Андрей Прусаков - Древолюция

Человек обгорел, и на его лицо, обезображенное пламенем, было страшно смотреть. Но Вожаков узнал его по высокому росту. Это был командир отряда Курмаева, тот верзила, что бил сначала его, а потом Поборцева.

- Помогите! - прохрипел он. - Унесите меня отсюда...

- У нас больницы нет, - проронил лесник.

- Вы не понимаете... - каждое слово давалось человеку с огромным усилием. Сожженное до мяса лицо шевелилось, выплевывая кровь и слова. - Через двадцать минут... по городу будет... удар...

- Что?! - переспросил Вожаков, но ответа не дождался. Раненый потерял сознание. Изо рта его хлынула кровь, и он обмяк. Николай поднялся совершенно ошеломленный.

- По городу будет удар! - повторил он, обращаясь к леснику. - Через двадцать минут! Наверно, через двадцать минут после взлета... Сколько прошло времени?

Лесник молча покачал головой. Он не видел крушения вертолета и тем более не смотрел на часы.

- Беги по домам! - крикнул ему Николай. - Надо всех выводить из города!

- В лесу не скрыться! - возразил Петр Ильич. - Можем не успеть.

- Все равно надо уходить, хоть куда!

Лесник на секунду задумался:

- Под складами на Горьковской есть хорошие подвалы! Глубокие! Туда надо!

- Хорошо, беги, собирай всех, я сейчас! - Николай бросился к Свете, склонившейся над Поборце-вым.

- Поднимайся, поднимайся! - он подбежал и резко вздернул на себя Алекса так, что он застонал от боли.

- Ты что делаешь, Коля? - возмутилась Света. - Его нельзя так...

- Быстрее бежим, город будут бомбить! - он потащил Поборцева к домам.

- Как бомбить? - не поняла Света. Она подстроилась к шагу Вожакова и закинула вторую руку Алекса себе на плечо, помогая нести раненого.

- Что значит 'бомбить'? - переспросил Алекс. В голове не укладывалось, что Дымов могут бом-бить. Зачем? - Кто тебе это сказал?

- Раненый солдат. Сказал, что по городу будет удар через двадцать минут после взлета!

- Отпустите меня, - потребовал Поборцев. - Сам дойду. Куда идти?

- На Горьковскую, к складам! - прокричал, убегая, Вожаков. - Туда бегите!

Николай бросился к домам. Хорошо, что дымовцы жили кучно: практически все жители обитали в трех домах, отапливаемых одной котельной. Собрать людей по всему городу было бы нереально, а так у них был шанс. Он забежал в свой дом, стуча в каждую квартиру и, что есть сил, кричал на лестнице:

- Все вниз! Быстрее! В бомбоубежище! Быстрее!!

Петр Ильич оповестил остальные два дома, и жители бегом побежали к складам на Горьковской. Вооруженный топором Влад сшиб замок с массивной железной двери, и люди пестрой лентой потекли вниз, в подвал.

- Смотрите, никто не остался дома?! - спрашивал последних беженцев Вожаков. Он стоял на площадке перед складом, слыша, как в сумрачном небе приближался и нарастал шум самолетных двигате-лей. Не верилось, что такое возможно, что их маленький, затерянный в Сибири Дымов когда-нибудь станут бомбить...

Что они сделали, в чем виноваты? На эти вопросы у него ответа не было, но низкий гул, накатив-шийся на город, не предвещал ничего хорошего. Он успел заметить стремительно приближавшийся самолет, и рука лесника с силой дернула его:

- Ты чего ждешь? Бомбы на голову?

Они забежали в полуподвальное помещение и вдоль бетонной стены бросились дальше. Свет про-никал сюда через давно немытые крошечные окна, забранные решетками. Петр Ильич повлек Вожакова дальше, до еще одной двери со ступеньками вниз, в еще более глубокий подвал. Света там не было, окон, разумеется, тоже, лишь во тьме горели несколько зажигалок, освещая напряженные лица горожан и испу-ганные мордашки детей.

- Надо дверь закрыть, - сказал лесник, подталкивая Николая вниз.

- А может, обойдется? - спросил Николай, но его последние слова заглушил мощный взрыв. Под-земелье вздрогнуло, и во тьме послышался детский плач.

- А ты куда? - удивленно спросил Вожаков, видя, что дядя Петя не собирается спускаться за ним.

- Я снаружи буду, - ответил лесник.

- Зачем? - изумился Николай. Наверху снова грохнуло, и он невольно втянул голову в плечи.

- Если подвал завалит, хорошо, если кто-то будет наверху. Тогда и остальным шанс есть...

- А если тебя завалит? Я с тобой пойду!

- У меня детей нет, - ответил Петр Ильич. - А у тебя дочка. Сиди здесь!

И захлопнул дверь.

*****

После бомбового удара на город было больно смотреть. Почти все высотные дома - а таковыми в Дымове считались даже пятиэтажки - были разрушены. Одноэтажные частные дома пострадали меньше - удар пришелся, в основном, по центру, но большинство остались без стекол. Но главное: никто из жителей не погиб и даже не был ранен. Помещение склада почти не пострадало, и люди, поднявшись из подвала, отправились к руинам в надежде, что уцелели хоть какие-то вещи.

Здание котельной было разрушено прямым попаданием бомбы или ракеты. Труба рухнула, котел разорвало взрывом. Это было самое страшное - теперь дымовцы остались без тепла, а ведь зима еще вся впереди.

На общем собрании решили разместиться в частных домах, там, где уцелели стекла, а топить дро-вами, благо печь имелась почти в каждом доме. Столовая со всем инвентарем была погребена под развали-нами, но дизель-генератор чудом уцелел. В общем, все придется начинать заново. Но никто не ныл. Потому что иного выхода не было.

Александр Поборцев был счастлив. Не только потому, что Светлана теперь была с ним, разделяя все, что давала или отнимала жизнь. Благодаря Курмаеву он узнал, что скоро падет и Америка, а значит, дендроиды завладеют всем миром. Впрочем, завладеют - не то слово. Псевдодеревья не стремились к вла-сти ради самой власти, что свойственно именно человеку. Да, отныне они доминировали на Земле, но Алекс был уверен, что это - к лучшему. Были они порождением природы, мутацией или странным космическим вирусом - какая разница, думал Поборцев, разве это важно? Важно, что мы, наконец, почувствуем свое место на этой планете, поймем, что сила нашего ума никогда не сравнится с мудростью природы, которую нам еще постигать и постигать. Дендроиды стали пощечиной, необходимой зарвавшемуся и вообразивше-му себя всесильным человечеству. И если мы действительно умны, мы поймем и изменимся. А дендроиды нам помогут. Все еще впереди.

*****

- Алекс, быстрее! Там такое! - ворвавшаяся в комнату Светлана сияла. Поборцев поднялся со стула:

- Что случилось, чего сияешь, как... - он улыбнулся, затрудняясь с определением. Он давно не видел ее такой радостной.

- Это надо видеть, пошли! - она подскочила к нему и нетерпеливо потянула за руку.

- Подожди, хоть ботинки надену.

Он вышел на запорошенную снегом улицу и увидел людей, бегущих в сторону разрушенной за-правки. Бежали радостно, возбужденно, дети смеялись и подпрыгивали, так что Алекс невольно улыбнулся: