двадцать пять лет общество, состоящее из душевнобольных, могло породить такие технологические идеи, которыми не грех воспользоваться и нам самим. В особенности, такое можно ожидать от страдающих маниакальными психозами, наиболее активной категории лиц с умственными расстройствами. — Он нажал на кнопку вызова лифта. — Я имею в виду их изобретательность. Что, кстати, весьма характерно и для параноиков.

— Не это ли является той причиной, — тут же язвительно заметила Мэри, — по которой Земля никого не посылала туда раньше? Вы хотели проверить, какие идеи могут у них появиться?