Айзек Азимов - Роботы и Империя (пер. М.Букашкина)

Но предупреждение Мандамуса опоздало. В мгновение ока чья-то рука схватила Амадейро за запястье, парализовав его. Бластер упал.

– Извините, – сказал Дэниел, – что я причинил вам боль, доктор Амадейро, но я не могу позволить вам целиться из бластера в человека.

91

Амадейро ничего не сказал.

– Вы два робота, с которыми, как я вижу, нет хозяина, – холодно промолвил Мандамус. – В его отсутствии ваш хозяин я, и я приказываю вам уйти и не возвращаться. Поскольку, как вы видите, никому из людей в данный момент не угрожает опасность, ничто не может заставить вас игнорировать мой приказ. Уходите.

– Простите, сэр, – сказал Дэниел, – нет нужды скрывать от вас наши имена, поскольку вы их и так знаете. Мой спутник, Р. Жискар Ривентлов, умеет распознавать эмоции. Друг Жискар!

– Когда мы подходили, определив ваше присутствие издалека, – начал Жискар, – я отметил, что ваш мозг, доктор Амадейро, переполнен яростью. А в вашем, доктор Мандамус, – бесконечный страх.

– Ярость доктора Амадейро – если это была ярость – просто реакция на приближение двух необычных роботов, – сказал Мандамус, – особенно того, который способен внедряться в человеческий мозг и который погубил – может быть, навсегда – мозг леди Василии. Мой страх – если это был страх – также явился результатом его появления. Теперь мы овладели собой, и у вас нет оснований вмешиваться. Мы приказываем вам немедленно уйти.

– Прошу прощения, доктор Мандамус, – сказал Дэниел, – но я хочу удостовериться, что мы можем спокойно подчиниться вашему приказу. Не было ли бластера в руке доктора Амадейро, когда мы появились, и не целился ли он из бластера в вас?

– Он объяснял мне, как работает бластер, и уже хотел убрать его, когда ты вмешался.

– Значит, я должен вернуть его доктору Амадейро, прежде чем уйду?

– Нет, – без колебаний ответил Мандамус, – потому что тогда у вас будет уважительная причина остаться, чтобы, как вы скажете, защищать нас. Возьмите бластер с собой и уходите, и у вас не будет причины возвращаться.

– У нас есть основания думать, – сказал Дэниел, – что вы сейчас находитесь там, куда людям не разрешено приходить…

– Это правило, а не закон, и на нас оно в любом случае не распространяется, поскольку мы не земляне. Кстати, роботам тоже не разрешается здесь находиться.

– Мы привезены сюда, доктор Мандамус, высокопоставленным членом земного правительства. У нас есть основания думать, что вы намерены поднять уровень радиации в земной коре и нанести серьезный и непоправимый ущерб планете.

– Вовсе нет… – начал Мандамус.

Но тут в первый раз вмешался Амадейро:

– По какому праву, робот, ты устраиваешь нам перекрестный допрос? Мы люди и отдали вам приказ. Подчиняйтесь!

Его повелительный тон заставил Дэниела вздрогнуть, а Жискар уже собрался уйти. Но Дэниел сказал:

– Простите, доктор Амадейро, но я не веду перекрестный допрос, а только хочу убедиться, что могу спокойно подчиниться вашему приказу. У нас есть основания думать, что…

– Можешь не повторять, – перебил его Мандамус и повернулся к Амадейро. – Доктор Амадейро, разрешите мне ответить. – Мандамус вновь взглянул на Дэниела. – Дэниел, наша задача носит антропологический характер. Мы должны найти истоки различных человеческих обычаев, влияющих на поведение космонитов. Эти истоки можно найти только на Земле, вот мы их тут и ищем.

– У вас есть на это разрешение Земли?

– Семь лет назад я консультировался с соответствующими чиновниками Земли и получил разрешение.

– Что скажешь, друг Жискар?

– Показания мозга доктора Мандамуса таковы, что его слова не соответствуют существующей ситуации.

– Значит, он лжет?

– Предполагаю.

Невозмутимость Мандамуса не поколебалась.

– Ты можешь предполагать, но предположение – не уверенность, – сказал он. – Ты не можешь не повиноваться приказу на основании простого предположения. Я знаю это, и ты это знаешь.

– Но в мозгу доктора Амадейро ярость сдерживалась только эмоциональными силами, чего вряд ли требовала работа, – продолжал Жискар. – Вполне возможно, что эти силы, так сказать, порвутся, и ярость выплеснется наружу.

– Что вы распинаетесь перед ними, Мандамус! – закричал Амадейро.

– Молчите, Амадейро! – рявкнул Мандамус Вы играете им на руку.

Амадейро не обратил внимания на окрик.

– Это унизительно и бесполезно. – Он злобно оттолкнул протянутую руку Мандамуса. – Они знают правду! Ну и что? Роботы, мы – космониты, более того, мы – аврориане, мы с планеты, где вас сконструировали. И еще того больше, мы высокопоставленные официальные лица на Авроре, и для вас слово «люди» в Трех Законах роботехники должно означать аврориан. Если вы не повинуетесь нам, вы вредите нам, унижаете нас и нарушаете этим Первый и Второй Законы. То, что мы намереваемся уничтожить землян, даже большое их количество, – правда, но это к делу не относится. Это все равно, как если бы вы отказались повиноваться нам, потому что мы едим мясо убитых животных. Ну, я объяснил вам все, а теперь убирайтесь! – прохрипел Амадейро и, выпучив глаза, упал.

Открыв рот в беззвучном крике, Мандамус склонился над ним.

– Доктор Мандамус, – сказал Жискар, – доктор Амадейро не умер. Он в коме, из которой его в любое время можно вывести. Но он забудет все, связанное с вашим проектом, и ничего не поймет, если вы станете объяснять ему. Когда я это делал – я не мог бы этого сделать, если бы не собственное признание доктора Амадейро, что он намерен уничтожить большое количество землян – я, возможно, надолго повредил некоторые участки его памяти и некоторые мыслительные процессы. Сожалею, но ничем не могу помочь.

– Знаете, доктор Мандамус – произнес Дэниел, – на Солярии мы встретили роботов, которые считали людьми только соляриан. И мы поняли, что в том случае, когда роботы так узко трактуют понятие «человек», это может стать причиной безмерных разрушений. Бесполезно пытаться ограничить в нашем понимании понятие «люди» только аврорианами. Мы определяем всех людей – и землян, и поселенцев – как хомо сапиенс, и чувствуем, что предотвратить вред для группы людей и человечества в целом важнее, чем предотвратить вред для индивидуума.

– Но в Первом Законе так не говорится, – еле слышно прошептал Мандамус.

– Я называю это Нулевым Законом, и он довлеет над Первым.

– Но тебя так не запрограммировали.

– Я сам себя так запрограммировал. И, поскольку с момента вашего появления здесь я знаю, что вы прибыли сюда, чтобы нанести вред, вы не можете приказать мне уйти или удержать меня от нанесения вреда вам. Нулевой Закон превыше остальных. Я должен спасти Землю, поэтому прошу вас добровольно уничтожить ваши приборы, иначе я буду вынужден угрожать вам, как доктор Амадейро, хоть и не воспользуюсь бластером.