Сергей Синякин - Красный рассвет

- Ну что? - спросил он. - Пора и нам?

Едва они достигли потолка, внизу раздалось негромкое жужжание, и по коридору, вращая круглыми сетчатыми антеннами и поводя в стороны никелированными раструбами, покатилась тележка самоходного огнемета. Машина двигалась осторожно, словно опасаясь встречи с врагом. Было в этой осторожности что-то осмысленное, что-то не по-машинному разумное. Огнемет остановился и выплеснул струю пламени на то место, где они находились несколько минут назад, и до висящих под потолком людей донесся специфический запах горящего пластика.

СЕВЕРО-ЗАПАД ЮЖНОЙ АЗИИ,

18 ИЮЛЯ 2009 ГОДА, 17.01

По шоссе двигался нескончаемый поток машин, повозок и людей. Пестрая лента бесконечной колонны была отчаянно многоголоса. Ржали лошади, ревели клаксонами автомобили, заходились в плаче женщины и дети, ревели моторы, и порой над толпой слышалась грубая площадная брань.

Параллельно дороге под щелканье бичей и озлобленный лай сторожевых собак двигалась нескончаемая блеющая отара скота.

Людской поток двигался навстречу машине.

Холоран заглушил двигатель, молча глядя на идущих навстречу людей. В людском движении было что-то безнадежно горькое.

- Дальше ехать бесполезно, - сказал американец.

Лебедев судорожно закашлялся, прижимая ко рту грязный носовой платок.

Холоран вылез из машины и окликнул высокого смуглого мужчину в европейском костюме. Некоторое время он шел рядом с мужчиной, беседуя с ним, потом отстал и вернулся к машине.

- Впереди то же самое, - коротко сказал он. - Они идут от города Хайчан. Что будем делать? Этот ублюдок угробил по всем правилам не только столицу, но и всю страну.

Он достал из кармана пиджака бутылку с притертой пробкой и спросил Лебедева:

- Выпьешь?

- Что это у тебя?

- Спирт из аптеки.

- Налей немного, - согласился русский. - Алкоголиками мы с тобой уже не станем.

Он взял пластмассовый стаканчик со спиртом и взвесил его в руке.

- Выпьем, - снова сказал он. - Давай выпьем за наше знакомство, Холоран. Как тебя зовут полностью?

- Оливер, - Холоран смотрел на бредущих мимо машины обреченных людей. - Меня звали Оливер Джеймс Холоран.

- А меня Николаем. Николай Лебедев, - русский опрокинул в рот содержимое стаканчика, сморщился и торопливо запил спирт тоником. - Что будем делать, Оливер?

Холоран налил себе.

- Пить, - сказал он. - Правил дорожного движения в этой стране мы уже не нарушим. Их просто нет. Как и самой страны. Остались лишь толпы обреченных людей, стада глупых овец и груды искореженного металла.

Он выпил и закурил сигарету.

- Голова раскалывается, - пожаловался он.

- Теперь уже недолго, - горько успокоил его русский. - Хорошо бы замерить уровень радиации. Тогда можно было бы просчитать все абсолютно точно.

Холоран выпил еще.

- Будешь? - спросил он, протягивая бутылку товарищу.

- Нет, - отказался русский. - Разве что потом... Он спрятал полупустую бутылку в холодильник машины.

- Может, попробуем пробиться на север?

- Хочешь умереть дома? - прищурился американец.

- А если нам сумеют помочь? - Лебедев смотрел на бесконечную отару, бредущую вдоль дороги.

- Вряд ли, - сказал Холоран. - В Хиросиме заряд был куда меньше, а люди дохли, как мухи. Не обольщайся, Ник.

Лебедев не обратил внимания, что имя его произнесено на американский лад.

Оливер Холоран завел машину.

- Для такой поездки у нас не хватит бензина. И не заправишься, смотри, что делается на дорогах.

- Что ты предлагаешь? - Лебедев повернулся к нему.

- Пожалуй, нам стоит подумать о местечке, где мы сможем без излишней суетливости приготовиться к встрече с Создателем, - задумчиво и серьезно сказал американец.

- А как быть тем, кто не верит в бога? Холоран не принял шутливого тона.

- Им я тоже посоветовал бы уединиться, - сказал он. - Смерть не для посторонних глаз, Ник.

- Все-таки давай повернем на север, - настойчиво сказал Лебедев.

- Надеешься? Русский кивнул.

- Лучше несбыточная надежда, чем покорное ожидание смерти, - сказал он тихо. - Быть равнодушным к судьбе недостойно человека.

СЕВЕРНАЯ АМЕРИКА,

18 ИЮЛЯ 2009 ГОДА, 01.01

- Что нового, док? - спросил Анверсон. Он отдохнул и выглядел посвежевшим.

- Они в кольцевом коридоре. Это все, что я могу сказать. Судя по датчикам, пока все живы.

- Сколько сейчас времени?

Доктор молча кивнул на электронное табло.

- В их распоряжении два часа.

- Если за полтора часа ничего не изменится, - сказал помощник президента, - пойдет вторая группа. Было бы лучше, если бы первая группа не была нацелена на установление связи с компьютером. Вторая группа проникнет в кольцевой коридор, оставит в нем заряд и уйдет тем же путем.

- Вам бы служить в Пентагоне, Гарри, - грустно улыбнулся доктор. - Они тоже пробовали расстрелять ЭЛСПРО крылатыми ракетами.

- Сожалею, что им это не удалось, - сухо сказал Анверсон.

- Это потому, что вы не представляете последствии такой удачи.

- Хуже не было бы.

- Было бы, Гарри, - доктор покачал головой. - Было бы во много раз хуже. Станция автономна. Энергией ее снабжает атомная электростанция. Если бы ракеты накрыли ЭЛСПРО, то в худшем случае произошел бы средней мощности ядерный взрыв, а в лучшем - большую часть Калифорнии накрыло бы облаком радиоактивного пара.

- Вы мастер читать научные лекции, док. Ваши соображения мы, конечно, учтем. Связи по-прежнему нет?

Доктор покачал головой.

- Через час в район ЭЛСПРО пойдет авиаразведчик, - сказал помощник президента. - Будем надеяться, что за это время группа решит поставленную ей задачу.

02.00

Автоматический авиаразведчик прошел над шоссе, и солдаты с полицейскими задирали головы на рев его турбин.

Подмигивая бортовыми огнями, разведчик пошел в направлении холмов.

- Бомбить собираются, - высказал догадку молодой полицейский. Ребята приехали с места падения "боинга". Ну, и месиво же там! - Он поежился.

На горизонте ярко сверкнула вспышка, и донесся глухой раскат взрыва. Авиаразведчик перестал существовать.

02.04

Брид лежал, прислонившись спиной к стене. Рядом с ним валялся армейский ботинок. Голиков, опустившись на колени, бинтовал ногу американца. Сквозь бинты проступали кровавые пятна.

- Одно гнездо я выжег, - сказал Брид напряженным голосом. - И тут выехала эта тварь. Она бы сожгла меня в упор, никакой костюм бы не помог. Но я успел выстрелить раньше. Только вот повернуться не успел, со второго гнезда меня достало, - он улыбнулся, и сквозь его улыбку проступила нечеловеческая боль, которую американец старался скрыть.

- Лежи спокойно, - сказал Голиков, завязывая бинт.

- Я же еще не на Арлингтонском кладбище! - возразил Брид, силясь шутить. - Жаль, с тобой в кино не успел сняться.