Елена Ворон - Без права на смерть

— Больно хорош для завоевателя, — заметил Томас. — Хотя пусть его. Мария, что еще надо? Сочиняй!

Богиня стояла закинув голову, прикрыв глаза. Заговорила, словно в трансе:

— Командир группы — Инго-Лао, молодой и решительный…

— Не надо командира! — в один голос закричали братья.

— Он садист, — добавил Стэнли. — Уж мы-то знаем. — Она встряхнулась.

— Хорошо… Бегут!

У охранителя мира всё еще мучительно саднило глаза и горло, но он заставил себя отвлечься от боли. Не годится, чтобы сотворенные Марией новые актеры первым делом узрели свою Богиню и кусок Большого мира. Сосредоточась, Лоцман пожелал, чтобы со стороны Дархана граница миров сделалась непрозрачной. Сейчас станет ясно, удалась ли его затея.

В комнате зажегся свет, дверь отъехала в сторону. Первым влетел Бики — могучий, в черном костюме с фиолетовой отделкой, с темной взъерошенной шевелюрой, с ясными глазами и открытым привлекательным лицом. В руке Бики держал громадный, под стать ему, излучатель. Помощник командира глянул по сторонам, увидел Ловца, постоял, всматриваясь, затем крикнул через плечо:

— Лио!

Вошел врач — несомненно, списанный с Милтона, но с огромными, без белков, глазами, как положено представителю его расы, и с более тонкими, чем у землянина, чертами лица. Рядом с Бики он смотрелся мальчишкой и, очевидно, вызывал у помощника командира одно желание — прикрыть и защитить.

— Вот как? Досадно, — сказал он, увидев Таи.

— Очень досадно, — согласился Бики. — И что теперь? — Пришельцы не видели находящихся по ту сторону границы людей — иномирье для них не существовало.

Врач Лио-Кэй присел рядом с Таи на корточки, расстегнул ему куртку. Бики нагнулся; на его физиономии читалось искреннее беспокойство.

— Слетай-ка за моими вещами, — сказал врач. — Попробуем его вытащить.

— Мигом!

Бики умчался, как тайфун. Таким же тайфуном он принесся назад, поставил на пол сумку, похожую на обыкновенный чемодан без застежек, разнял ее на две половины и придвинул к Лио-Кэй.

Врач принялся за работу. Стоя на коленях, он тонкими инструментами извлекал пулю за пулей — ловко, точно лущил горох, — и складывал их на полу. Затем залил раны белой тягучей жидкостью; Бики по его указанию приподнимал и переворачивал безжизненного Ловца.

— Крови много потерял, — заметил врач, укладывая Таи на грудь небольшой прибор в светло-сером корпусе. Включил прибор; сбоку корпуса загорелся желтый огонек, затрепетал, помаргивая. — Ах ты… Скверно.

— Не выживет?

— Кто его знает.

Врач разнял верхнюю застежку у себя на куртке и стащил через голову шнурок с висящим на нем кристаллом ярко-голубого цвета. Положил кристалл лайамцу на грудь. Огонек прибора засветился ровно, затем поменял свет и стал зеленым.

— Так-то лучше.

Бики обрадованно ухмыльнулся.

— Я всегда знал, что Лио-Кэй — лучший врач на всем флоте, — провозгласил он.

— Да что ты говоришь? — раздался насмешливый голос. В открытую дверь шагнул третий пришелец: в черной с фиолетовым форме, с таким же излучателем, как у Бики. Глаза у него были пронзительно-синие — синей, чем лежащий на груди у Таи кристалл; лицо молодое, очень красивое и жестокое.

Бики выпрямился, подтянулся, пригладил взлохмаченные волосы. Лио-Кэй остался на полу возле Таи. Будто не замечая вошедшего, он передвинул на пару сантиметров прибор с огоньком индикации и кристалл у Ловца на груди.

