Window Dark - К последней полуночи (повесть о настоящем Деде Морозе)

— Анекдоты, — подмигиваю я. — Но если хотите стихи…

— Не, нам анекдоты лучше, — улыбаются девушки и пробуют заглянуть сквозь бороду.

Я машу рукой и паровозом пролетаю мимо. Вагончиком за мной следует Снегурочка. Девушки машут вслед. Не верят, что Дед Мороз вот так просто может от них уйти. А я не верю, что могу остаться. Не хочу верить. Потому что знаю, что одна ночь меня не согреет.

— Дед Мороз?

А что, кто-то сомневается? Я поворачиваюсь на голос. Зовут из автофургона. Зовушника скрывает мгла. Подходить или нет? Ситуация непонятная. Впрочем, по морде я уже получил, а снаряд обычно в одну и ту же воронку дважды не падает. Смелости придавало и то, что голос ничуть не напоминал вкрадчиво-презрительную речь Зимнего Снайпера. Люблю странные ситуации, стремлюсь к ним. И если уж заметил, то мимо не пройду.

Подходим к фургону. Красиво разукрашенное авто. По синему фону рассыпаны серебристые снежинки. Словно прибыл он сюда со съёмок новогодней комедии. В кузове суетится низенький человечек в синем халате.

— С Новым Годом! — начинаю я извечную песню.

— Вот только не надо мне про Новый Год, — отмахнулся «синий халат». — Ребята, выручайте, подарков уйма, а разносить некому. В этом году на Дедов Морозов недобор.

— Проблему нашли, — хмыкнул я. — Свистни студентов, туча набежит, и по дешёвке…

— Студенты не подойдут, — мрачно отвёрг моё предложение «синий халат». Настоящие Деды Морозы за деньги не работают. А эти подарки вручаются только настоящими.

Он вздохнул и сел, предоставив нам решать, настоящие мы или нет.

— Подарки-то мы возьмём, — заманчиво улыбнулся я. — Но доставку не гарантируем. Вдруг они нам самим понравятся.

— Если возьмёте, — равнодушно отозвался «синий халат», — то себе не оставите. Либо потеряете, либо донесёте, кому положено.

— Проверим? — завёлся я.

— Да хоть запроверяйтесь, — устало сказал «синий халат». — Вы, ребята, лучше решайте скорее, берётесь или нет. Мне ведь ещё дюжины три Дедов Морозов потребуется. А пока я тут с вами объяснялочками развлекался, пара уж точно мимо проскочила.

— Берём, — без раздумий согласился я и уж после взглянул на Снегурочку. Снегурочка кивнула, и я вдруг почувствовал, какой же это чудесный праздник Новый Год.

12

В то, что нам предстоит разносить необычные подарки, я поверил, взглянув на мешок. Мешок был подходящим. Невозможно объяснить, как это — подходящий мешок. Подходящий по весу? Подходящий по размеру? Подходящий по цвету? Но вы подходите к груде мешков и вдруг замечаете его — самый для вас подходящий мешок.

Здесь ключевое слово «для вас». Я не рисую картинки, потому что «для вас» и «для меня» в смысле подходящего — понятия, весьма и весьма разные. Не знаю, какой он — подходящий для вас мешок. Но тот, который подходил мне, сразу остановил взгляд. Я поднял его — нормально. Закинул на плечо — в самый раз. Улыбнулся «синему халату» и заметил, как на его лбу разгладилась одна из морщин. Видать, проблемой стало меньше. Вернее, проблема стала нашей.

— Ну, — облегчённо выдохнул «синий халат». — Молоток! Бери блокнот и за дело.

Мне вручили блокнот. Вернее, эту узорчатую книжечку перехватила Снегурочка. Ветер игриво листнул страницы. Длинный список. Фамилии, имена, отчества, отпечатанные золотом. И ни одного адреса.

— Эй, — возмутился я. — А тащить-то куда?

— Прочтёшь фамилию и адрес сразу вспомнишь, — певуче произнёс «синий халат» и тут же расстроено заорал. — Всё, всё, вперёд. Вы мне обзор загородили! Я из-за вас опять потенциального Деда Мороза упустил. Что-то клёва никакого, — вздохнул он, прооравшись, — Придётся менять дислокацию.

Взял и уехал. А мы пошли. Просто пошли вперёд.

— Читай что ли, — ворчливо сказал я, намекая, какую непосильную тяжесть приходится волочить, и как хорошо живётся Снегурочке, к которой перекочевал мой мешок. — Кто там у нас первым по списку?

— Агафонова Дарья Ивановна, — звонко отрапортовала Снегурочка.

И я с удивлением понял, что Даша живёт вон в той трёхэтажке, до которой рукой подать. Я не знал ни номера дома, ни квартиры. Зато ясно чувствовал, как надо идти.

Движение остановила железная дверь, когда-то покрытая чёрной краской, о чём свидетельствовали редкие тёмные островки посреди бескрайнего моря ржавчины.

— Ну вот, — расстроилась Снегурочка. — Закрыто.

— Дёрни за верёвочку, дверь и откроется, — посоветовал я.

Снегурочка смерила меня испепеляющим взглядом. Дверь всё же дёрнула. Правда, не за верёвочку, а за ручку.

Щёлкнул замок, и дверь отворилась.

— Видишь, — важно кивнул я. — Настоящим Дедам Морозам двери — не помеха.

— Хорошо что мы — не Санта-Клаусы, — отозвалась Снегурочка. — Иначе пришлось бы лазить через трубы.

Против житейской мудрости не попрёшь. Оставалось лишь посочувствовать беднягам Санта-Клаусам, скованным морем условностей. Пока я горевал за их несчастную судьбу, ноги почти самостоятельно довели меня до нужной двери.

— Что теперь? — одновременно спросили мы друг друга.

Ответом была тишина.

— Позвонить? — потянулась к звонку Снегурочка.

— Не-не-не, — запротестовал я, чувствуя, что надо поступать как-то иначе. Звонить нельзя. Настоящие Деды Морозы никогда не звонят. И не стучат, — пришлось поспешно добавить, видя, как пальчики Снегурки сжимаются в кулак.

И сразу подъезд наполнился странным голубым светом. На бледное лицо Снегурочки наползли голубые тени, сделав его невыносимо прекрасным. Всё вокруг мягко отсвечивало этим волшебным сиянием. И перила, и стены, и мой мешок. Дом ждал пришествия кого-то важного. Я приготовился к встрече, и тут до меня дошло, что этот кто-то — я сам.

Заныли пальцы, словно я их отсидел. Или отлежал. Это покалывание становилось непереносимым. Полотно двери манило железным холодом. Я вжал пятерню в прохладу металла.

Дверь исчезла. На пороге стояло коротко стриженное существо в длинной ночной рубашке. То ли мальчик, то ли девочка. Впрочем, у меня не было причин не доверять списку.

— Привет, маленькая, — нагнулся я над этим беззащитным существом.

— Здластуй, дедуска Мооз, — раскрылись глазёнки в радостном удивлении.

Я опустил руку в мешок и достал подарок. Первый попавшийся подарок. Но я знал, что это ТОТ САМЫЙ подарок, потому что из подходящего мешка невозможно вытащить не тот подарок. Продолговатая коробочка, обтянутая синей бумагой с золотыми звёздами.

— Сасиба, дедуска, — сказала девочка, и волшебство исчезло.

Дверь снова была на месте. Сияние рассеялось. А в голове сидело чёткое ощущение отлично выполненной работы. С тем мы и спустились.