Игорь Исаев - Звездная цитадель

В этот миг один из роботов поднырнул под брюхо скутера и на экране появилась прикрепленная там портативная сварочная установка. Язычок горелки во всю шпарил в раскаленную до бела широкую балку несущей конструкции… Пиньяр злобно зарычал, так, что у сидящего в соседнем кресле пилота шея автоматически втянулась в плечи.

Опять его обвели вокруг пальца, словно мальчишку. Глаза капитана взбешенно сузились, а на лбу проступила пульсирующая жилка.

Грег пристально наблюдал, как на экране точки неприятельских роботов вплотную приблизились к скутеру-приманке. Еще несколько мгновений и можно будет одним ударом попытаться уничтожить все неприятельские силы. Грег чувствовал, как с тройной интенсивностью пульсирует кровь в висках и под солнечное сплетение подкатывает предательская тошнота. Грег сглотнул вязкий комок и положил палец на кнопку пуска дистанционного взрывного устройства… Но, все-таки еще было рано.

На экране было отлично видно, что двойное оцепление роботов находится в наилучшей позиции, но вот оба скутера с космонавтами находились в стороне, вне гарантированной досягаемости взрыва. Видимо вражеские экипажи чувствовали скрытую угрозу и не подходили ближе к ловушке. Но вот точки вражеских машин пришли в движение, еще немного и они разойдутся в стороны. Больше медлить было нельзя. Грег резким движением загнал кнопку в гнездо.

Вспышка взрыва была настолько мощной, что от нестерпимого блика, полоснувшего по экрану, Пиньяр зажмурил глаза. И в следующее мгновение на экране уже мерцал пустой фон. Передающие камеры роботов перестали работать. Капитан аж подпрыгнул от неожиданности в кресле. Его глаза метнулись к экрану радара. На месте неподвижного скутера возникло растущее размытое пятно. Точки роботов стремительно разлетались в стороны, а вокруг них бушевало какое-то переливающееся свечение.

«Дьявол, — скакало в голове Пиньяра, — сотня дьяволов! Это же была громадная мина-ловушка! Попался как слепой щенок…» И он снова и снова метался растерянным взглядом от погасшего телеэкрана к дисплею радара, где царил невообразимый хаос, и датчикам других приборов. Через несколько секунд мощная ударная волна достигла командирский скутер и космонавты чуть не повылетали из кресел от резкого толчка. Пока Пиньяр со своим вторым пилотом приводили в чувство шокированные взрывным импульсом системы и приборы скутера, в эпицентре взрыва продолжало раскручиваться адское колесо из сотен небольших вспышек и интенсивного возгорания разлитого всюду топлива. Большая ударная волна и сотрясения пространства от новых вспышек смешивали и сталкивали все новые и новые облака горючего с окислителем и зарево гигантского пожара набирало силу. Взрывные волны беспрестанно сотрясали все больший и больший объем, громадной слепой силой расшвыривали вокруг раскаленные увесистые обломки.

Ближайшие к центру взрыва роботы мгновенно погибли. Остальные боевые машины взрыв покалечив раскидал в разные стороны и часть из них сразу же сгорела в пылающих облаках реактивного топлива, часть была контужена тучами проносящегося в разные стороны металлического хлама. Тщетно капитан Пиньяр пытался вызвать на связь хоть один из своих автоматов. Даже те несколько из них, что все-таки уцелели в этой искусственной катастрофе, пока находились в глубокой коме. Огненные вихри швыряли в их безжизненные корпуса облака раскаленных капель металла, а процессоры управления в пылающей адской утробе взбесившегося хаоса пока имели одну цель окончательно не потерять сознания.

Стас с Грегом пристально следили за бушующим на экране радара косматым чудовищем большого пожара. Вся прежняя конфигурация этой части кладбища машин была растерзана, перемолота и исковеркана серией больших и малых взрывов. Сейчас их интенсивность и частота начала спадать, но рассеянные ударными волнами микроскопических капель топлива и окислителя создавали еще целые зоны больших пожаров. Всюду, в самых различных направлениях пролетали неподвижные раньше предметы и поэтому на радарном экране невозможно было отыскать боевые единицы неприятельской армии. Теперь там все двигалось и было нагрето до температуры камер сгорания реактивных двигателей.

Сейчас придется действовать почти вслепую и Стас с Грегом прекрасно понимали это. Враг теперь был значительно ослаблен но еще никак не побежден до конца. Капитан дал команду на запуск двигателя. Скутер дрогнул и медленно пошел вперед, раздвигая корпусом тучи мелких обломков. Капитан Миллер осторожно вел машину невдалеке от края области большого пожара. Все вокруг встревоженно двигалось, шевелилось и беспорядочно плавало, словно бы скутер попал в громадный улей больших рассерженных пчел. Часто по колпаку кабины колотили обломки средней величины и тогда по всему корпусу кораблика разносились гулкие удары.

Космонавты напряженно всматривались то в экран радара, то в пространство впереди. Сейчас привычный мутно-белесый свет толщи орбитального слоя был подавлен багрово-красным полыханием сплошных зон огня. Откуда-то из глубины этого мрачного сияния в любой момент могла вынырнуть пара боевых роботов со звездами бьющих из-под брюха лазерами или ромбообразная тень вражеского скутера. Друзья медленно и осторожно вели свою космошлюпку в последний решающий рейд.

Капитан Пиньяр лихорадочно пытался мощными сигналами адресной связи оживить свои разом замолчавшие боевые автоматы. Пока из двенадцати роботов на позывные ответили только три, да и те были отчасти парализованы и еще не могли окончательно прийти в себя. Пиньяр был шокирован такими ужасающими результатами взрыва и ни как не хотел поверить, что из двенадцати штурмовых машин у него осталось только три покалеченные. Поэтому он снова и снова продолжал с тупой методичностью вызывать молчащие номера. Изредка он скашивал глаза чуть в сторону, где сквозь прозрачное стекло колпака кабины просматривался корпус второго скутера под командой Рохаса. Неужели это все, что осталось в моем распоряжении — уже в некотором смятении задавал себе вопрос Пиньяр и пока все еще не отваживался ответить на него.

Наконец он решил на время оставить попытки реанимировать молчащие машины и сконцентрировал внимание на уже подавших признаки жизни. Пиньяр приказал всем трем автоматам включить двигатели и малым ходом идти на сближение. Тут же два робота сообщили, что начали движение, а один ответил — что ходовой двигатель поврежден и запросил возможность добираться на рулежных соплах. Пиньяр пробормотал какое-то ругательство и согласился.

Экипаж капитана Миллера медленно вел скутер по разводам и россыпям свалки металлолома. Отблески больших пожаров слева по борту окрашивали все вокруг в зыбкие зловещие тона. На пути то и дело попадались оплавленные, покореженные высокой температурой железные части, исторгнутые сюда взрывами из самого чрева огненной купели.