Франсис Карсак - Наша родина — космос

— Уже восемнадцать часов, Тинкар, — озабоченно сказала Ореиа. — А поскольку я хочу пригласить тебя на ужин, нам пора идти. До свидания, все!

— До вечера, Орена? — переспросил китаец.

— Нет, не, сегодня.

Желтолицый помрачнел.

— А, понимаю. Ладно, ты свободный человек.

— Мы все свободны, Пеи!

Орена распахнула дверь и отстранилась:

— Входи, Тинкар!

Квартира была маленькой, но меблирована она была так, что землянину, привыкшему к аскетическим кабинам звездолетов Гвардии, показалось, будто он попал в шикарные апартаменты. На Земле только знати могли принадлежать такие драгоценные ткани, навощенный столик из настоящего дерева, книги в кожаных переплетах. Несколько светящихся картин прорезали стены, словно окна. Это были ландшафты разных планет. Тинкар замер перед одной из них — его взгляд тонул в бесконечной рыжей равнине, укрытой фиолетовым туманом, за которым угадывались холмы.

— Марс?

— Нет. Какая-то другая планета.

— Эти картины нарисовали вы?

— Я? Ну нет! — Орена энергично покачала головой.

— Вы купили их? Император отдал бы тысячи дилларов, чтобы обладать этими шедеврами! — Тинкар смотрел на полотна не отрываясь.

— Мало вероятно, что он когда-либо их увидит! Картины нарисовал Пеи, тот молодой человек, которого мы встретили на наблюдательном посту, — пояснила Орена.

— Да? Скажите, а почему он разозлился на меня, когда мы уходили? Потому что я планетянин?

Она улыбнулась.

— Ха-ха! Конечно, и из-за этого. Но в основном из-за того, что сегодня ты ужинаешь со мной вместо него.

— Только из-за этого? Вы очень странный народ!

Услышав эти слова, женщина расхохоталась.

— Ты считаешь? Я оставлю тебя на некоторое время, чтобы приготовить еду.

Оставшись один, Тинкар осмотрел книги, в основном по истории. Некоторые из них были на межзвездном, другие на неизвестных языках, а две, очень старые, на английском и французском. Он открыл их: «Краткая история завоевания космоса» Артура Кларка, изданная в Лондоне в 1976 году. Как такое было возможно? Шел лишь 1884 год Империи! Неужели этой книге исполнилось более двух тысяч лет? Значит, эта книга относилась к первой цивилизации, существовавшей еще до великих катаклизмов! Вторая называлась «Обзор колонизации Марса» Жана Вернакура — ее издали в 1995 году в Париже. Эта была чуть менее старой. Он перелистал их и решил попросить прочесть, если такое будет возможно. Его страшно удивило то, что задолго до появления Империи люди выходили в космос, хотя и не покидали пределов Солнечной системы.

— Готово, благородный гвардеец! — раздался позади него веселый голос.

Он обернулся и едва не выронил книгу. Орена сняла красную тунику, которая была на ней, и теперь ее окутывало длинное невесомое платье из тонкой сверкающей ткани, такой ему не доводилось видеть даже при императорском дворе.

— А вот и меню, — продолжила она, не обратив внимания на его смущение. — Жареный ламирс Сарнака, салат из ростков турмака с Альдебарана IV, гидропонные фрукты, вино с Телефора II.

Он рассмеялся.

— Ты меня вряд ли просветила. Я не знаю, что это за сказочные блюда!

— А! Ламир — маленькое животное, турмак — овощ. Что касается Телефора, то это древняя колония людей, возникшая еще до появления твоей Империи, — охотно объяснила Орена. — Надеюсь, ты оценишь их вино.

— Я ни разу в жизни не пил вина! Мы пьем воду, а в случае необходимости — спирт.

— Ну что ж, пришло время привыкать к вину. Иди.

Стол сверкал серебром и хрусталем. Тинкар уселся в кресло напротив молодой женщины.

— Хочу задать вам вопрос, быть может, глупый, безусловно грубый, но мне необходимо это сделать, чтобы понять вашу цивилизацию. Вы богаты, Орена? Вы принадлежите к высшему классу?

— Сколько раз можно повторять, что у нас нет деления на классы! — с легкой досадой откликнулась она. — Богата ли я? Не знаю, книги мои хорошо расходятся. А почему ты задаешь такой вопрос?

— Эти ткани, старинные книги, серебро, хрусталь…

— Бедный варвар! — не стесняясь, захохотала молодая женщина. — Да, мое платье довольно дорого стоит. А все остальное… Все остальное столь же доступно тебе при наличии карточки А. Серебряные вилки — потому что это красиво, хрустальные бокалы — потому что их сделать столь же просто, как и обычное стекло, а прекрасные ткани продаются нам по весу железа, его слишком мало у велинзи, которые занимаются ткачеством! В этом весь секрет торговли, Тинкар. Доставить товар туда, где он редок, из мест, где его приобретаешь по низкой цене. Что же касается картин, то, как я уже говорила, они подарены мне Пеи.

— Кто такой Пеи? — еще раз решил уточнить землянин.

— Инженер связи и художник.

— Один из твоих друзей?

— Если бы он им не был, он не подарил бы мне пять своих полотен! Обычно он их продает по пятьсот стелларов за штуку!

— Император заплатил бы в сто раз больше!

Он на мгновение представил себе, как возвращается на Землю с десятком таких картин. Их продажа позволила бы ему оплатить экзамены для вступления в класс знати. И тогда конец тяжкой доли солдата! Его будущим детям уже не пришлось бы опасаться строгости законов и несправедливости администраторов. Быть может, он сумел бы создать семью… Он тряхнул головой — увидит ли он вновь Землю?

— Ты не пьешь, Тинкар? Тебе не нравится вино Телефора? Гостеприимная хозяйка с удивлением смотрела на гостя.

— Нравится. Все чудесно, Орена, и все выглядит нереально. Утром я проснулся и решил, что буду пленником у своих спасителей и проведу остаток дней в мрачной стальной камере, не имея никаких надежд на освобождение. Вчера — только вчера! я падал в Пространстве, ожидая смерти. Четыре дня назад я получил из рук военного министра секретный приказ для флота! А сегодня вечером ужинаю с очень красивой женщиной, превратившись за одни сутки одновременно и в богатого человека, и в парию! Я свободен, но заблудился в дебрях чуждой цивилизации, которая, сам не знаю почему, терпит и кормит меня, словно я безвредный паразит! А та, которая угощает меня этим чудесным ужином, презирает планетян и получила от меня удар кулаком! Я не понимаю, что происходит. И все еще не могу поверить в свою безопасность. На Земле политическая полиция обожает жестокую игру — она сообщает пленнику, что тот свободен, а в момент, когда человек минует ворота концлагеря, казнит его выстрелом бластера в спину. Бывали случаи, когда по-настоящему освобожденные люди не решались выйти за ворота и стояли перед ними целыми сутками, пока голод и усталость не вынуждали их рискнуть! Неужели вы играете в подобную игру и со мной? Если да, то эта игра недостойна! Я — солдат, и, если мне положено умереть, я должен встретить смерть лицом к лицу!