— Это что за полевой госпиталь? Всё убрать. — Лио-Кэй поднял на командира спокойные глаза.

— Это мой пленник.

— Лио-Кэй, я сказал: убрать! Не хватало расходовать камни на что ни попадя.

Бики заслонил собой врача и мертвого лайамца.

— Инго, что ты взъелся? Их больше никого не осталось. Одного-единственного можно сохранить?

— Нельзя, — обрезал Инго-Лао.

— Почему?

— Приказано уничтожить всех. — Инопланетчика Бики не слишком волновал приказ руководства.

— Я дам за него выкуп, — посулил он, снял с шеи такой же шнурок с кристаллом, как у врача, и протянул командиру. — Неплохая цена за последнего дарханца, ты не находишь?

Инго-Лао глянул так, словно Бики вздумалось сунуть ему за шиворот жабу. Затем его синие глаза, как на заклятого врага, уставились на Лио-Кэй: видно, у него с врачом были давние счеты. Ствол излучателя приподнялся.

— Инго, брось, — снова вмешался Бики. — Лио приспичило заиметь новую игрушку, только и всего. Какая тебе разница?

— Я последний раз говорю: немедленно всё убрать.

Врач поглядел на командира снизу вверх; на лице появилось упрямое выражение. Он снял у Ловца с груди прибор с огоньком, который постепенно наливался синевой, неторопливо сложил прибор в сумку, закрыл ее. На измазанной засохшей кровью и гелем коже лайамца остался голубеть кристалл.

— Бики. — Лио-Кэй протянул руку, и помощник командира опустил ему на ладонь свой камень. Лио-Кэй и его положил рядом с первым.

Терпение у Инго-Лао лопнуло. Взмахнув излучателем, он ударил им врача сбоку по голове; Лио-Кэй покачнулся. Командир пнул Таи в бок; кристаллы соскользнули на пол.

— Мария, какого черта? — прошипел Томас, до сих пор наблюдавший спектакль в пораженном молчании.

— Я не могу его заставить, — отозвалась Богиня растерянно. — Он не подчиняется.

— Инго, — Бики сжал командиру руку выше запястья; он был выше и шире в плечах, — не надо с нами ссориться. Я прошу…

Инго-Лао врезал ему излучателем в челюсть — Бики отшатнулся. Врач подобрал кристаллы, снова сложил их Таи на грудь и повернулся к Инго-Лао.

— Инго, — сказал он негромко, — пока я жив, этот парень тоже будет жить.

Командира перекосило.

— Мне обрыдло, что ты вечно споришь. — Он наставил излучатель врачу в колени — и на лежащего за ним лайамца. — Отойди!

— Нет.

— Инго! — крикнул Бики. — Лио, уйди!

— Прекратите! — завизжала Мария. В иномирье ее не слышали.

Не дожидаясь развязки, Лоцман шагнул за границу мира.

— Брось оружие.

— Это еще кто? — Инго-Лао вскинул излучатель.

— Я твой Лоцман, если ты не узнал. Брось оружие, сказано.

По лицу командира пробежала тень узнавания. И исчезла. Бики тоже стоял со стволом на изготовку. Лио-Кэй повел плечами, как бы говоря: «Не мешали бы вы мне», вернулся к Таи и передвинул кристаллы, руководствуясь одному ему ведомым знанием.

— Кто ты такой? — спросил Бики, как будто не слышал слов охранителя мира. Пришельцы явно не желали выходить из ролей и продолжали отыгрывать сцену.

Инго-Лао принял решение: всё непонятное уничтожать. Лоцман почуял свой приговор; отчаянным усилием он сотворил раскаленное кольцо на пальце, готовом надавить на спуск. Командир группы замешкался, тряхнул рукой — а в следующее мгновение его пальцы разжались, излучатель грохнулся на пол. Инго-Лао попятился — шаг, другой, запрокинулся и повалился на спину. Лоцман осознал, что слышал звук выстрела из пистолета.