Альберт Дебейер - Иные миры. Будущее возможно...

– Пожалуй, это было самое необычайное приключение, когда-либо кем-либо пережитое, мистер Бигхед.

Томми утвердительно кивнул головой.

– Да, это займет целую первую полосу «Вечерней почты». Надо будет дать хороший заголовок: «Живой метеор», или еще лучше: «Путешествие Томми Бигхеда в мировое пространство». Конкуренты лопнут от зависти!.. А мистер Тиллер – от гордости, что лучший репортер штата Мичиган работает в его газете. Что я говорю Мичиган – нет, всей Земли, всего мира!

Гардт рассмеялся.

– Вам обеспечено знание мирового чемпиона, мистер Бигхед. Но расскажите все-таки, как вы попали на эту планетку.

– Чрезвычайно просто! Я решил избавить вас от моей слишком много весящей персоны и пустился в путь на свой риск и страх. Захватив с собой кислород и патроны, я отправился в путь, не имея представления, куда именно направляюсь. Дорога унылая, холодная... Я немного уснул. Когда проснулся, заметил, что ко мне сбоку приближается какое-то большое светлое тело. Я пустил в ход свой реактивный револьвер и выпустил почти все патроны. Похоже было на охоту на слонов. Наконец, я упал и ухватился за какой-то выступ. Рука еще до сих пор болит от толчка, который я тогда получил. Я куда-то влез и постарался устроиться на ночлег. Дальнейшее вам, вероятно, известно лучше, чем мне.

– Это поистине чудо! – сказал задумчиво Ганс Гардт. – То, что ваш путь пересекла планетка, не столь удивительно, как то, что вы очутились там как раз в тот момент, когда планетка прошла ту же точку. Это счастливое совпадение, и на такой шанс я бы не поставил копейки против миллиона! Сколько патронов вы выпустили при встрече?

– Точно не помню, кажется около ста штук.

– Гм, каждый патрон меняет скорость одного человека на сто пятьдесят сантиметров в секунду. Сто патронов дали вам возможность ускорить или замедлить ваше движение на сто пятьдесят метров в секунду.

Он задумался, а потом воскликнул:

– Расчет верен! Различие скоростей вашей и спутника не могло превышать ста семидесяти метров в секунду. Тут ничего чудесного нет! Ваше спасение может быть объяснено математически. И однако же, это чудо!

– Все это будет мною использовано в моей статье «Путешествие Томми в пустоту». Ладно! Когда мы отправляемся?

– Куда?

– Домой, конечно.

– Или через десять суток, или...

– Или?

– Или никогда, – сказал серьезно Гардт. – Пока солнце сядет, – продолжал инженер, – тут можно будет продержаться. Так как солнце не достигло еще зенита, то в этой местности ночь наступит не так скоро. День на Луне продолжается две земных недели. Но когда наступит долгая двухнедельная лунная ночь, мы будем лишены тепла и погибнем здесь от холода.

– Значат, нам необходимо убраться отсюда заблаговременно.

– Мы все такого мнения, мистер Бигхед, но наши запасы горючего исчерпаны. Если не удастся тут добыть какого-либо горючего для нашей ракеты, то нам нет возврата, и та пустыня, где мы находимся, станет нашей могилой.

Глава 25

В НЕВЕДОМОМ МИРЕ

За завтраком беседовали о том, что необходимо предпринять в ближайшем будущем.

– Раньше, чем мы решимся оставить «Виланд», – сказал Гардт, – мы должны точно знать, где мы находимся.

– На Луне, – вмешался Томми, – разве можно еще сомневаться в этом?

– Это безусловно, но ведь Луна не математическая точка, а мировое тело, имеющее более десяти тысяч километров в окружности. На ее поверхности свободно могла бы поместиться вся Америка.

– Гм, меня крайне занимает вопрос, каким образом вы сумеете установить, на каком именно месте этого мирового тела мы сейчас находимся.

– Это совсем не трудно, если только мы видим Землю. Если наша родная планета отсюда видна, то мы находимся на той половине Луны, которая обращена к Земле и которая поэтому лучше всего изучена.

Три пары глаз устремились к окну.

– Если этот металлический серп там наверху – не наша Земля, – воскликнул Томми, показывая рукой на одно из верхних окошек, – то я обязуюсь за всю свою жизнь не написать больше ни одной строчки!

На темном, почти черном небе, виднелся огромный бледный полусерп, значительно превышающий своими размерами солнце. Очертания Европы и части Азии были так ясны даже невооруженному глазу, что обет Томми не представлял собою ничего ужасного.

Гардт взял секстант и стал измерять высоту земного диска, сперва одного, затем противоположного края. Среднее из этих двух измерений давало высоту центра Земли над лунным горизонтом.

– Восемьдесят три градуса сорок минут, – сказал Гардт. – Значит, мы находимся очень близко к центру лунного диска, потому что в центре высота Земли равняется девяноста градусам: она стоит в зените. Наше расстояние от этого центра равняется шести с половиной градуса.

Инженер разложил большую карту Луны и начертил вокруг центра круг, радиусом в шесть с половиной градуса.

– Вот в этом круге мы и находимся, – объяснил он своим заинтересованным спутникам. – Как вы видите, это место находится близко от большого цирка Ретикус, прорезывает Гиппарх, касается кратера Гершеля и Маклорена, пробегает далее большое расстояние по равнине и, наконец, проходит посредине вот этого кратера, Триснекера.

– Замечательно! – сказал восхищенный дядя Алекс. – Выбор, однако, достаточно большой.

– Терпение! Мы можем определить наше место и другим способом: измерением высоты Полярной звезды. К счастью, на черном лунном небо можно и днем видеть наиболее яркие звезды. Поищите-ка семизвездье Малой Медведицы, которое вы все знаете.

– Кроме меня, – честно сознался Томми.

– Последняя звезда на хвосте Малой Медведицы и есть Полярная; она стоит над Северным полюсом Земли. Мы можем надежно ориентироваться по этой звезде и на Луне. Маленькую разницу нетрудно будет исправить путем вычислений.

Немало времени прошло, пока Андерлю удалось найти звезду, мерцавшую на горизонте над гребнем гор.

– Мне, кажется, – сказал Гардт, – четыре градуса тридцать минут высоты.

– Как можно использовать это измерение?

– На основании следующих расчетов: для Северного полюса Луны высота полюса равняется девяноста градусам, для расположенного между полюсами экваториального круга – нулю. Измеренная высота полюса представляет собою, таким образом, угловое расстояние нашего пункта от экватора. Если мы на расстоянии четыре с половиной градуса проведем параллельную экватору линию через северное полушарие, то наше положение должно оказаться на этой линии.

– А эта линия пересечет круг в двух точках, – закончил Алекс. – В одной из этих точек и должно быть место, где мы находимся. Не так ли?

– Совершенно верно! Посмотрим. Западная точка лежит где-то на равнине. Через окна ракеты мы видим недалеко расположенные высокие горы. Таким образом, речь может идти лишь о другом, возвышенном месте, и смотрите-ка, оно лежит, вне сомнений, в кратере Триснекера.