Ларри Нивен - Мир-Кольцо

Ознакомительный фрагмент

Кукольник спрятал обе головы между передними ногами и свернулся в клубок.

– Ну, ладно, вылезай. – Луис погладил кукольника по обоим затылкам. Несс задрожал. Его кожа была мягкой, как бархат, и очень приятной на ощупь.

– Вылезай, говорю. Ничего с тобой не случится. Я еще могу обеспечить безопасность своим гостям.

– Это было безумие! Безумие! – заплакал кукольник, откуда-то из-под своего живота. – Неужели я действительно оскорбил четырех кзинов?

– Ну, выходи, выходи. Ничего тебе не грозит! Вот видишь?

Плоская голова выскользнула из укрытия и тревожно посмотрела по сторонам.

Бояться нечего.

– Четырех кзинов? А не трех?

– Действительно, я ошибся. Их было только три.

– Прости меня, – появилась и вторая голова. – Период паники прошел. Я в депрессивной фазе цикла.

– Ты можешь с этим как-то справляться? – Луис представил себе невеселые последствия, если в критический момент окажется, что кукольник находится не в той фазе.

– Я могу ждать, пока это не пройдет. Могу спрятаться, если это возможно. Могу постараться, чтобы это не влияло на мою оценку ситуации.

– Бедный Несс. Ты уверен, что не узнал ничего нового?

– А разве того, что я знаю, не достаточно, чтобы испугать любое разумное существо? – Кукольник неуверенно поднялся на ноги. – Откуда здесь взялась Тила Браун? Я думал, ее уже давно нет здесь.

– Она останется со мной, пока ты комплектуешь экипаж.

– Зачем?

Луис и сам задумывался над этим.

Это имело мало общего с Паулой Черенков. С тех пор Луис слишком изменился. Кроме того, он не имел обыкновения подбирать себе женщин, похожих друг на друга.

Это правда, что спальни были предназначены для двоих, а не для одного… но ведь на приеме были и другие девушки. Правда, не такие красивые, как Тила. Неужели старый мудрый Луис попался на одну красоту?

В этих неглубоких серебряных глазах было что-то большее, чем просто красота. Что-то гораздо более сложное.

– Чтобы не совершить акта чужеложества, – сказал Луис Ву. Он помнил, что говорит с чужаком, который не в состоянии понять подобные сложные, исключительно человеческие проблемы. Только теперь он заметил, что кукольник еще дрожит всем телом. – Пойдем в кабинет, – добавил он. – Он под землей, и можно не бояться метеоритов.

Когда кукольник ушел, Луис отправился искать Тилу. Он нашел ее в библиотеке, она сидела перед читником и меняла страницы в темпе, головокружительном даже для владеющих искусством быстрого чтения.

– Привет, – сказала она. – Как чувствует себя наш двухголовый друг?

– Испуган до потери сознания. А я страшно устал. Нелегко давать психиатрические советы кукольнику Пирсона.

Тила явно повеселела.

– Расскажи мне о сексуальной жизни кукольников! – попросила она.

– Я знаю только, что у Несса нет разрешения на потомство, и это здорово мучает его. Можно подумать, что отсутствие такого разрешения – единственная помеха. Ничего больше мне не удалось у него узнать. Мне очень жаль.

– В таком случае, о чем вы разговаривали?

Луис махнул рукой.

– Триста лет страха – столько времени Несс находится в нашей части Космоса. Он почти не помнит планету кукольников. Мне кажется, за эти триста лет он ни на секунду не переставал бояться.

Луис тяжело опустился в массирующее кресло. Попытки понять совершенно чужие проблемы утомили его и исчерпали все резервы воображения.

– А что делала ты? Что ты читаешь?

– О взрыве ядра Галактики, – ответила Тила, указывая на экран читника.

На нем виднелись звезды, мириады звезд, сгруппированных в облака, полосы и туманности. Их было так много, что нигде не было видно черноты космоса.

Именно так выглядело ядро Галактики диаметром в пять тысяч световых лет, шаровое скопление звезд на самой оси галактического водоворота. Туда добралось только одно живое существо двести лет назад на борту экспериментального корабля кукольников. Звезды были красные, голубые и зеленые, самые крупные и яркие – красные. В самом центре снимка было ослепительно белое пятно: на нем можно было различить области тени и блеска, но даже эти тени светили во много раз ярче, чем самые яркие из окружающих их звезд.

– Именно для этого вам нужен корабль кукольников, правда?

– Да.

– Как это случилось?

– Звезды находятся слишком близко друг к другу, – ответил Луис. – В среднем в половине светового года. Чем ближе к центру, тем плотнее. В ядре они уже так близко, что греют друг друга, а разогретые – ярче светят и быстрее стареют. Десять тысяч лет назад все звезды ядра оказались на грани превращения в Новые, и одна из них взорвалась. Выделилось огромное количество тепла и излучения, окружающие звезды все это поглотили, и некоторые из них взорвались. Скажем, три. Выделившееся тепло разогрело следующие, и началась цепная реакция, которую уже ничто не могло остановить. Это белое пятно – Сверхновая. Если хочешь, немного дальше можно найти описывающую все это математику.

– Нет, спасибо. – Как он и ожидал, она отказалась.

– Теперь уже, наверное, все кончилось?

– Да. Свет, запечатленный на снимке, очень стар, хотя не не добрался до этой части галактики. Цепная реакция должна была закончиться около десяти тысяч лет назад.

– Так в чем же дело?

– В излучении. Быстрые частицы, любые, какие хочешь.

Расслабляющий массаж постепенно начинал действовать. Луис втиснулся поглубже в бесформенную глыбу кресла: – Известный Космос – это маленький шарик, полный звезд, удаленный от оси Галактики на тридцать три тысячи световых лет. Реакция началась более десяти тысяч лет назад, а это значит, что волна дойдет до нас примерно через двадцать тысяч лет. Верно?

– Да.

– А волна эта не что иное, как всевозможные виды излучения.

– Ох…

– Через двадцать тысяч лет нам придется эвакуировать каждую планету, о которой ты когда-нибудь слышала, а может, и еще больше.

– Двадцать тысяч лет – это прорва времени. Если бы мы начали уже сейчас, то наверняка справились бы, даже с теми кораблями, которые имеем.

– Ты не хочешь думать. При скорости в один световой год за три дня первые наши корабли добрались бы до Магеллановых Облаков не раньше, чем через шестьсот лет.

– Они могли бы останавливаться, чтобы пополнить запасы воздуха и провизии…

– Не знаю, удалось бы кого-нибудь на это подбить или нет, – рассмеялся Луис. – Знаешь, как это будет выглядеть? Паника начнется, когда люди собственными глазами увидят первые признаки взрыва. И тогда у них останется не более ста лет.

Кукольники хорошо придумали. Они отправили разведчика у ядру Галактики, устроив вокруг этого большой шум – им требовались средства на дальнейшие исследования. Разведчик прислал снимки, вроде того, который ты видела. Прежде, чем он успел вернуться, кукольники уже смылись. Мы будем ждать и ждать, а когда наконец решим действовать – окажемся перед трудной-проблемой: транспортировать через всю Галактику много триллионов существ. Нам понадобятся самые большие и самые быстрые корабли, какие только существуют, причем в огромном количестве. Уже сейчас нам нужен новый привод, чтобы помаленьку совершенствовать его. Кроме того…