Михаил Савеличев - Догма кровоточащих душ

- Не успеешь.

Не успею, мысленно согласился Тэнри.

14

Канцлер разложил перед Императорским Оком едва просохшие отпечатки. Императорское Око, брезгливо выпятив нижнюю губу, внимательно рассматривал каждый снимок. Некоторые он возвращал на место, а некоторые откладывал в сторону. Для доклада Императору, догадался господин канцлер.

Фотографии были очень некачественными. Сквозь крупное зерно проступали какие-то неясные очертания со светлыми проплешинами.

- Что это? - показал Императорское Око.

Господин канцлер наклонился к столу и прищурился.

- Ацилут, господин Императорское Око. Предполагаю, что Ацилут.

- Плохие снимки, - вынес могучий вердикт Императорское Око. После таких слов и такого тона следовало немедленно подавать в отставку и ждать ареста. В мирное время. И даже в военный период. Но не в конце света.

Господин канцлер вздохнул и выпрямился. Отсутствие в кабинете Императорского Ока кресел, стульев, табуреток, скамеек для посетителей раздражало.

- Лучше, к сожалению, не будет, господин Императорское Око. Мы пытаемся сделать цифровую обработку изображений, но это займет много времени.

- Мне нужно точно знать, что сейчас происходит в Хэйсэе, - отвесил Императорское Око очередную весомую фразу.

Господин канцлер хотел выразиться в том смысле, что описание конца света следует искать не в данных аэроразведки, а в соответствующих Откровениях, но сдержался.

- Насколько мы можем судить, господин Императорское Око, в настоящее время зона активности ограничена Ацилутом и Брией. Периферия мир-города пока не задействована. Продолжается истечение полиаллоя и свободное выделение анимы.

- Что с ангелом?

- Мы предполагаем...

- Предполагаете или знаете? - Императорское Око пристально посмотрел на господина канцлера.

- Мы предполагаем, - повторил господин канцлер, отводя глаза и перебирая снимки, - что ангел пока еще находится в латентном состоянии.

Императорское Око поднялся из-за стола и прошелся к окну. На спинке массивного кресла остался висеть его пиджак с приколотым к лацкану крошечным значком. Господин канцлер оттянул краешек правого глаза, но так и не смог разобрать, что значок из себя представляет.

- Как вы оцениваете наши шансы? - неожиданно спросил Императорское Око. Широкая спина, обтянутая белоснежной рубашкой, была неподвижна. Но в ней ощущалась все тот же непреодолимый напор, перед которым любой человек чувствовал себя лишь мелким винтиком в громадной машине по производству власти. Матерый человечище, мог бы сказать в узком кругу близких друзей господин канцлер, если бы был уверен, что Императорское Око - человек.

- Я верю в нашу победу, господин Императорское Око, - значительно сказал господин канцлер.

Императорское Око повернулся к господину канцлеру.

- Я спрашиваю не о вере, а о взвешенной оценке наших шансов.

- Господин Императорское Око, вы хотите, чтобы я дал рациональную оценку того, что уже не подчиняется никаким рациональностям, - спокойно сказал господин канцлер. - Но когда речь идет о складывающейся в данный момент ситуации, то я считаю, что это сделать невозможно. Можно только верить. Или не верить.

- Верить, не верить, - раздраженно сказал Императорское Око и потер рукой тяжелый подбородок. Темные, глубоко посаженые глаза, похожие на изюмины, воткнутые в тесто, поймали взгляд господина канцлера. Господин канцлер замер, словно мышь перед удавом. Сейчас он меня будет есть, промелькнула одинокая мысль. - Не в этом дело, - пробурчал Императорское Око и снова отвернулся к окну.

Господин канцлер дрожащей рукой вытер со щек капли пота.

- Какие будут распоряжения, господин Императорское Око?

- Объявляйте красную готовность.

- Красную? Но, господин Императорское Око, это значит...

- Я прекрасно знаю, что это значит.

- Хорошо, господин Императорское Око, - господин канцлер поклонился.

- И еще... Что с нашими... хм... альтернативными проектами?

- Они работают, господин Императорское Око. Я надеялся, что мы дождемся конкретных результатов, но... но после Удара их дальнейшая деятельность не будет иметь никакого смысла.

- Не торопитесь делать выводы, - сказал Императорское Око.

"Что он там разглядывает? - внезапно подумал господин канцлер. - Или он стоит с закрытыми глазами? Греется? Нет ничего неприятнее, чем созерцание спины руководства. Никогда не угадаешь, что оно ждет от тебя".

- Я могу идти, господин Императорское Око?

- Идите.

Когда канцлер вышел, Императорское Око вернулся к столу, взял отложенные снимки, еще раз бегло просмотрел их. Надел пиджак, подхватил папочку, подошел к стене и нажал на неприметную кнопку. Деревянные панели разошлись, обнажая стальные двери лифта. Лифт поглотил Императорское Око, сыто вздохнул и поехал вниз.

15

Существо взмахнуло палицей и ударило. Тэнри и Сэцуке полетели на пол. Существо шагнуло к валяющемуся пистолету и поддало ему когтистой трехпалой лапой. Оружие отлетело куда-то за цилиндры.

Тэнри лежал на боку, ощущая, как по спине, куда угодил удар, расплывается горячая, липкая боль. Там распласталась медузоподобная тварь, растеклась по коже студенистой массой, переполненной стрекательных клеток, и теперь при малейшем движении сотни иголок впиваются в мышцы. Сэцуке находилась на расстоянии вытянутой руки от мальчика. Она упала, как-то неловко подогнув под себя руки.

Послышался приближающийся стук когтистых лап. Рогатый великан наклонился над Тэнри, подцепил его за плечо длинным многосуставчатым пальцем и перевернул. Медуза, прилепившаяся к спине, вонзила в кожу все свои иглы, и Тэнри вскрикнул.

Существо оперлось на дубину и приблизило свою клыкастую и рогатую рожу к лицу мальчика. Смрадное дыхание, в котором чувствовалось зловоние разложившегося куска сырого мяса, обильно нашпигованного гадостными личинками, столь густо окатило Тэнри, что он закашлялся, завозился, пытаясь отодвинуться.

- Хорошенький мальчик, - проурчало существо. - Сладенький мальчик.

Из-за спины великана донеслось мокрое шлепанье, и вскоре рядом возникло еще одно странное создание с лягушачьей головой, круглыми выпученными глазами, гладкой зеленой кожей и перепончатыми руками и ногами.

- Кого это ты поймал, Они? - осведомился зеленый.

Тот, кого назвали Они, выпрямился, поднял дубинку и осторожно поднес ее кончик к лицу зеленого существа.

- Чуешь, Каппа, чем пахнет?

Каппа принюхался и сморщился.

- Опять за человечину решился взяться?

- Чем тебе не нравится человечина, дурак? - прорычал Они.

Тэнри попытался сесть, но Они, не гладя, уперся своей дубиной ему в грудь, прижимая к полу. Каппа переступил через Тэнри и присел на корточки рядом с Сэцуке.