Адриан Коул - Трон Дураков (Омара - 2)

Труллгуны и Гамавары оцепенели от страха при виде Умлака и его братьев по оружию, однако, заметив, что Сайсифер и Оттемар чувствуют себя в компании гигантов вполне спокойно, оставили свои мечи в ножнах. Первым опомнился Варгалоу. Он встал, чтобы приветствовать вновь прибывших, и теперь с неприкрытым любопытством рассматривал Умлака.

- Камнетес, - сказал он. - Я слышал о твоем народе.

- А ты Варгалоу, Избавитель, - ответил великан. - Мы тоже о тебе наслышаны.

- Нам многое предстоит обсудить, - вмешалась Сайсифер, чувствуя растущее напряжение. - Может, сейчас и начнем?

Люди Умлака мирно расселись подле огня, и их тут же окружили любопытные, которым не терпелось услышать рассказ об их приключениях и перемолвиться парой слов с чудными маленькими человечками. Довольная, что все так хорошо складывается, Сайсифер отвела Умлака в палатку, где проходил военный совет. Там Камнетес уселся прямо на пол, подогнув под себя ноги; похоже, присутствие большого числа незнакомых людей нисколько его не смущало. Зато Ранновик и Даррабан с сыновьями прямо дар речи потеряли, увидев невозмутимого гиганта. Заметив это, Оттемар ехидно усмехнулся.

- Не пугайтесь, - успокоил он их. - Умлак тоже наш союзник, причем отличный, пойдет за нас в огонь и в воду.

- Можете в этом не сомневаться, - серьезно подтвердил Умлак. Тут его взгляд упал на Орхунга, который неподвижно стоял в темном углу палатки, сохраняя абсолютное молчание. Оттемару на мгновение показалось, что Камнетес сейчас бросится на Созданного, но тот, очевидно, передумал и отвел взгляд, хотя сомнение по-прежнему читалось в его глазах.

- Я все еще пребываю в изумлении, друзья мои, - начал Оттемар. - Как вам удалось найти нас здесь, так далеко от ваших родных гор?

Умлак тяжело вздохнул, а его спутники, оставшиеся снаружи, тут же умолкли, будто услыхав слова Оттемара. Угнетавшая Камнетеса тоска сгустилась в по-зимнему холодном воздухе Утморна, замершего в напряженном молчании.

- Расскажи им, - обратилась к Умлаку Сайсифер. Глаза девушки отражали какое-то тяжкое знание, о котором она не хотела говорить сама.

- Хорошо, - кивнул гигант. - Начну с того момента, когда мы расстались возле Вестерзунда. - Даррабан и другие уже знали от Оттемара о том, как они с девушкой бежали из Теру Манга через горы. Мы возвращались домой через горы, когда вдруг заметили, что вокруг творится что-то непонятное. Вдруг навстречу нам прилетел Скайрак со своими братьями и сообщил о нападении Ферр-Болганов. Они не только не прекратили осаду, но с каждым днем их становилось все больше: подземные пещеры изрыгали их, как блевотину, так что и дюжине человек сразу не сосчитать. Каменная Твердыня была окружена ими со всех сторон. Мы понеслись к крепости так быстро, как только могли, но, когда знакомая каменная игла возникла перед нами, мы обнаружили, что не можем к ней подойти. Ферр-Болганы, обычно боящиеся солнечного света, кишмя кишели вокруг. Их сопровождали десятки других, тех, кого мы зовем пастухами.

- Дети Горы, - вставил Оттемар. Варгалоу вздрогнул, услышав его слова. Это была худшая новость за последние дни.

- Земля содрогалась от их топота, - продолжал между тем Умлак. Голыми кулаками колотили они в каменные стены крепости. Бегство Оттемара Римуна привело их хозяина в ярость. До нас уже доходили слухи, что он послал своих прислужников в крепость Гамаваров и они разнесли ее по камешку, а людей, которые не успели скрыться в море, поубивали...

Услышав это, Ранновик взволнованно спросил:

- Никто не выжил?

- Мне жаль, что приходится сообщать тебе печальную новость, если ты один из них. Уцелели лишь те, кому удалось уйти в море. Вашей крепости больше нет. Чудовища разобрали даже стены и сбросили камни в море. На том месте, где стояла цитадель, теперь пустота. - Умлак вздохнул. - Ярость Анахизера была ужасна. Она обрушилась на нас, словно метель в горах. Мы и не подозревали, что у него такая огромная армия! Ферр-Болганов в ней без счета, как песчинок на морском берегу! Анахизер, наверное, думал, что Оттемар все еще у нас, так как Ферр-Болганы не жалели усилий, чтобы проникнуть внутрь.

