Сергей Калашников - Колонизатор

   Время шло. Витян менял компрессы и поил больную. Его барнот тарелками таскал в кусты все съедобное, что было у них с собой, и что удавалось поймать в реке. Во время его отлучек на рыбный промысел у Зои прибавлялось укусов, но хуже ей не становилось. Жар спадал. Бред прекратился. Решился даже сообщить родным о том, что дела пошли на поправку. Но, оказалось, неожиданности далеко не закончились.

   Он как раз мыл кабачки, собираясь пожарить их на прутьях, когда от места где лежала больная раздался вопль о помощи. На барнотском. Рванул пулей. Два ерсука боролись со здоровенной змеюкой. Один вцепился в хвост, второй пытался удерживать шею возле самой головы. Но средняя часть толщиной с мужскую руку сгибалась и распрямлялась, таская зверьков по всей поляне. Витян рухнул на гадину грудью, и, выхватив нож, замахнулся.

   - Нет!!! - Это слово по-барнотски от знал твердо.

   Замер.

   - Надо держать. - Ерсуки явно затеяли что-то, для чего эта тварь нужна им живой.

   Стянул с плеча ружье, выщелкнул патрон. Отцепив ремень от антабок, привязал цевье к самому толстому участку змеиного тела. Потом ремешком компаса-часов пристегнул дульную часть ствола, а лямку из пояса штанов использовал в зоне приклада. По полметра змеиного тела с каждого конца оставалось свободно, но у зверьков теперь хватало сил осуществить свою затею.

   Один из них вылизал предплечье Зои, поднес змеиную голову, заставил пасть раскрыться, что-то надавил палочкой во рту. Струйка яда брызнула на кожу. Все. Процедура окончена. "Инструмент" надо отпустить. Чтобы выручить ремень, часы и лямку снова потребовались усилия троих. Человек держал змею за оба конца, один из ерсуков распутывал узлы и пряжки, а второй гневно выговаривал Витяну. Удалось понять: большой, глупый, и еще несколько слов нелестного звучания. Это как раз и оказался тот шок, после которого второй "целитель" перестал прятаться.

   Теперь от человека не скрывали, как заплевывают в рот больной травяную кашицу, как кусают ее за разные места, а потом втирают в ранки неведомые снадобья, также свежеразжованные. А на ловлю змеи для следующей "процедуры" его даже пригласили. Он запасся длинной палкой с рогулькой, так что обездвижил тварь через минуту после того, как обнаружил. Кстати, часть яда из плевка барнот снял палочкой с Зоиного предплечья и помазал им под сгибом локтя себе, своему коллеге и Витяну. Щипало. Через пару часов припухло, через полсуток прошло.

   Девушка очнулась на пятые сутки. Сразу попросила есть и натрескалась до того, что упала и уснула крепким здоровым сном. Убедившись, что она ровно дышит и больше не температурит, Витян доложил предкам, что все в порядке, что дочку он им не отдаст, пока та не окрепнет, перенес ее на катамаран и.... Его барнот тоже сидел на палубе и ждал отправления. Какие-то трубочки из коры, комочки, свернутые из листьев, грудки земли, обмотанные растительными волокнами. Парень времени даром не терял.

   Перенес свою лапушку в жилой шатер, уложил на койку. Спит, многострадальная. Пошел готовить ванну. Полкуба набирается аж за восемь часов. И обед надо сотворить. Теще сообщить, что доехали. Дел хватает.

   Чтобы вернуться к норме Зое потребовалось меньше недели. Витян кормил ее разной вкуснятинкой, купал в море, отмывал в теплой ванне, заставлял лежать в тени и лечил нарывы и воспаления от звериных укусов. Последствия лечения местными методами были у нее такие же, как и у него. Просто зарастало быстрее, и силы вернулись буквально за три дня.

   Потом девушка потребовала свидания с родителями. Усаживая ее в катамаран он с тревогой отметил, что рюкзак у нее собран по-походному. Вообще она все больше помалкивала, да расспрашивала подробности тех дней, что провела в беспамятстве.

   Лагерь бродяг они нашли в оговоренном месте. Зою тискали братья, поглаживал по головке отец, а с мамой они плакали, переговариваясь в сторонке. На ночь не остались. Любезная вдруг попрощалась с семьей, сказав, что торопится домой. Витяну это слово по душе прошлось, словно ангел в бархатных штанишках. Все-таки для женщины переход из положения дочери в жизнь своим домом проходит чуть иначе, чем для мужика. Ей нужны некие ритуалы, знаковые события. Ну, хотя бы благословение родительское получить прямым текстом.

   ***

   Ерсук к тому, что жить они теперь в этом месте будут втроем, отнесся скептически. Непонятно, отчего, но вид имел при этом уверенный. Мимика этих созданий не совпадает с человеческой, но Витян многие ужимки и гримасы успел расшифровать за время общения.

   Стряпала Зоя неважно. Быстро, питательно, но без разнообразия и кулинарных изысков. Стиральная машина, не автомат, а примитивный наклонный вращающийся барабан, тоже вызывала у нее отторжение. Ей было проще "отшлепать" постирушку в реке, чем связываться с загрузкой и разгрузкой. Особенно выводила ее из себя низкая производительность водопровода. Выяснилось, что за всю жизнь она прочитала только восемь книг, все по-русски. Учитывая, что среди них самыми интересными оказались "Приключения Незнайки и его друзей" и "Анна Каренина", а остальные - "Справочник по ихтиологии", "Определитель лекарственных растений", "Карманная энциклопедия грибника" и три варианта справочников по элементарной физике и математике, культурный уровень супруги Витяна озадачил неимоверно.

   Не будучи педагогом, он откровенно растерялся. Но потом сообразил, что пускать дело на самотек нельзя, принялся разыскивать в сетке и аккуратненько распечатывать на бумаге исторические повествования. "Борьба за огонь", "Пещерный лев", "Приключения доисторического мальчика", "Повесть о Манко смелом". Потом находил художественные книги, сюжеты которых разворачивались в периоды египетской и финикийской истории. Через три месяца, прочитав "Айвенго" и "Белый отряд" Зоя вдруг попросила вернуться к древнегреческому и римскому периодам истории. Сама разыскала учебники через сеть, штудировала описания раскопок Трои и хеттского государства, разбиралась со скифами, киммерийцами, сарматами. Вдруг заинтересовалась периодом Конкисты и великих географических открытий.

   А потом окунулась в литературу девятнадцатого века. Витян и сам не заметил, как жизнь у них наладилась. Физику и математику в объеме средней школы Зоя знала в объеме достаточном для среднего обывателя, поскольку содержимое справочников в свое время запомнила почти наизусть, а родители помогали ей разбираться в местах, неясных для обитателя первозданных просторов.

   Очень интересно было выслушивать Зоины рассказы об опасностях, подстерегавших бродяг в их странствиях. О крошечных, с палец толщиной смертельно ядовитых змейках, атакующих людей с веток в густых зарослях, о землероях, докапывающихся до провианта в сложенных на землю рюкзаках, в слюне которых была зараза, приводящая к сильному, часто смертельному расстройству пищеварения. О лягушках, с перепугу стреляющих струей едкой гадости прямо в глаз. Еще о вьюнках - плавунцах, забирающихся под кожу, бродящих по телу по кровеносным сосудам и выпивающих из человека жизнь.