Андрей Марченко - Цифрономикон (сборник)

– Поверить оборотню? Да ты шутишь…

Майор присел на лавку. Дуло револьвера уставилось в переносицу Ивана, которого сразу прошиб холодный пот. А что, если он и правда не совсем нормальный? Что за обряд провела над ним ведунья Балганым? Что за страсти мерещились ему на пустыре? Кем на самом деле может быть странный полицейский?

– Признавайся! – приказал майор.

– Признаюсь, – послушно ответил Иван.

– Ага, – усы майора хищно поднялись над губой. – Так лучше.

Из кармана кителя он достал моток проволоки и приказал:

– Руки!

Иван вытянул руки вперед. Майор ловко, но не очень сильно скрутил их проволокой. Потом два раза обернул проволочную петлю вокруг горла.

– Вот и всё, – хмыкнул он. – Через час взойдет луна. Подождем.

Иван покосился на проволоку. Не то чтобы он хорошо разбирался в металлах, но проволока явно не была стальной, медной или алюминиевой. Тогда какой? Серебряной? И чего хочет добиться майор? Неудобств заключенному проволока практически не причиняла. Рукам было слегка больно – но не чрезмерно…

Майор достал из внутреннего кармана кителя маленькую металлическую фляжку и присосался к ней. Иван счел за лучшее не спрашивать, что с ним собирается делать обезумевший страж порядка. Или он не безумен, а не такой, как все? Что, если китель майора – только прикрытие? И отделение полиции со светящимися зелеными стенами – вовсе не отделение, и сержант – вовсе не сержант. И машина, на которой они ездят, – бутафорская? Но чего они хотят от него?

Ивана пробрала дрожь. Он представил майора огромным пауком, который стянул его паутиной и собирается высосать кровь. В тихой комнатке без света и без людей вокруг…

Майор, между тем, расслабился. Положил револьвер на лавку, откинулся к стене. Он словно чего-то ждал.

Иван решил, что ожидание ему на пользу не пойдет. Сосредоточившись, он напрягся, резко вскочил и ударил майора головой в лицо. Потом размахнулся – изо всех сил ударил сведенными вместе руками. Потянул – и неожиданно легко освободил руки от проволоки. Сорвал проволоку с шеи и выбежал из камеры.

Рывок по пустому, полутемному коридору. Еще рывок. И запертая на магнитный замок металлическая дверь. Иван застонал. Теперь ему точно конец. Бросился обратно.

Майор приходил в себя. Лицо его было разбито, но пальцы шарили по лавке, ища револьвер. Иван запустил руку в карман кителя майора – там, где он топорщился. Выудил связку ключей. Майор схватил оружие, повернул ствол в сторону Ивана и выстрелил. Не попал. Иван вновь рванулся прочь, пригнувшись. Еще один выстрел прогрохотал над головой.

Коридор. Еще коридор. Дверь. Магнитный «пятачок» на ключах подошел к замку. Дверь пискнула и отворилась. Иван выбежал во двор. Ворота, конечно, были заперты. Поверх – колючая проволока. Не перелезешь.

Иван взглянул на связку ключей в своей руке. Среди них был один, очень похожий на ключ от автомобиля. А патрульная машина стояла под порогом.

Терять было нечего. Иван прыгнул в полицейский автомобиль, завел еще теплый двигатель и тронулся с места. На первой передаче разогнался, насколько хватило мощности двигателя, и ударил в ворота. Те заскрипели, подались, но не открылись. Задний ход. Из дверей начали выбегать люди в серой форме. Иван вновь рванул автомобиль вперед. Удар. Ворота медленно, с трудом открылись. Автомобиль словно протиснулся сквозь них и, воя, с покореженным радиатором и смятым капотом покатился дальше.

Метров через двести, у незнакомого двора, Иван остановил машину и бросился в спасительную темноту. Сзади раздавались крики, завыла сирена, зашумели автомобильные моторы. Иван бежал по тропинкам между домов, сердце у него выпрыгивало.

Павел сидел за обеденным столом перед маленьким телевизором и пил чай. Лиля полулежала на кровати и водила пальцем по экрану смартфона – играла в какую-то игру. На Ивана она даже глаз не подняла – видно, была не в духе. Маленькая комнатка общежития – все на виду, ничего не скроешь. Такая же и у Ивана. Хорошо, что сосед уехал в командировку на три месяца.

– Нарисовался, – улыбнулся Павел. – А я с твоим паспортом сижу – не знаю, куда нести.

Лиля оторвала взгляд от экрана.

– Тебя правда в милицию замели? Да ты в крови весь… Подрался?

– Подрался, – согласился Иван.

Про майора – его кровь добавила пятен на одежде – рассказывать с порога вряд ли стоило.

– Давай я рубашку постираю. Сам кровь не ототрешь.

– Спасибо.

Иван не стал спорить, а быстро стянул рубашку. Дело даже не в том, что он не мог постирать одежду сам. Улики нужно было уничтожить как можно скорее. Майор его, конечно, запомнил. Но фамилию он его не знал, имени и места работы – тоже. Экибастуз большой, ищи! Постричься бы еще неплохо. Может, даже наголо. А как еще меняют внешность? Разве что одежду сменить… Парик он носить не будет – знакомые не поймут.

– Одолжишь какую-нибудь свою футболку? – спросил он Павла.

– Даже подарю, – усмехнулся друг. – Вот, возьми, с драконом. Она мне маловата, а тебе в самый раз будет. Рассказывай, что случилось?

Иван задумался. Как рассказать, чтобы Павел и, главное, Лиля не подумали, что он совсем съехал с катушек? Павел-то поймет, а вот от Лилии всего можно ожидать.

– Встретился с Мергеном – помнишь его? – спросил Иван.

– Помню. Мажор, на джипе ездит, – кивнул Павел.

– Поговорили, он меня к своей знакомой ведунье отвез. Чтобы она сказала, где Алмагуль.

Лилия, набиравшая воду в таз с рубашкой, обернулась. Такой поворот событий ее заинтересовал.

– Она шаманит? – деловито уточнил Павел.

– Я в этом не разбираюсь. Наверное.

– И что она сказала? – спросила Лиля. – Жива Алмагуль?

– То-то и оно. Сказала – ушла дорогой мертвых. Но не умерла. Я уточнил. И она меня туда же отправила…

– Ужас, – вздохнула Лиля.

– Самый ужас потом начался, – сказал Иван. – Братья Шаймиевы и какой-то их приятель меня убить хотели. Без всякого повода. А потом… Потом я и сам не знаю. Видел какую-то зверюгу… Огромную. Может, оборотня? Он убил парня, который с Шаймиевыми за мной гнался.

У Лилии даже рот приоткрылся.

– Зверюга? – уточнил Павел. – И как она выглядела?

– Как волк. Огромный волк в сгустке тумана.

– Но напала она на них, не на тебя?

– Верно, – Иван кивнул.

– А волк… Или волчица? – спросила Лиля.

– Я в них не разбираюсь, – ответил Иван. – После того как я оттуда сбежал, меня какой-то майор поймал. Привез в участок и начал прессовать.

– Денег ему дал? – спросил Павел.

Иван задумался, о чем можно сказать, а о чем – не стоит.