Вернувшись из Вестерзунда, мы не смогли попасть в крепость и, спрятавшись в скалах, наблюдали за ходом осады. Раз за разом Ферр-Болганы устремлялись на штурм, но их отбрасывали назад. Горы их трупов высотой в человеческий рост устилали землю у подножия башни, но безжалостные пастухи продолжали гнать тварей вперед. Наконец, воспользовавшись затишьем между атаками, мы с моими Камнетесами застали нападавших врасплох и пробились внутрь крепости. Семерых потеряли мы в том бою, но домой все-таки попали. Камнемудр и Землемудр готовились пустить в ход доступную им магию, утверждая, что глубоко под нами Анахизер собирается прибегнуть к помощи чудовищной силы. Они уже чувствовали жар, который скоро должен был подняться из земных недр. Тут небо над крепостью потемнело, и на нас налетел ураган такой силы, что утесы крошились под его натиском и целые лавины камней устремлялись с горных вершин в долины. Но Каменная Твердыня выстояла, скала, из которой она была изваяна, даже не шелохнулась. Ферр-Болганы куда-то убрались, но только на время, пока зло внизу подтачивало самые устои нашей башни.

Беспомощно наблюдали мы за тем, как горные вершины вокруг нас сначала докрасна раскалились, как угли в топке, а потом осели и растаяли, словно внесенный в теплую комнату ком снега, оставив после себя лишь обгорелые пеньки. Но Землемудр и Камнемудр объединили свои усилия в борьбе с новой угрозой, и Каменная Твердыня продолжала держаться. Однако силы наших мудрецов таяли, и подземное пламя продолжало пробиваться наверх, терзая камень. Наконец напряжение достигло предела, и стены, не выдержав, потрескались и начали крошиться вокруг нас. В ту же минуту в образовавшиеся в стенах провалы лавиной устремились Ферр-Болганы. Завязалась кровавая битва. Мы убивали подземных тварей без счета, но место каждого из убитых занимали трое новых. Много моих друзей пало в том бою.

Погиб и Луддак, наш повелитель, даже легендарная мощь его руки не помогла ему. А когда та же судьба постигла и Йанелгона, нашего Землемудра, мы поняли, что крепости пришел конец. Эннис Амродин собрал вокруг себя сильнейших из нас, и все вместе мы проложили путь наружу. Никто из нас не мог поверить, что Каменная Твердыня умирает, однако так оно и было.

Ферр-Болганы продолжали выползать из своих подземных нор. Но мы отбили все их атаки и укрылись на возвышенности. Они оставили нас в покое и обрушили всю свою ярость на крепость. Мы увидели, как она стала малиновой от жара, и вдруг пламя охватило ее всю, и камни начали крошиться, обнажая живую сердцевину горы. Медленно, будто в страшном сне, она начала оседать в свою огненно-красную могилу, и крик боли, исторгнутый из ее недр беспощадным пламенем, долго еще отдавался в ушах каждого из нас. Скайрак и его орлы метались в небе над тем местом, где когда-то стоял наш дом, хрипло крича и то и дело ныряя вниз, но ничего не могли поделать. - Рассказывая свою мрачную повесть, Умлак не мог удержаться от слез, и они свободно текли по его лицу. Но вот он, словно опомнившись, поднял руку, вытер глаза и продолжал: - Перед нами было два выбора: бежать или умереть. Эннис Амродин, лишенный своей волшебной силы, сохранил присутствие духа. Последние оставшиеся в живых Земляные Люди и несколько сотен Камнетесов с семьями окружили его и стали требовать, чтобы он повел их в атаку против чудовищ, готовые пасть все до единого, но отомстить за разрушение живой крепости. Однако Эннис Амродин запретил им даже думать о подобном, и никто не осмелился возразить, хотя откуда у него взялись силы, я до сих пор не понимаю. Камнемудр велел нам рассеяться и уходить по частям. Сам он отправился на запад, в ледяные пустоши Кровавого Рога, откуда когда-то пришли наши предки. Всех, кто хотел, он взял с собой.