Джек Макдевитт - Обреченная

Он решил повторить попытку, когда «наземники» будут на волосок от смерти. Его начальство настоятельно требовало от него предсмертного интервью с Макаллистером.

В конце концов, он там единственная знаменитость.

Однако касательно Макаллистера Кэньон доверился чутью. Эмоциональной изюминкой репортажей были женщины, которые выжмут слезу у людей по всему миру. Особенно Хатчинс. Стройная, изящная, спокойная, весьма похожая на эльфа… не чета какой-нибудь соседской девушке. И Кэньон понимал, что если он вынудит ее поговорить с ним в роковые последние часы (а он был уверен, что это ему удастся), то устроит публике такое эмоциональное потрясение, какого никто не переживал ни разу в жизни. Если же Хатч откажется сотрудничать, оставалась еще одна возможность - Келли.

Что до остальных, ему не очень нравился Найтингейл, а Макаллистера он боялся: этот был способен ляпнуть что угодно.

Хатч сделала осторожную попытку сесть у башни, но вода была очень глубокой, а течение - быстрым. Поэтому она развернула посадочный модуль и возвратилась к вершине ближайшего холма, где путники ждали сорок пять минут, наблюдая, как вода уходит на северо-восток.

Вторая попытка оказалась успешной. Они сели, а затем побрели по бедра в воде. Сперва они тщательно исследовали башню, чтобы убедиться, что накопители не остались где-то здесь, не замеченные Келли с Хатч во время предварительных поисков.

Затем они с трудом побрели на юг. Они разделили местность на две полосы и попробовали идти в намеченных ими границах, осторожно и методически. Будем придерживаться этой стороны от линии между башней и во-он тем деревом. Это было не слишком важно, но в какой-то степени помогало. Настоящая проблема заключалась в том, что район поисков оказался огромным.

Найтингейл с Маком придерживались убеждения, что накопители, несмотря ни на что, будут найдены, вероятно, потому, что считали это своим единственным надежным шансом выжить.

Земля оказалась вовсе не ровной и плоской, как им представлялось. Глубина менялась: в некоторых местах вода доходила до лодыжек, в других - покрывала с головой. Течение было сильным, и в самых глубоких местах людям всякий раз угрожала опасность упасть. Хатч не тешила себя иллюзиями насчет шансов. Что касается ее мнения, она бы пошла ва-банк, сделав ставку на небесный ковш, поднялась на Синюю гору и провела все оставшееся время, изучая бастион-шестиугольник. Но она устала и не собиралась спорить с мужчинами, которые, наверное, уже подумывали, что она тратит время и силы черт знает на что, когда у них все еще существует возможность выкарабкаться.

Она надеялась, что Найтингейл с Маком быстро откажутся от поисков из-за трудностей. За это говорила и сложная конфигурация поисковой зоны. Но проходили часы, и их решимость - или отчаяние, трудно сказать, - возрастала… Они уходили от башни все дальше на юг.

Келли, шедшая в паре с Найтингейлом, казалось, покорилась судьбе. Она держалась близко к своему спутнику, шагала тяжело, то и дело погружая руки под воду, чтобы исследовать подозрительный камень или еще что-нибудь. Но Хатч не замечала в ее глазах даже проблеска настоящей надежды на успех, зато видела, как время от времени Келли останавливалась, пока они отдыхали, и вглядывалась в широкое пространство быстро текущей воды. Иногда Келли смотрела на север, несомненно думая, что накопители каким-то образом могло занести за башню. Или за пятьдесят километров отсюда. И голос Келли звучал апатично - но разве можно было порицать ее за это?

Один раз показалось, что они увидели один из накопителей, но это было нечто вроде панциря черепахи.

Стемнело, и люди, умученные до предела и раздраженные, сделали привал. Все чувствовали недовольство, смешанное с безнадежностью. У всех болели ноги после долгого хождения против течения, когда приходилось очень часто нагибаться, и ломило все мышцы. Сознание того, что злополучные накопители могут лежать где-нибудь метрах в пяти от них, готовые найтись в любой миг, не позволяло им отмести идею поисков. Однако наконец они забрались в модуль, втащились в кабину, по очереди вымылись под душем и повалились на сиденья.

Вода снова начинала прибывать. Хатч сообщила об этом.

- Могу я кое-что предложить? - осведомился Марсель.

- Валяй.

- Во-первых, я совершенно точно уверен, что вы не отказались от поисков накопителей.

Хатч оглядела остальных. Все кивнули.

- Прекрасно. Мне бы хотелось, чтобы ночью вы поднялись повыше.

- Хорошо.

- На данном этапе вы больше ничего не сможете сделать. А завтра мне бы хотелось убедить вас подняться еще выше.

- На Синюю гору, - устало проговорила Хатч.

29

Все мы одержимы синдромом Одинокого Рейнджера, верой в незнакомца в маске, который прибывает на рассвете, вооруженный до зубов, и улаживает все проблемы упрощенным донельзя способом. Этот человек, чье происхождение относится к двадцатому столетию, обладает стойкостью к обстоятельствам, соединенной с простыми душевными порывами, и показывает нам путь, которым мы пошли бы, если бы сумели. Но мы не способны следовать этим путем не только из-за недостатка храбрости и способностей, но также потому, что мир просто-напростоустроен иначе. Когда тьма сгущается и близится буря, человеку лучше самому позаботиться о своем спасении. Потому что - и это такой же непреложный факт, как круговое движение звезд по небу - никто не прибудет, ни в маске, ни в чем-либо еще. Грегори Макаллистер. Предисловие к «Последней мифологии» Евы Шиу-Чао

Расчетное время до разрушения: 42 часа

Ночь они провели в задраенном модуле на вершине горной гряды, среди воющей метели, неподалеку от бухты Дурных Вестей. Хатч то засыпала, то просыпалась. Земля то и дело тряслась. Они с Келли коротали время, с надеждой прислушиваясь к оперативным сводкам, поступавшими от маленькой армады наверху.

Они слышали, как Джанет Хейзелхерст отдавала сухие распоряжения внешникам, которые готовились отделить от агрегата то, что окрестили стержнем Альфа; слышали обсуждение бригады Джона Драммонда, как разместить всё в правильной ориентации, и Абеля Киндера, спорящего с Драммондом о расположении точки подъема: «Проще подняться здесь, но погодные условия вызывают опасения, поэтому нам нужно взять дальше на север».

Они слышали Майлза Частайна и пилотов шаттлов, согласовывающих планы своих полетов. Ранним утром Марсель сообщил им все подробности, точные координаты, высоту и время подъема.