Александр Богатырёв - Проект "Венера"

— Так же, как и в «Инциденте Текси». Ввиду отсутствия достаточного количества достоверной информации по социальным группам Поселений, они исходят из того, что эффективно в информационной войне между Домами и их коалициями.

— Ага… угу… и… выводы?

— Отсюда вырисовываются основные направления провокации: Первое — акцент на экзотах как носителях потенциальной угрозы Нового Апокалипсиса; Второе — акцент на возможность разработки Поселениями новых технологий, выходящих за границы, установленные Конвенцией; Третье — акцент на возможность сокрытия и экзотов, и технологий, а тем самым прямая угроза перехода всех Поселений на Путь Дьявола.

— Масштабно ребятки рулят! — хмыкнул Василий Иванович и, наклонившись над своим столом, спросил — А что нам по этому поводу скажет уважаемый Сингх?

— Это значит, нужен человек, смыслящий в психологии, журналистике, имеющий возможность мотаться по всему Венерианскому комплексу. Причём начиная со «Звёздочки», кончая атмосферными лабораториями и станциями. Кто у нас такой мобильностью там обладает? Или кого-то можете предложить из штатных социопсихологов? — Сингх, сказав это, вопросительно посмотрел сначала на начальника Службы Безопасности Корпорации, а после на Координатора.

— Есть такой человек, которого можно использовать. Причём использовать «в тёмную», — ответствовал полковник.

— Во даже как! — непонятно пошутил или занялся опять ёрничаньем Василий Иванович.

— И каковы его ТТХ? — также ядовито поинтересовался Василий Иванович. — И… и вообще происхождение его там? Кратко.

— Пилот «Дельты»… — поняв буквально вопрос с аббревиатурой ТТХ, ответствовал офицер. — Происхождение… Окончил Южно-Российский университет по факультету «Психология». Пять лет назад попал в катастрофу на авикаре. Получил тяжёлую черепно-мозговую травму. Травма потенциально-летальная. Излечен после получения разрешения у родственников на внедрение в разрушенные участки мозга биочипов-протезов. Операция была произведена за четыре месяца до Эдикта, в котором…

— Пропусти Эдикты… Знаю я их все… И эту «идиотизму» тоже, — брезгливо отмахнулся Координатор. Офицер кивнул и продолжил.

— Так как он был уже прооперирован и идеально соответствовал системам сопряжения электроники КК «Дельта», направлен на переподготовку и переобучение в нашу Космоакадемию.

— Нда! Печальная история! — философски отозвался Василий Иванович, поглаживая себе затылок и глядя в потолок.

— Продолжай… — махнул он рукой.

Офицер откашлялся и продолжил.

— Так как он проходил по Эдикту как человек, близкий по характеристикам к Изменённым Второй Катастрофы, то на Земле он оставаться не мог заведомо. Он не только согласился с предложением стать пилотом, но и настоял на переводе его ПОДАЛЬШЕ от Земли.

— Комплекс какой-то проявился? — тут же вставил вопрос до того сохраняющий молчание Сингх.

— Да, комплекс… Так как имели место быть некоторые отклонения от нашего психологического стандарта, согласился на коррекцию. Коррекция типа Б-9. Выучился на пилота малого транспорта класса «планета-космос» — «Дельта-два». Назначен на «Звёздочку».

— Б-9? А ну-ка, уважаемый Сингх, напомни мне… это не тот ли самый проект, что в рамках «Ка-контроль»?

— Да, Василий Иванович. Тот.

— Ага… — задумчиво сказал Координатор, всё так же философски созерцая потолок. Офицер глянул на обоих по очереди и, убедившись, что можно продолжать, снова открыл рот.

— На «Звёздочке» зарекомендовал себя как аккуратный и старательный работник. Работа ему, по его словам и по тестам медконтроля — нравится. Иногда был замечен в применении старых навыков, полученных от первого своего образования. Это обстоятельство послужило причиной привлечения его для решения проблемы «Инцидента Текси». Справился успешно.

— Ты считаешь, что он и с этим «крокодилом» управится?! — скептически задал вопрос Координатор.

— Справится! — уверенно сказал офицер и закрыл папку.

— И как имя этого «счастливца»?

— Его имя Алексей Гамаюн.

Алексей и проблемы Паутинки

Алексей Гамаюн стоял возле большого окна и задумчиво созерцал звёзды. Полумрак палубы и рассеянное освещение делало видимым всё, что есть снаружи. И сверкающий, как ожерелье, пояс агрокомплекса, и причальные конструкции «Второго Порта» «Звёздочки», и, наконец, поблескивающие краевыми отражёнными бликами конструкции Большого Щита. Они отсюда выглядели, как выглядит в лесу попавшая под лучи солнца, пробившиеся сквозь листву, паутина.

Щит был, по сути своей, большим зеркалом, поэтому в нём густо-густо отражались звёзды, отчего они печально светили сквозь его блестящую паутину, как попавшиеся в неё мотыльки.

Не хватало только большого паука. Для комплекта впечатлений.

Алексей мысленно дорисовал в самом центре большого жирного паучка, полюбовался полученным результатом и остался им доволен. Паук, в окружении жемчужного сияния солнечной короны — это нечто. Солнечный паук….

Комета, которую должны были привести к Венере, была ещё далеко и ещё не успела расцветить виды радужными перьями своего хвоста. Так что сами виды были несколько скучноватыми. Потому, что привычные.

— Любуешься? — спросил тихо подкравшийся лоботряс Комов.

— Нет, философствую и медитирую. На звёзды…. Вот смотрю я на них и думаю, когда же мы и до них доберёмся? Ведь как интересно будет!

— Ну, собсна и сейчас не скучно, — хохотнул Комов, — ты, например, к Меркурию не ходил?

— Да координатор миловал, а что?

— Да вот, наши из последнего рейса привезли кадры. Увидишь — охренеешь.

Алексей с любопытством вопросительно посмотрел на Комова.

— Представь замёрзшее оловянное озеро…. Сколько там тысяч или миллионов тонн того олова, я не считал, но само по себе явление. Прикинь! Когда это добро на солнечной стороне, озеро плавится. Когда уходит на теневую сторону — застывает.

— Ледяные луны Юпитера интереснее будут. Особенно Каллисто. — заметил Алексей, продолжая созерцать звёздные виды за окном.

— Кому как…. Мне, например, место посадки «Королёва» на Ганимеде больше понравилось. — Там есть всё — и разноцветный лёд, и камни, и полосатая дыня Юпитера над горизонтом, добавляющая красок пейзажу.

— Ну… как говорится, о вкусах не спорят! — философски заметил Алексей, и оба сдержано хохотнули.

— Кстати, не в курсе, кто это к нам рулит?

— Где? — тут же навострился Комов.

— Да вон, четыре градуса правее и ниже Земли, — указал координаты Алексей, склонив голову на бок и скептически ещё раз пересчитав градусы дуги.