Валерий Быков - Книга власти.

Посреди этого зеркального изобилия я как-то забыл о главном. О том изобретении, что изменило всю картину древнего мира конца эпохи каменного века, начала эпохи ранней античности. Скажу даже более, рождение этого изобретения можно считать окончанием эпохи каменного века, правда, в те времена металлов у меня было очень мало, из-за чего оно не пошло в массы. И это изобретение играло исключительную военную роль в древнем мире долгие тысячелетия эпохи раннего расцвета нашей расы. Я забыл сказать, что, получив в своё распоряжение небольшое количество меди и железа, я, конечно же, додумался попробовать их смешать в разных пропорциях. Самым удачным сплавом меди и железа оказалась бронза, состоящая на треть из железа и на две трети из меди. Бронза в отличие от чистой меди и железа была очень твёрдой, и стала идеальным оружием для разного рода клинков и режущих инструментов. Я очень быстро переплавил все медные и железные вещи, что были сделаны мной ранее, в бронзу. В итоге мы получили несколько бронзовых топоров, которыми можно было очень эффективно рубить дерево, и в отличие от чисто медных и чисто железных топоров, бронзовые топоры почти не тупились и не сминались от ударов, потому что были намного твёрже. А также я сделал другие инструменты, как, то ножи, иголки, и другие швейные принадлежности. Увы, металла было мало, слишком мало, и я так и не смог вооружить им армию, хотя лично у меня был для собственных нужд крупный бронзовый нож с острым лезвием и острым наконечником. Я часто использовал его при работе с кожей, и для резьбы по дереву, а также, если оказывал кому-нибудь медицинские услуги. Позже я также провёл эксперимент с обработкой камня, я заметил, что бронза твёрже и прочнее камня. Я изготовил специальный клин, и смог им раздробить камень так, как мне было нужно. Но работа с камнем с применением бронзы именно тогда не прижилась, потому что бронзы было мало, и камни при желании можно было дробить и иначе, пусть менее точно.

Таким образом, лично мои знания в области металлургии сказочно обогатились, осталось только найти источник металла, и я уверен, я смог бы построить великое государство, каких не было никогда раньше на земле. Но сейчас, пока что я поставил перед собой задачу всё же истребить нашего исторического врага неандертальцев.

Спустя ещё двадцать пять лет развития, численность населения моего государства достигла трёх тысяч человек, и я стал формировать первые отряды по 400 человек, я посылал их на запад, по результатам разведки моих спец войск. Такие отряды уходили в длительные походы, иногда в походе делились на четыре сотни по сто бойцов, и истребляли неандертальцев. При этом, мои отряды впервые стали доходить до Гибралтара, расстояние до которого составляло чуть менее тысячи километров. И вот тогда, я впервые стал задумываться, что, наверное, я построил новое государство слишком далеко от Испании, чтобы вторгнуться туда. В связи с чем, я приступил к созданию семей поселенцев, и за следующие пять лет худо-бедно заселил территорию в радиусе сотен километров вокруг, потратив на это полторы тысячи человек населения. После чего, я приказал начать строить новый город на юге Гибралтарского пролива, что вёл самый короткий путь в Испанию. Постройка города представляла из себя посылку туда сначала ста человек, что построили первую факторию, потом я стал посылать туда людей регулярно, по сто человек каждые три месяца в течение года. И спустя несколько лет мне удалось построить на западе Африки к югу от Гибралтарского пролива город с населением тысячу человек, только я остро нуждался в населении, людей не хватало. В итоге, я, уничтожив все племена других людей в западной Африке, которых кроме неандертальцев было минимум два вида, какое-то время просто жил и ждал.

Мне потребовалось минимум пятьдесят лет, чтобы построить крупное государство в юго-западной Африке, причём оно состояло из двух достаточно удалённых частей, сообщение между которыми шло по морю. Но сильные гребцы могли доплыть из одного государства в другое примерно за трое суток, то есть достаточно быстро, и обмен товарами и управление также осуществлялось по морю. При этом я вёл политику постепенного переселения населения с востока на запад. А чтобы людям проще было доплыть, я построил три небольших города фактории по двести человек в каждой, как промежуточные станции пути с востока на запад. В итоге, на западе Африки расцвела первая крупная цивилизация.

Я как-то раз отправил гонца в Северное Царство, тот добрался до него, вернулся и рассказал мне, что Северного Царства как такового больше не существует. Причём, видимо, города государства севера воевали друг с другом, и перебили людей и порушили дома и города. В той зоне, где раньше было Северное Царство, теперь осталась область несколькими десятками крупных деревень с населением свыше 200 человек, и пара деревень на 300 человек. Люди, жившие в тех деревнях, тем не менее, по уровню своего развития стояли намного выше, чем любые другие ранее известные мне дикие народы. В частности, они сохранили баранов (овец) в качестве домашнего скота, а также держали волков как домашних собак. Впрочем, эти одомашненные волки уже были не совсем теми волками, что бегали по лесу. Таким образом, я понял, что столетия существования в виде настоящего города, навсегда и очень сильно изменили людей, оставив неизгладимые следы в их культуре и жизни. А значит, всё, что я делал, то было не зря, и наш мир шёл вперёд в своём развитии.

При этом, мои разведчики в Испании, что исходили её взад и поперёк сообщали мне, что Испания является мощным демографическим центром для неандертальцев. В частности некоторые группы неандертальцев, иногда в поисках лучшей жизни переходят летом Пиренейские горы и протекают в Европу. При этом, численность населения Испании очень велика, и там никак не меньше 200 тысяч неандертальцев, которые правда, пока не догадываются о том, какая угроза грозит им с юга. И я решил их пока не тревожить, копить силы, чтобы потом покончить с ними одним ударом. Я понимал, что если уничтожать их кусками, враг будет учиться, как воевать со мной, и это плохо, надо бить одним ударом.

Наконец в какой-то день, я объявил, что мы должны начать поход через год. Мои поселенцы заранее высадились на северном берегу Гибралтара и построили там крупный город военную базу. Там в этом городе разместилось 500 поселенцев, которые должны были держать дома на 1000 солдат и больницу на 500 раненых. После чего, когда город был построен, мои армии стали переправляться на север. К этому моменту, численность государства в западной Африке превысила 50 тысяч человек, поэтому армия была очень крупной, 5 тысяч человек. Мы начали компанию очень успешно, десять отрядов по 500 воинов разбрелись по всей Испании, и на протяжении полугода уничтожали врага. Причём большую часть времени заняла не сама война, а зачистка территории. Мы уничтожали неандертальцев под корень, женщин и детей. Несколько десятков племён, зная о том, что с юга идут великие белые демоны, так они нас называли, решили выскользнуть в Европу через проход в Южных Пиренеях. Мне пришлось разместить в горах сеть блокпостов, с которых лучники успешно убивали бегущего мимо через перевалы врага. Но минимум три тысячи человек, по моим оценкам, выскользнуло из Испании в районы Южной Франции. Преследовать их регулярной армией было очень сложно и далеко. В связи с чем, я начал строительство новой крупной базы на юго-западе Франции, около моря, на Лазурном берегу. Туда морем прямо из Ливии свозились строители, которые готовили город к новому финальному нашествию на страны центральной Европы.