Сергей Сазонов - Эликсир Любви

- На нас проверено - почти месяц, - Чуть прибавила Соня.

- Хорошо.... Успею..., - Виолетта Борисовна видимо в голове прикидывала вариант обустройства судьбы любимой племянницы, - А дальше то ваш препарат мне не понадобится. Сама же знаешь, Сонечка, моим подопечным он ни к чему, и даже вреден.

Соня сообразила, что опытная Виолетта решила сбить цену. Торговаться следовало до конца. Она сказала:

- Если Вениамин посчитал "эликсир" необходимым, для своих целей, то уж вашим девочкам-референтам, он как воздух необходим. Многое меняется, если, сердцу уже можно приказать, и кукловодом будет тот, кто владеет этим секретом.

- И всё-таки пятьдесят тысяч - не слишком ли дорого за несколько образцов? - Виолетта Борисовна перевела торги в другую плоскость.

Соня поманила её долгосрочными перспективами:

- Мы производим, Вы - потребляете. Если мы договоримся, будете регулярно получать "эликсир". А там, куда пожелаете, туда и используйте. Хотите, облагодетельствуйте окружающих, хотите, сливайте в канализацию. Деньги нужны не только, чтобы уехать отсюда, в первую очередь без них не наладить производство "эликсира". Чтобы его синтезировать необходимо специальное оборудование, особые реактивы. Всё это затратно. А коль мы предлагаем Вам войти в дело, то в Ваших интересах прикрыть нас от Вениамина.

- Это дополнительные расходы, - ворчливо, словно вахтерша Роза, сказала Виолетта, - судя по вашему рассказу тут не так всё просто. Одно дело - Love Story. У девчонки голова закружилась - сбежала с молодым человеком.... Если бы тут не история с "эликсиром". Для Вениамина это козырь. "Эликсир" - его идея, его деньги на разработку.

- Но придумал его - я. - Подал голос Алексей.

Виолетта отмахнулась:

- Вы - только инструмент, Веня имеет все права на "Эликсир", а значит и на вас. Прикрыть? Спрятать могу, так, чтоб не нашел первое время. А прикрыть...? Тут серьёзно думать надо...

- Вот и подумайте, в Ваших же интересах, - Заметила Соня.

Дальнейшие переговоры прервал дребезжащий, противный звонок, что шел не из коридора, а откуда-то из самого стола. Виолетта тут же взяла телевизионный пульт, что лежал под руками, и нажала кнопку на нем. Алексей проследил взглядом. На телеэкране сменилась картинка. Теперь там показывали знакомый холл, мужчин, что толпились у турникета и вахтёршу тётю Розу, что, не робея, спорила с незнакомцами. Алексей внутренне восхитился: "Вот вам и директриса курсов машинисток!" Оказывается, на входе у неё стояла телекамера. Если вахтерша нажимала тревожную кнопку, то Виолетта прямо из кабинета могла наблюдать, что там творится. Соня пригляделась к изображению:

- Аркадий? Шеф?

Она растерянно глянула на хозяйку кабинета. Та истолковал её взгляд по-своему:

- Это не я! Наверное, выследили вас. Как - потом будем разбираться.

Она вскочила с кресла. В руках её оказался ключ.

- Возьми, - Она протянула Алексею ключ, - Это от аварийного выхода.

Сама подошла к стеллажу с книгами, легко катнула его в сторону. Он, будучи на колесиках отъехал в сторону, обнажая скрытую за ним дверь.

- Туда, - Приказала Виолетта, - У задней калитки стоит моя "Волга". Водитель - Володя, отвезет Вас. Покажите ему это и скажите: "По варианту четыре".

Она сунула в руки Сони картонный прямоугольничек своей визитки. Алексей толкнул дверь, которая без скрипа растворилась. За ней был узкий темный коридорчик, заканчивающийся другой дверью.

- Погодите, - Придержала их Виолетта Борисовна.

Она вернулась к столу, вынула из него пачку долларов, протянула Соне:

- Здесь - десять. Больше нет. На первое время хватит. Эх, не вовремя Вениамин.... Потом свяжитесь со мной, подкину ещё. Теперь мы в деле! А где образцы? - Вопрос предназначался Алексею.

Оказывается, даже в такие минуты она не забывала об обещанном ей.

- У меня дома, на антресолях, - Просто ответил Алексей и назвал адрес.

- Ладно, бегите, - Виолетта захлопнул за ними дверь.

Слышно было, как прогрохотал колесиками шкаф, становясь на место. Алексей на ощупь, в темноте, двинулся вперед. Ах, как хотелось остаться и послушать, о чем будет разговор, но страх гнал быстрее от этого места. Стараясь не шуметь, он нашарил замочную скважину, вставил ключ. Дверь с трудом открылась, и молодые люди оказались на улице, на самом верху пожарной лестницы. И здесь Виолетта не пожалела денег. Старую лестницу, вертикальную, с прутьями-перекладинами срезали, а вместо неё соорудили более современную, с обычными (пусть и металлическими) ступеньками пролетами от этажа к этажу, сбегающими до низа. Стараясь не греметь, беглецы быстро спустились вниз и оказались перед решеткой, перекрывающей вход на лестницу с земли. Округа здесь была усеяна окурками. Вот, оказывается, где покуривали местные студентки, не видимые со входа. Этим же ключом открыли замок на решетке, и Соня с Алексеем побежали по утоптанной в снегу тропинке вглубь территории техникума. Через калитку в заборе они вышли на соседнюю улицу. Метрах в десяти от калитки стояла "волга". Соня заглянула в неё и помахала Алексею садиться. Оба забрались на заднее сиденье, и машина тронулась. Глядя на ускоряющийся бег прутьев забора за окном, Алексей негромко произнес: "...увозя их к новой жизни". Соня ничего не сказала. Её больше волновало, что сейчас происходит в кабинете директрисы.

А Виолетта Борисовна успела таки задвинуть шкаф, маскируя запасной выход и выключить телевизор, как в кабинет влетели двое крепких молодых парней. Один остался у входа, другой, обежав кабинет, зачем-то по ходу заглянув за шторы, скрылся в комнате отдыха Виолетты. Вслед за молодцами вошли сам Вениамин Алексеевич, бывший шеф Сони Воротовой и его помощник, Аркадий Львович. Из-за их плеча обеспокоено выглянула секретарша, оттесняемая ещё одним человеком Вениамина, стерегущим кабинет снаружи. "Никого!" - Известил шефа тот из боевиков, что досматривал комнату отдыха. Виолетта Борисовна даже не обернулась на его голос. Как всё-таки замечательно, что она в своё время установила телекамеру на входе. Это потребовало денег, но с внешним наблюдением она была готова к любым неожиданностям. Теперь надо изобразить удивление, хотя бы ради приличия. Она картинно приподняла брови при появлении чужих, но промолчала, ожидая, что будет дальше.