Константин Якименко - Сны призрака

— Прекрати засорять мне мозги этой ерундой! Если кто-то из нас двоих болен, так это ты, Бентиэн! Потому что это я тебе приказал вернуться на Кумбиэн! А что сделал ты? И почему ты это сделал? Так я скажу, почему! Потому что ты работаешь на «Интергалактик», ведь так, предатель?!

— Канех, прошу прощения, это вы сейчас говорите ерунду! Связаться с «Интергалактик» мне не пришло бы в голову и в самом страшном сне.

— Но ты не подчинился приказу! И именно ты вызвал сюда этих землян!

— Нет-нет! Я не имел никаких дел с землянами. А не подчинился я потому, что вы больше не имеете права никому приказывать. Сдавайтесь, Канех! Не создавайте лишних проблем.

— А иначе что ты сделаешь, Хиорс? Позовешь на помощь своего Хаймса?

— Хаймс здесь ни при чем. У меня есть «Хоэрг» — он будет сражаться.

Хейгорн расхохотался во весь голос.

— Ты хочешь остановить меня одним «Хоэргом»? Да я разнесу твою станцию в клочья!

— Прошу заметить, Канех, что эта станция принадлежит не мне, а компании «Хейгорн». И если вы повредите ее, то тем самым нанесете вред имуществу компании.

— Плевать! — рявкнул Хейгорн. — Станция ничего не значит! Главное — «Призрак».

— Вы это слышали, — сказал Бентиэн. Он очень надеялся, что капитаны других кораблей действительно слышали весь разговор.

Однако капитаны все это время не расслаблялись — они вели бой с «Кондорами» землян. Насколько Хиорс мог судить по показаниям локаторов, одну «птицу» уже вывели из строя и еще одну здорово зацепили. Оставшаяся уносилась от противников на полной скорости, вряд ли рассчитывая уйти — скорее, надеясь, что преследователи рассредоточатся и бороться с ними станет легче. Одного «Хоэрга» тоже здорово задели, и раненый «Кондор» мог легко его добить, но не делал этого. Бентиэн понимал почему: тем самым земляне показывали, что только защищаются от кумбиэнцев и стараются оставаться гуманными даже в такой ситуации.

Президентский флагман, державшийся в стороне от боя, развернулся, и у Хиорса не осталось сомнений: он направляется к станции. Начальник видел, что именно сюда направлены его лучеметы и гравипушки. Нет, постойте! Бентиэн аж дернулся, до него будто только сейчас дошло: Канех что, в самом деле готов расстрелять собственную станцию в упор? Ведь это уже предел безумия… И, однако, Хейгорн вознамерился сделать именно это. Предчувствие близкой смерти парализовало исследователя. Если бы президент высадился сюда, еще была бы возможность о чем-то договориться… пусть призрачная, но все же. Но если он собирается разнести все вместе с находящимися внутри людьми…

— Ты что делаешь! — завизжал он полным отчаяния голосом; широковещание по-прежнему было включено. — Здесь двадцать человек персонала!

Никто не ответил. Треугольник «Хоэрга» неотвратимо приближался.

Навстречу вылетел Лархо — его обозначение на экране тревожно мигало, показывая, что корабль в аварийном состоянии. Тем не менее он продолжал двигаться к флагману по огибающей траектории. Еще немного — и защитник начал стрельбу из гравипушек. «Хоэрг» Хейгорна отбивался легко — у него-то все ресурсы были на максимуме, системы работали на полную мощность и экономить не приходилось. Он тут же начал стрелять в ответ — Бентиэн видел, как Лархо отчаянно ставит локальные поля, большего корабль не вытягивал. Он пытался увернуться, но получалось слишком медленно — маневренность и правда была совсем никакая. Атакующий же бил все более прицельно — импульсы достигали обшивки, с каждым ударом ослабляя и без того полуживую защиту.

Наконец начальник станции увидел, как что-то ярко мигнуло на правом крыле защитника, а затем он закрутился вокруг своей оси. Корабль терял управление, но еще пытался отстреливаться. Некоторые импульсы достигали врага, хотя все равно не могли пробиться сквозь его защитные поля.

— Отступай, Лархо! Сдавайся! — закричал Бентиэн, понимая, что сопротивляться дальше бессмысленно.

— Поздно, — откликнулся капитан.

А затем Хиорс увидел, как что-то вспыхнуло теперь уже на правом крыле флагмана «Хейгорна», и тут же его резко повело в сторону. Едва живой защитник станции все-таки сумел его достать.

— Проклятие! — загромыхал Канех в эфире. — Вы за это поплатитесь, шакалы!

Через несколько секунд корабль Лархо полыхнул и почти тут же пропал с экрана. Бентиэн закрыл лицо руками. Сейчас он прочувствовал как никогда остро, что ждет его в самом ближайшем будущем.

— Трепещи, предатель! — орал Хейгорн. — Я приближаюсь, я сейчас накажу тебя! Ты уже вышел из игры!

Сенсоры засекли приближающиеся к станции гравизаряды. Защита здесь была доверена автоматике, и сейчас та включила слабый фоновый экран по всей поверхности и усиленный — в зонах повышенного риска. Как побочный эффект, изображение сразу стало блеклым, расплывчатым. Бентиэн понимал: если Канех возьмется за дело всерьез, то экран будет сдерживать его удары очень недолго. Это ведь не военная база, а исследовательская станция и к тому же временная — никто не предусматривал защищать ее в настоящих боевых условиях. Нет, решил Хиорс, пусть Хейгорн безумен, но я должен оставаться реалистом.

— Я сдаюсь, — выговорил он упавшим голосом. — Не нужно атаковать, Канех! Я готов выслушать твои условия!

— Ты что-то сказал, предатель? — удивленно спросил Хейгорн.

— Я сказал, что сдаюсь! Прекрати это безумие!

— Я тебя не слышу. — Серия импульсов ударила по станции — поле пока сдерживало их.

— Я сдаюсь, — повторил Бентиэн. — Я… признаю вас президентом компании… и готов подчиниться… любому вашему приказу.

— Любому, Хиорс? — переспросил Канех. — Тогда я приказываю тебе сдохнуть, предатель! Ты мне больше не нужен!

— Безнадежно… — прошептал исследователь, схватившись за голову. Он не знал, что еще может сделать.

Разве что… Переключившись на внутреннюю связь, он объявил всем подчиненным: — Это мое последнее сообщение в качестве начальника станции и проекта. Мы переходим на аварийное положение. Спасайте ваши жизни, как сумеете!

На центральном пульте он перевел станцию в аварийный режим — это значило, что максимум энергии сейчас будет выделяться на защитные системы.

— Я могу чем-нибудь помочь? — спросил помощник, сидевший здесь же в управляющей комнате.

— Нет, — отрезал Бентиэн. — Объявление касается всех. Беги, спасайся!

Тот оглянулся на начальника и встретился с абсолютно равнодушным взглядом. Пятясь, он медленно вышел из комнаты.

Автоматика докладывала, что кое-где поле уже не держит и импульсы достигают внешней обшивки. Хиорс встал, понимая, что если не поторопится, то закончит жизнь так же, как Лархо. И в этот момент услышал голос: