Михаил Сухоросов - Наемник

— Нижний город — это ходы под Столицей. Некоторые построены, когда самой Столицы и в помине-то еще не было, некоторые недавно прорыли, а некоторые вообще неизвестно кто проделал. Говорят, кой-какие и в подвалы цитадели выводят.

— Слушай, а это точно? — снова качнулся вперед Старый, Хромой окрысился:

— А я-то почем знаю? Я там не хожу. Тамошние, из Нижнего города, должны знать.

Роджер нахмурился еще сильнее и теперь сосредоточенно теребил ус:

— Вот насчет тамошних-то я и боюсь… Там же корпоранты окопались.

Малыш расплылся в улыбке:

— Так это ж милое дело!

Я потряс головой:

— Слушайте, просветите, ради Аллаха, не дайте помереть дурой… Кто такие корпоранты? Бурши?

Я понимаю, конечно, подобное незнание смешно, но при условии, что тебе самому все известно. Отсмеявшись, наконец, Малыш сообщил:

— Там, Ученик Чародея, такие бурши… Это — корпорация уголовщины, причем самой отмороженной, которую все церкви поотлучали и любая власть ловит.

Старый пригладил бородку:

— Все это хорошо, только эти корпоранты, насколько я знаю, чужих не любят.

— Да можно с ними договориться, — махнул рукой Малыш. Помолчал и прибавил: — А можно и не договориться.

Роджер мрачно хмыкнул и сообщил:

— Нравится мне это… Ход, который то ли есть, то ли нет, потом в цитадель то ли прорвемся, то ли нет, потом найдем нужного человека, а может нет… И еще такой вопросик, уже пару раз сегодня прозвучавший: а как мы, собственно, оттуда выйдем?

— На каком-то из подвальных ярусов в этой Цитадели должен быть подземный ход, — сообщил Хромой. Ведет куда-то за городской ров.

— Погоди-ка, — Старый прищурился, — а откуда ты все это знаешь? Что тюрьма в подвале, что ход должен быть, все остальное?

Хромой, против ожидания, не разозлился, наоборот, усмехнулся в усы:

— Был там у меня один сержант… Только он почему-то решил, что может меня обманывать, — да, лучше не уточнять, что с этим сержантом случилось…

Роджер снова дернул себя за ус:

— Корпоранты — это здорово, только к ним без денег лучше не соваться.

— А с деньгами — тем паче, — дополнил Малыш. Хромой поскреб в бороде:

— Ну уж ладно, помогу вам еще раз… Знаю я главу этих корпорантов, более того — он мой должник. Поросите провести к нему, скажете, что от меня.

— А как его звать? — сразу заинтересовался Малыш. Хромой помедлил и сообщил:

— Старинное у него имя. Его обычно называют Изя.

— Как?! — не выдержал я.

— Изя, — повторил Хромой, недоуменно наблюдая за моей реакцией. А чего, собственно, я так вскинулся? Совпадение, наверно… Уж этот-то, я надеюсь, не Пришлый…

Роджер хрустнул пальцами:

— Ладно, с главным разобрались… насколько это вообще возможно. Теперь детали: а как мы в сам этот Нижний город попадем?

— Слиггер вас проводит.

Слиггер согласно кивнул и принялся подтягивать потуже пояс с кинжалом. Гельда придвинулась ко мне:

— Ну, только рискни не вернуться… — некоторый мандраж в голосе… Я ободряюще улыбнулся ей, посмотрел на Хромого:

— Еще такой момент: нам после дела в Столице и пяти минут оставаться нельзя. Где встречаемся?

— В лиге от Южных ворот по тракту старый дом. Ждем вас там.

— Если мы, после того, как выйдем, хоть лигу проползти сможем, — впал в пессимизм Малыш. Я еще раз улыбнулся Гельде, погладил ее по плечу. И что за паскудная судьба — два месяца девчонку не видел, только встретились — и вот опять надо куда-то прорываться с большой дракой, лезть под землю, цитадель эту штурмовать… Кто бы знал, как мне это надоело…

ГЛАВА 24

На обсуждение кое-каких оставшихся моментов и сбор всего необходимого для успешного завершения предприятия мы потратили чуть меньше часа, так что времени сейчас — около двух часов ночи. Нас почему-то предупреждали, что в Столице это самое опасное время, но почему именно не объяснили. На самом деле мы так никого и не встретили: местные жители слишком умны, чтобы попадаться на дороге пятерым вооруженным головорезам, из которых трое по здешним масштабам невиданные здоровяки. А патрулями в этой части города и не пахнет, сюда они и днем-то избегают соваться.

Слиггер, как наш провожатый, топает на полшага впереди, на голове у него красуется черная повязка с узлом над левым ухом, придающая ему вид нелепо-залихватский, я топаю чуть поотстав. А за мной — Роджер, Старый и Малыш. Шаги глушатся многолетними наслоениями грязи, так что единственное звуковое сопровождение — позвякивание каких-то железок в мешке у Роджера. Как он нас со своей фирменной улыбочкой уверил, без них нам в цитадели делать нечего… И сейчас мы четверо действительно чувствуем себя одной командой. Но меня все равно слегка подколачивает — не мандраж, а легкое возбуждение перед предстоящим делом. И всю дорогу, то есть где-то уже с полчаса, я стараюсь отогнать от себя мысли о том, что кого-то из ребят уже через пару часов может не оказаться в живых. Да и меня если убьют, наверно тоже приятного мало…

Мы брели по какой-то особенно узкой улочке, когда до меня дошло, почему это время самое опасное и на улицах никого нет — из распахнувшегося окошка на третьем этаже на дорогу передо мной с громким плеском излилось не меньше ведра каких-то зловонных помоев. Я отскочил, брезгливо отряхивая плащ, задрал голову и гаркнул:

— Ворона! Носи очки, пока без головы не осталась!

Откликнулся визгливый женский голос:

— Очки?! Носит вас, выродков, по ночам под окнами честных людей, да еще и очки им подавай! Ишь ведь что удумал, чернокнижник — очки!

Монолог явно имел целью привлечь всеобщее внимание, но до того, как он превратился в шедевр абстракции и феномен чистого искусства, Малыш выступил вперед и грозно рявкнул:

— Закрой хлебало!

Я всегда говорил, что МАлыш производит впечатление — старая карга испуганно пискнула и убралась куда-то в глубины дома, откуда тут же донеслись ее скрипучие вопли, побуждающие кого-то, очевидно, мужа, быть мужчиной.

— Бедняга, — посочувствовал Роджер. — Такие призывы в два часа ночи…

— Пойдем отсюда, — заторопил Слиггер. — А то они сейчас изо всех щелей повылезают.

Явно нервничает парень… Нет, теперь я понимаю, почему Хромой с нами не пошел — когда тебя на старости лет дерьмом окатят, это, наверно, вдвойне обидно…

И все же Хромой решил нам помогать… А с чего, собственно? Вряд ли только из-за симпатий к Роджеру… Хотя можно догадаться — если наша акция увенчается успехом, он заполучит в должники еще и нашу троицу, а нет — невелика потеря, к тому же, сдается мне, он считает, что в этом случае ему достанется Гельда. Ладно, я уж постараюсь, чтоб она ему не досталась. Я поправил на спине лямки мешка с факелами и пристроился след в след за Слиггером.