Георгий Левин - Тень Чужого

Александр повернулся ко мне:

— Это Виктория Андреевна «Баламут»! Бывший прапорщик. Отличный стрелок. В совершенстве владел ножом и приёмами рукопашного боя. «Баламутом» он был и тогда! Когда носил форму.

Мужчина расплылся в улыбке.

— Господи! Такая женщина! А я без цветов! Простите! Подождёте? Сбегаю бурьяна надёргаю! Его в зоне много.

Александр на его речь внимания не обратил. Он смотрел на мужчину.

— Как сидится? Не спрашиваю! Нового ничего не расскажешь. «Такая женщина» майор и она попросила меня рекомендовать ей хорошего бойца. Для участия в опасном деле. Я и рекомендовал тебя. Можешь согласиться или отказаться! Я тоже в этом деле. Ну, как?

— Командир! Ну, Вы даёте! Мне здесь коптеть ещё шесть лет. Повезёт? Выпустят через два года. Вот и приходите! С Вами пойду куда угодно. Жизнь скучна!

Весело ответил мужчина. Александр улыбнулся.

— Твои беды и дела я знаю. От тебя требуется только «да» и эти ворота откроются перед тобой. Уцелеешь или нет? О судимости забудут. Да ещё и получишь 100 000. Не рублей! А зелёных бумажек с американскими президентами. 10 000 тысяч авансом. Погибнешь? Деньги выплатят. Кому укажешь.

Мужчина стал серьёзным.

— Командир! От такого царского предложения не отказываются.

Контракт подписал не читая. Пачку рассматривал удивлённо. Билет на поезд погладил. Александр подошёл к двери кабинета и открыл её. Начальник учреждения и наш сопровождающий зашли в кабинет. Александр кивнул сопровождающему. Тот повернулся к начальнику учреждения.

— Оформляйте документы на освобождение. Приказ Вам передадут по факсу сейчас же. Этого товарища доставите в город в паспортный стол. Я сейчас позвоню начальнику. Исполняйте!

Взял трубку телефона. Набрал три номера. Коротко переговорил. Мы покинули кабинет. На прощание Александр повернулся к ставшему серьёзным мужчине. Уже бывшему зеку.

— Не опаздывай! На вокзале в Москве тебя встретят. До встречи!

И мы уехали. Наш путь лежал во вторую зону. Ехать туда было по местному бездорожью часа три.

От трассы до зоны было километров 12. Но если трасса была в выбоинах. Эта дорога была без выбоин. Но и без дороги. Когда её ремонтировали последний раз? Можно было только гадать. Если обладать этим даром. Но у меня и у моих спутников этого дара не было. Да было и не до этого. Всё внимание и силы уходили на одно. Удержаться и не стукнуться лбами. С задачей справились! Но вымотались как после суток пути.

Здесь все было, как и на предыдущей зоне. Такое же ободранное и неприглядное. Только не было суеты местного начальства. Ворота распахнулись и мы въехали. Здание администрации находилось рядом с проходной. Она была встроена в двухэтажное здание дома свиданий заключённых с родственниками.

Вышедший из проходной офицер, проводил нас в кабинет начальника. Начальника учреждения. На языке зеков «хозяина». Он был человек не молодой лет 58–60 с погонами полковника. Нас он встретил спокойно. Без стоек «смирно» и виляния хвостом. Такая не зависимость удивляла и вызывала уважение. Причина была очень простой и банальной. О ней узнала позже.

Полковник посмотрел на нас и спокойно сказал:

— Проходите! Все приказы я получил. Два часа назад пришёл последний приказ. Он подтверждает Ваши полномочия. После беседы с отбывающим наказание заключённым Вы уполномочены принять решение о его немедленном освобождении. Я изложил всё правильно?

Наш сопровождающий кивнул головой. И полковник продолжил:

— Его сейчас приведут. Я уже приказал. Хочу сказать Вам откровенно. Мне уже бояться нечего. Приказ о моём увольнении уже в областном управлении. Возраст и выслуга есть. Поэтому и говорю прямо. Я буду очень рад! Если Вы его освободите. На пенсию уйду спокойно и с чистой совестью. Всем здесь не по себе пока этот человек здесь на зоне. Нет! Он не нарушает режим. Не бузит. Держится отдельно от криминалитета и от активистов. Образцовый заключённый! А его бояться все. И охрана, и сидельцы, и «смотрящий» и я. Да и я! Смешно? А мне нет! Я читал его дело. Участие в ограблении сбербанка четыре трупа! Но он не стрелял и не убивал. Это подтвердили все свидетели и его подельники. На следствии он ничего не скрывал. Вину свою признал. Но большой срок получил! Дело было громкое. Четыре трупа один из них сержант милиции. Вот и дали срок по полной программе. От души.

Два года назад в больничке на зоне была попытка бунта с захватом заложников. Она эта попытка длилась 12 минут! Никто ничего и понять не смог. В больничке лежал этот осуждённый. Он простудился и лежал с высокой температурой. У нас знаете не курорт. Сквозняки и холод. Моя дочь работает фельдшером в нашей больничке. Её муж тоже работает в нашем учреждении здесь больше работать негде. Так вот она была среди захваченных заложников. «Блатные» издевались над заложниками 8 минут. А потом он встал. Его шатало от температуры. Подошёл к ним и тихо сказал:

— Отпустите персонал больницы!

«Блатные» подняли его на смех. И бунт закончился. Этих девятерых уголовников еле откачали. Четверо ходят. Пятерых отправили на зону для инвалидов. Никто так и смог рассказать о случившемся. Вот и всё. И с тех пор его бояться все. А он молчит. И только иногда как посмотрит!

Вот так! Мы и живём. Идёшь на работу и гадаешь. На чьей стороне он сегодня? Может он решит побег организовать? Если бы сбежал? Никто из нашего персонала и охраны искать его и по приказу не пошёл бы. Предпочли бы быть уволенными или осуждёнными за невыполнение приказа. Простите! Буду в коридоре ждать Ваших распоряжений.

Полковник и наш сопровождающий вышли. В кабинете установилась тишина. Стук в дверь прозвучал как удар грома. Дверь открылась. Конвойный отскочил в сторону и в кабинет вошёл…

Я была разочарованна. После рассказа полковника ожидала увидеть двухметрового гиганта с пудовыми кулаками. А порог кабинета переступил худощавый мужчина с остриженной головой и грубыми чертами лица. Он был не много выше меня ростом. Облик этого человека был очень далёк от облика нарисованного моим воображением, что я растерялась. Эта растерянность на моём лице была заметна и ребёнку. Но на меня внимания никто не обращал. Оба мужчины безмолвно смотрели друг на друга.

Первым нарушил молчание Александр. Он сделал шаг навстречу вошедшему человеку. Протянул руку и сказал:

— Здравствуй «Костолом».

Вошедший человек не шевельнулся. Он молчал и продолжал смотреть на Александра. Потом произнёс:

— И тебе не противно подавать руку зеку?

Александр покачал головой:

— Я подаю руку своему товарищу и брату. С ним вместе я делил опасность и последний сухарь. Всё остальное это проза жизни. Она никогда не встанет между нами!