Татьяна Апраксина - Черный Истребитель

– Что там такое? - услышала Танька вальяжный голос Маршала из ближней комнаты и вздрогнула. Она до того привыкла его ненавидеть, что даже сейчас ей хотелось одного - достать из кармана пистолет и выстрелить ему в лоб. Герцог, держа пистолет на уровне груди, шагнул вперед, в открытую дверь комнаты, одновременно закрывая собой Таньку.

– Гости! - весело сообщил он, входя и держа кого-то, пока невидимого для Таньки, на прицеле. Танька высунулась из-за его плеча.

– Ну, мать твою… - потрясенно сказала она.

Глазам ее предстала идиллическая картина. Возле окна стояли два глубоких кожаных кресла, между ними - журнальный столик, на нем две чашки, две рюмки и пузатая бутыль коньяка. В комнате благоухало кофе и коньяком. А в креслах сидели Маршал и живой, вполне невредимый Саша. Саша застыл с рукой, заведенной за спину. Маршал держал приподнятые руки ладонями к ним, демонстрируя свою безоружность.

– У него там пистолет, - ябедным тоном сказала Танька.

– Догадался… - не двигаясь, ответил Герцог. - Так. Медленно вынь ствол, брось на пол и положи обе руки на колени.

– Димка, ты с ума сошел? Я в тебя стрелять буду, по-твоему? - оскорбленно фыркнул Саша, но пистолет на пол бросил и руки на колени положил.

– Не знаю, - серьезно сказал Герцог. - Может, не будешь, а может, решишь пострелять.

– Совсем спятил… - обиделся Саша. - Да я…

– Потом расскажешь, если я вдруг еще чего о твоих подвигах не знаю. Ну что, голубки, поговорим?

Саша кивнул. Маршал так и сидел с выставленными вперед руками, и выражение на его лице намекало, что в ближайшие полчаса изъясняться он будет способен только междометиями.

– Спелись? - возмущенно сказала Танька. - Подружились? Коньяк пьете? А кто тут кого убить хотел из чувства мести и всякого там фронтового братства?

– Может быть, я бы его и убил. Потом, - сказал Саша совершенно серьезно. Маршал еще больше побледнел, хотя вроде дальше было некуда. Видимо, это для него явилось новостью, причем не из приятных.

– Что же помешало? - спросил Герцог, опуская пистолет, но не убирая его. Танька огляделась, увидела два стула и подвинула к столу. Они сели.

– Мне нужны были некоторые вещи, - объяснил Саша. - Которые мог сообщить только он.

– Какие же?

– Выход на вашу компанию. Информация по Скиннеру и лаборатории.

– И зачем тебе понадобилась наша компания?

– А кто еще отнесся бы всерьез к этой истории? Мне нужны были помощники.

– Для чего?

– Для того чтобы прикрыть эту шарашку.

– Высоко замахиваешься, - неодобрительно сказал Герцог. - А не думал ли ты, друг мой, что ты просто подставишь людей, и этим все кончится?

Саша неопределенно покачал головой.

– Ясно. Тебе было наплевать.

Саша недовольно дернул щекой, но промолчал.

– Саша, а зачем ты все это инсценировал? С машиной? - недобро щурясь, спросила Танька. Больше всего ей сейчас хотелось плюнуть обоим в морды.

– Я очень надеялся, что ты отправишься к Скиннеру. За помощью или за чем угодно.

– Ты совсем дурак? - возмутилась Танька.

– Ну, я думаю, что так в итоге и вышло бы. Меня же никто в расчет не принимал… - сказал Герцог.

– Да уж! - согласился Саша. - Эта милая леди мне тридцать три раза рассказала, как видела твой холодный труп.

– Ну, не труп. Но в принципе были шансы, - переводя взгляд на Маршала, улыбнулся ему Герцог. У Таньки от этой улыбки прополз холодок между лопатками.

– Альба, я… я даже не знаю, что сказать. Я… я…

– Не хотел? - участливо спросил Герцог.

Маршал кивнул, кажется, не вполне понимая, что над ним издеваются. Таньке даже стало его жалко - она подозревала, что он действительно не особо хотел убивать. Может быть, действовал в аффекте, может быть, не видел другого пути. Но жалость была какой-то брезгливой.

– Ладно. Допустим, - продолжила Танька. - А врал ты мне из каких соображений? Тоже для того же?

– Да, - кивнул Саша. Он точно не чувствовал себя виноватым, скорее, наоборот - героем. - Мне нужно было запрограммировать определенные реакции.

– Идиот… - засмеялся Герцог. - Ты хоть примерно представлял себе, кого пытаешься программировать?

– Вполне. - Саша высокомерно улыбнулся. И Танька вдруг поняла, насколько же он чужой. Все словно водой смыло - доверие к нему, как к брату, симпатию, интерес. Их было двое - надежный, верный друг и расчетливый холодный интриган, два лика Януса - и сейчас Танька видела вторую сторону.

– Вот я и говорю - идиот, - не стал ввязываться в спор Герцог. - Ладно, ты зачем на девочку засаду с пистолетами устроил?

– Где?! - удивился Саша.

– В гнезде! - слегка повысила голос Танька. - В Очаково! По данному тобой же адресу!

Саша развел руками.

– А вот это уже не моих рук дело.

– Что-то не верится.

– Как хотите. Я не собираюсь врать. Мне кажется, дело у нас общее. Или как? - вздернул подбородок Саша.

– Может, и кажется… Я о вашем деле еще не знаю, - обаятельно улыбнулся ему Герцог. - Рассказывайте, оба.

Начал Маршал. Еще в начале осени к нему явился тип, которого Саша с Танькой обозвали Скиннером, и предложил интересную работу. Вовсе не в закрытой лаборатории, напротив - вполне совместимую с текущей деятельностью. Задача была простой - наводить Скиннера на тех, в ком Маршал видел бывших имперцев. Маршал долго прикидывался дурачком и втирал Скиннеру про ролевые игры и увлечение научной фантастикой, но в конце концов ему предъявили кучу интересных материалов о его роли в наркобизнесе и предложили хорошенько подумать о дальнейших перспективах. Маршал честно подумал. Все три перспективы - угодить в тюрьму, в лабораторию и закладывать своих - выглядели равно отвратительными, но в итоге третья показалась более сносной.

Танька понимающе кивнула. Ничего другого от Маршала она и не ожидала.

Однако сдавать друзей ему не хотелось. Из небольшого круга «проявленных», как он их называл, Маршал выбрал пару личностей, не самых ему приятных и ничего особо интересного из себя не представлявших. Один планомерно спивался, другой имел в голове сборную солянку из обрывочных воспоминаний, прочитанных книг и фантазий на почве комплекса неполноценности, любил наврать о себе с три короба. Этих жертв Скиннеру надолго не хватило, и в ноябре он потребовал еще. Тогда Маршал отправился посоветоваться с Герцогом, но вместо совета вышла ссора из-за Таньки. Зачем Маршалу понадобилось бить приятеля по голове и потом - ножом в спину, он внятно объяснить не смог.

– Это тебя так та моя фраза задела, что ли? - спросил Герцог, и Маршал стыдливо кивнул:

– И это тоже.

– Какая фраза? - поинтересовалась Танька. Маршал вскинул на Герцога глаза, в которых застыла такая немая мольба, что Танька едва не свалилась со стула.