Александр Лыхвар - Самая простая реакция (фрагмент)

- Та ну, им верить...

- Знаю. Поэтому была создана еще одна группа. В Тридок не нашлось специалистов соответствующей квалификации. Пришлось собрать группу умников.

- На каких условиях они работают?

- Перед ними поставлена задача взломать используемую нами систему кодировки. В случае победы каждый из них получит по триста тысяч.

- Молодец, - похвалил Харт. - Если не сломают, то мы почти ничего не потеряем. А вот если у них получиться, то мы, во-первых, утрем нос этой компании, во-вторых, заработаем двадцать пять миллионов страховых.

- Они уже обещают тридцать миллионов каждому из клиентов, к чьей информации будет открыт несанкционированный доступ.

- Тем более. А после этого уже можно и в суд подать, потребовать возмещения ущерба. Хорошо, можешь идти. У меня через двенадцать минут совещание.

Марвел встал и беззвучно удалился. Майори Харт откинулся в кресле и мечтательно уставился в потолок. Перед его внутренним взором, сменяя одна другую, стали появляться яркие визуализированные картинки еще не заработанных миллиардов. Теоретические суммы автоматически прибавлялись к уже имеющимся и приводили старика в неописуемый восторг. Процесс мог продолжаться бесконечно.

4

Грозовой фронт остался далеко позади. Монотонно гудела реакторная группа корабля. За лобовым стеклом неподвижно сияли звезды. Капело расстегнул ворот все еще мокрой поддевки и взглянул на экран навигатора. В окошке "ВЫСОТА" цифры резко прыгали от двухсот, до трехсот метров. Капело зачем-то включил курсовой прожектор. Яркое пятно света выхватило из мрака мелькающие внизу невысокие холмы. Он выключил прожектор. Прямо по курсу появились первые огни порта. Появились и словно замерли на месте. Только с каждой секундой световая россыпь увеличивалась в ширину и становилась ярче.

Капело положил ладонь на рукоятку распределения мощности. Гул реакторной группы стал стихать, ясно слышимыми скачками.

- Борт двенадцать, двадцать четыре, одиннадцать, прозвучал из динамика бесцветный, синтетический голос. Борт двенадцать, двадцать четыре, одиннадцать. Идущий курсом...

- Я борт двенадцать, двадцать четыре, одиннадцать, ответил Капело.

- Вас приветствует автоматическая диспетчерская служба Валбори три, второго северного порта. Назовите, пожалуйста, цель вашего визита.

- У меня чрезвычайное обстоятельство. Второму пилоту нужна срочная медицинская помощь.

- На ваше судно нет отметки о прохождении орбитального карантинного контроля.

- Слушай, ты, железяка долбанная! Ты что, не слышал?! У меня на борту человек умирает!

- Я понял все, что вы сказали. Назовите код медицинской страховки клиента. Если не помните, то имя пострадавшего и название страховой компании.

- У него нет никакой страховки. Я за все заплачу наличными.

- Согласно пункту двадцать четыре, десять свода законов о карантинной службе, без отметки прохождения орбитального контроля...

- Слушай, дрянь! Переключи меня на живого человека. Остались там у вас такие или нет?!

- Одну минуточку, - прозвучал голос после короткой паузы.

Под брюхом корабля проносились плохо освещенные доки и грузовые площадки. Довольно далеко слева сияли огнями, словно взрыв фейерверка, центральные корпуса порта. Над всем этим великолепием возвышалась подсвеченная снаружи, стройная диспетчерская башня. Капело развернул корабль и пошел на круг

В динамике послышался треск. Что-то щелкнуло. Затем раздался вполне человеческий голос:

- Заместитель начальника дежурной смены, - представился мужчина. - Я вас слушаю.

- Это борт двенадцать, двадцать четыре, одиннадцать. У меня непредвиденная ситуация. Срочно нужна медицинская помощь.

- Откуда вы взялись? - спросил диспетчер. - Вашего судна нет ни в одном реестре планеты.

- Ты что, не знаешь, откуда люди берутся? - начал багроветь Капело. - Мама родила. Моему второму пилоту срочно нужна медицинская помощь. Страховки у него нет, и карантинный контроль мы не проходили. Человек умирает, понимаешь ты или нет?!

- Я не имею права разрешить посадку судну не прошедшему орбитальный контроль, - категорично заявил диспетчер. - Ваше судно даже не зарегистрировано в сводном реестре сектора. Я не могу, просто не имею права разрешить посадку только на основании номера, который выдает ваш регистратор.

- У меня на судне нет ничего заразного. У пилота болезнь Колдера, или Колднера. Вечно путаю. Свяжись с дежурной бригадой медиков. Они тебе подтвердят. Это какое-то поражение генетического аппарата. У него эта радость уже четвертый год, но до этого такого серьезного приступа не было.

- Как человек я вас понимаю, - неожиданно смягчил тон диспетчер, - но ничем помочь не могу. Чтобы получить помощь в нашем порту вы как минимум должны пройти орбитальный карантинный контроль. Такие правила. Я их не сам придумал, и мне платят как раз за то, что бы я их выполнял. Кстати, в составе орбитального поста есть врач.

- Тогда я сяду без разрешения, - упрямо заявил Капело. Прямо перед центральным корпусом порта. Где у вас здесь центральный корпус? Тогда и посмотрим.

Капело круто наклонил штурвал.

- Вы покинули гостевой эшелон, - сообщил диспетчер, заметно нервничая.

- Я знаю, - подтвердил Капело.

- Возможно столкновение в воздухе. Вы подвергаете опасности ни в чем неповинных людей.

- Не волнуйся, у меня радар работает.

- Поймите, вы! - в голосе диспетчера прозвучали истерические нотки. - Даже если бы у вас на борту было все в порядке, я просто не имею права посадить в своем порту такое судно. Вы понимаете или нет?!

- Нет, не понимаю, - упрямо ответил Капело.

Диспетчерская башня быстро увеличивалась в размерах. Пассажирские терминалы порта обрастали все новыми и новыми деталями.

- Чего ждешь? Объявляй тревогу первой степени, приглушенно прозвучал еще один голос.

- Давай, давай. Объявляй, - зло прошипел Капело.

Развернув корабль над одним из пассажирских терминалов, он резко сбросил скорость. Внизу, к вытягивающемуся рукаву эскалатора подруливал довольно большой лайнер. Еще несколько выстроенных в линию судов стояли в стороне. Справа рвалась в чернильные небеса непривычно высокая башня диспетчерского центра. Корабль-нарушитель, раскачиваясь, завис метрах в пятидесяти от поверхности. Прямо над центральным выходом из пассажирского терминала. Капело скользнул взглядом по экранам навигатора и радара. Пока все было тихо. Корабль стал вертикально опускаться.

Под опорами заскрипел бетон. Капело перевел реактор в холостой режим и выскочил из рубки. Перед дверью каюты он остановился на несколько секунд. Его рука машинально потянулась к висящему на поясе импульснику. Под пальцем тихо щелкнул движок предохранителя. Капело шумно выдохнул и толкнул дверь каюты. Айлис лежал на перепачканной кровью койке. Его голова запрокинулась на валике. Волосы разметались по белой, ворсистой ткани. Капело поправил напарнику голову и стал отстегивать пристежные ремни.